Узел судьбы - Виктория Ларина

— Кто Вы такой и как сюда попали, — надменно спросила графиня Раль нежданного посетителя, без церемоний усевшегося в кресло напротив. Надо же, подумала она, на редкость обыкновенное лицо, взгляду не за что зацепиться. Только глаза какие-то колючие…

— Уж простите, миледи, что не удосужился записаться к Вам на аудиенцию, — усмехнулся незваный гость, — но уж таковы мои правила. Если я хочу с кем-нибудь поговорить, то делаю это незамедлительно. И не советую смотреть на меня с таким презрением. Среди моих титулов есть и княжеский…

— Ну и что! Ко мне и князья, и короли сильванские вхожи, ничем не лучше прочих и не хуже Вас…

— Графиня, да проснитесь же! Я помню, Вас учили азам магии, так вспомните хотя бы это. Посмотрите «Третьим глазом».

Графиня Раль покорно произнесла про себя нужную формулу, а разглядев гостя и поняв, кто перед ней, напряженно выпрямилась в кресле.

— Чем обязана, Князь? — спросила она, не ощущая, однако, ни страха, ни отвращения к загадочному посетителю. Только приятное волнение и чувство предвкушения, как перед первым выходом в свет.

— ВЫ не находите, графиня, что жизнь не очень-то к Вам справедлива? Это прозябание на Сильване… Кому-то — слава, власть, любовь, наконец, а где же Ваш законный кусок этого пирога? Не стесняйтесь, расскажите мне о ваших горьких мыслях, — обворожительно улыбнулся гость.

— К чему, если вы и так все знаете. При дворе мне ничего не светит, после ссылки мне отведена роль статистки в толпе, не более… Я не наделена никакими талантами, кроме, разве что, внешности, и я понимаю это. И моему, увы, не слишком изворотливому, уму не найти способ удовлетворить мое честолюбие.

— А если я помогу Вам, конечно, на определенных условиях. Причем Вы получите гораздо больше того, о чем мечтали.

— Это сделка, Князь?

— А Вас это пугает?

— Вовсе нет… В конце концов, от Ваших, если так можно выразиться оппонентов, я тоже ничего хорошего не видела, сколько ни молилась, — задумчиво проговорила графиня, смешав карты на столе.

— Ваш цинизм достоин восхищения, миледи. Я рад, что не ошибся. Обсудим условия?

— Разумеется. Так что Вы мне предлагаете, и что должна буду сделать я? Мне не хотелось бы попасть в очередную ловушку, в том смысле что…

— Что Вы хотите получить твердые гарантии. Мое слово — такая гарантия Вам подойдет? Иных я просто не даю. А предлагаю я очень многое. И десятки тысяч женщин готовы продать мне свои ничтожные душонки за сотую часть такого дара… Я наделю Вас неординарными способностями к магии, максимальными, которые сможет перенести Ваш мозг и Ваш организм. Одно ограничение — к магии темной и в некоторой степени нейтральной: стихийной и Древней. Светлые чары и врачевание не в моей компетенции. Я сделаю Вас совершенной красавицей, перед которой не устоит ни один мужчина. Я усилю все Ваши достоинства и надежно спрячу недостатки, наделю быстрой реакцией и способностью читать в душах людей. Ваше обаяние, — Князь Тьмы усмехнулся одними губами, — станет по истине дьявольским, простите за каламбур. Сотни мужчин будут добиваться Вашего внимания, сотни женщин будут умирать от зависти…

— Меня все это устраивает. А теперь скажите, зачем Вам все это нужно…

— Вы вернетесь ко двору императрицы, причем вернетесь в срок — на Ваше Изменение потребуется время, иначе может быть опасно для вашего разума. Будь вы цельной и сильной личностью, все пошло бы быстрее… Мне нужно, чтобы один человек оказался всецело в Вашей власти. Весьма известный человек, Ваш родственник.

— Лорд Сварог, граф Гэйр, насколько я понимаю, — улыбнулась графиня Раль.

— Именно. Он мне… мешает. Все время путается не в свое дело, сует нос, куда не надо…

— Так поручили бы кому-нибудь из ваших слуг проткнуть его мечом, и дело с концом.

— Ну зачем так грубо, дорогая графиня. Мне это не нужно… А потом, все далеко не так просто… Есть множество способов обойтись без убийства, миледи. Или сделать так, чтобы человек сам свел счеты с жизнью. Так вот, граф Гэйр должен стать Вашим, и телом и душой, должен быть от Вас без ума… Он должен настолько увлечься Вами, чтобы все дела, связанные с его предназначением и само понятие «Серый Рыцарь» вылетели у него из головы. Станьте полновластной хозяйкой его помыслов.

— Так он, действительно, Серый Рыцарь?

— Да, и король половины Харума, но это ничего не меняет. У него есть друзья — сделайте так, чтобы они от него отвернулись. Он неравнодушен к одной девчонке, которую повсюду таскает с собой, но это не опасно — она не умеет ревновать, да и вообще не испытывает к нему никаких чувств. Можно считать, что Вы вообще окажетесь вне конкуренции. Он потеряет голову, станет не способен думать ни о ком кроме Вас, и этого будет достаточно. А когда все зайдет достаточно далеко…

— Насколько далеко, Князь, — нервно теребя наброшенную на плечи шелковую шаль, спросила графиня, — признаюсь честно, я не питаю ни малейших симпатий к милорду Сварогу.

— Меня не это интересует, миледи. Меня интересует, чтобы он испытывал глубокую симпатию к Вам. А когда остановиться, я дам Вам знать. Лично, — резко ответил гость, — после этого условия сделки будут считаться выполненными, все дарованное Вам останется с Вами. Возможно, награда будет гораздо большей… На эти условия Вы согласны, я полагаю?

— Да, милорд, — удовлетворенно кивнула графиня.

— Не хотите ли еще чего-нибудь пожелать?

— Ну, разве чтобы одну особу сослали на Сильвану лет эдак на десять…

— Фи, как мелочно, сударыня… Да и в этом уже нет нужды. К вашему сведению, ял племянницы его сиятельства герцога Дирмеда два месяца тому назад упал в море мрака. Конечно, ничего не нашли, хотя лары, как известно, не тонут… И я здесь совершенно ни при чем, честное слово.

— А если мне понадобится помощь или совет, я смогу ее получить?

— Разумеется. Но не советую злоупотреблять этим. Если Вас заподозрят в связи со Мной, я не стану Вас вытаскивать из неприятностей, миледи. Всем необходимым Вас снабдят мои эмиссары, когда Вы будете готовы вернуться ко двору. Советую Вам сторониться лорда Гаудина и императрицы, они скорее, чем все остальные, способны почувствовать темную природу Вашего Дара.

— Черт возьми! Простите, Князь, просто Вы лишаете меня возможности насолить этой сопливой девчонке и этому надутому индюку! — капризно скроила губы графиня Раль.

— Миледи, должен Вам сказать, что если задуманное мной провалится по Вашей вине, Вы испытаете на себе в полной мере последствия отнятия Темного Дара. А это ужасно… Особенно для дамы, уже привыкшей к всеобщему поклонению, — холодно заметил Князь Тьмы, — я щедр, но строг.