Если сможешь — забудь (СИ) - Корешкова Евгения

Ланер уже несколько раз окликнул ее, подойдя вплотную— безрезультатно. Тогда он, схватив за плечи, несколько раз с силой тряхнул. От тряски вернулась боль, и девушка, как ни в чем не бывало, спросила:

— Да? Что?

В первое мгновенье Ланер, судорожно вздохнув, только возмущенно потряс головой, а затем выдохнув:

— Ну, знаешь ли! — И приказал: — За мной. Быстро! Мы прикрываем.

И Аринда, держа одну ладонь на затылке, поспешила за ним следом.

— Нам еще нужно суметь прорваться, — крикнул он уже на бегу, — и вдруг, почти под аркой, остановился. — У меня идея! Где тот служитель? Я им сейчас устрою потеху.

Под аркой, где оставался лежать оглушенный парализатором жрец, его уже не было, зато в самой арке в камне обозначилась щель неплотно прикрытой двери. Ланер толкнул ее плечом, каменная плита подалась довольно легко, поворачиваясь и открывая узкую каменную лестницу, ведущую вправо и вниз. Ланер, Аринда, а за ними и проводник, сейчас больше напоминающий смертельно испуганного зверька, побежали, часто переступая ногами, вниз и уже за первым поворотом нагнали двух мужчин, волокущих бесчувственное тело жреца. И чуть впереди третьего, с факелом в правой руке. Джанеры разом направили ни них слепящие лучи фонариков, не давая возможности двигаться, и Ланер заговорил торжественно и жутко, вскользь освещая свое лицо:

— Я — Великая Тень Предка! Отпустите оставленное мною тело и воздайте хвалу вечному Таинству Зарождения!

Похоже, его импровизация подействовала, потому, что все трое сразу же рухнули лицами вниз на камень ступеней, а заодно с ними и проводник, боднув Аринду под колени, отчего она чуть не упала. Ланер приблизился, и по очереди, довольно бесцеремонно, за волосы, отрывал головы молящихся от пола, заглядывая каждому в глаза, коротко приказывал:

— Спи! — и отпускал заснувшего. Затем вытряхнул Жреца из его мантии и надел ало-зеленое одеяние на себя поверх формы.

Аринда откуда-то снизу позвала:

— Ланер, иди сюда, посмотри.

Ниже была комната, вырубленная в скале — судя по обилию тканей, драгоценных камней в чашах, золотых украшений, самородков и предметов храмовой утвари, отливающих благородным желтым блеском — сокровищница. Тут же, рядом со входом, лежала форма «Бэренновцев» и их оружие. Ланер скомандовал Аринде:

— Забирай и пошли, — а сам, скорее машинально, открыл солидных размеров узорную шкатулку и копнул ее содержимое. Из-под расшитой яркими камешками ткани блеснул серебряным тиснением на темно-синем фоне корешок книги. Бортовой журнал звездолета! Ланер сунул книгу в огромный карман, так кстати, пришитый с внутренней стороны мантии, и они быстро покинули сокровищницу, небрежно перешагнув через все богатства и лежащие на лестнице тела.

Проводника Ланер, впрочем, поднял и внушил:

— Я — Великая Тень Предка! Твои мысли чисты и прозрачны для меня! Ты выполнишь любой мой приказ! — и, сунув ему в руки всю охапку одежды, легонько подтолкнул в спину: Шагай!

Все коридоры храма были пустынны. Аринда еще удивлялась:

— Куда все пропали?

А удивляться было рано. Население горного поселка собралось на площади: мужчины от стариков до подростков, вооруженные, чем попало: начиная с мечей и боевых топориков, кончая арбалетами. Несколько файглов нервничали на поводках. Не менее решительно были настроены женщины за их спинами. Вся эта толпа, количеством не меньше трехсот человек, шумела, кричала, потрясая оружием и факелами, полностью перекрыв дорогу.

Пробиться вперед, не устроив массовой бойни, было невозможно.

Гадар, Даген и Байгель стояли, чуть отойдя от выхода из пещеры, и держали защитное поле, а за их спинами лежали бэренновцы, скорчившись, сидел Тагир и, неизвестно как попавший сюда, тот самый парнишка, служивший приманкой. На камнях перед ними уже валялись с десяток копий и множество арбалетных стрел. Ланер отдернул Аринду назад, в темноту входа и начал быстро-быстро говорить ей что-то на ухо.поделился планом, а затем, сунув ей в руки всю одежду бэренновцев, вытолкнул наружу. Даген заметив ее, снял защиту, пропустил. И, едва успев уклониться от метко брошенного копья, и снова вскинул руки, восстанавливая поле. Аринда, сбросив с рук одежду, начала вызывать бот, поднося браслет почти к самым губам:

— Двенадцатый, двенадцатый, двенадцатый… не выдержала, почти закричала — Тардель, куда ты провалился?

— Слышу, слышу, — отозвался Тардель. — Можешь не вопить.

— Ланер велел передать, чтоб ты поднимал бот выше зоны видимости, ориентировался на нас и ждал сигнала. Дам знак, включай всю иллюминацию, все прожектора, сирену, в том числе и инфразвуковую и вниз на полной скорости. Не садись, зависай и накрывай нас защитным полем.

— Да что у вас там происходит?

— Ланер устраивает представление, чтоб стрельбу не открывать. Здесь народу много, не ошибись. Мы — правее бассейна, у стены. Все, жди. Я тебе фонариком посигналю.

А тем временем Ланер торжественно выступил в своей ало-изумрудной мантии навстречу возбужденной толпе. Впереди него, воздев чуть дрожащие руки к светлеющему уже небу, шагал проводник и пел звонким, почти срывающимся голосом гимн Месяца Зарождения.

Ланер старался не терять ниточки ментальной связи с проводником, которого сам же настроил на исполнение обряда Обращения, и напряженно ловил его мысли, чтоб не сбиться и не отстать. Парень остановился, не доходя метров десяти до первого ряда соплеменников и, встав на колени, протянул руки к Ланеру. Хорошо, что у парня оказалось четкое образное мышление, картинки он передавал довольно ясные.

Ланер простер правую руку, накрывая сверху сложенные лодочкой ладони, словно готовые принять небесный дар. Парень больше не пел, но гимн не умолкал, становясь все громче и слаженнее. Пели мужчины, все еще сжимая в руках оружие, но, по крайней мере, уже не целясь в готовых к нелегкому бою чужаков.

Аринда напряженно смотрела на Ланера, хотя больше всего ей сейчас хотелось лечь и закрыть голову руками. Боли не было, но осталась дурнота и серая с искорками дымка перед глазами, заставляющая то и дело с усилием жмуриться, чтоб вернуть четкое изображение окружающему. Она опустилась на колени, решив что, так будет легче, но ошиблась. Каменные плиты площади рванулись в лицо. Она успела выбросить вперед руки, оказавшись на четвереньках, но потом села поудобнее, опираясь на отведенную назад левую руку. Правую, с зажатым фонариком, держа на коленях. Вот так, пожалуй, можно и выждать сколько нужно. Кажется, ее несколько раз окликнул Тагир, но повернуть к нему голову и не задохнуться от приступа дурноты, скорее всего не получится, и Аринда продолжала смотреть только на Ланера.

Хор смолк, и Ланер почувствовал, как проводник беззвучно передает ему первую, и по сути ключевую, фразу Обращения:

Дети Священного Витуса, я, Говорящий с Тенями приветствую вас… Толпа взвыла ответное:

— Он-нда!

Теперь можно было импровизировать, но прежде, чем начать свою речь, Ланер быстро оглянулся. От своих его отделяла блестящая черным глянцем гладь бассейна. Ну что ж. Аттракцион, так аттракцион. Хотя, если тот жрец с Даярды, то он мог показывать такие фокусы. И мысленно приказав проводнику торжественно двигаться к джанерам, начал:

— Неслыханная беда настигла нас! Тени Предков гневаются на своих детей! Они не сберегли наш покой и позволили чужакам нарушить Святость месяца Зарождения. Мы сами указали им путь в наше селение, и они пришли, попирая наши обряды. У них свои законы и тайная черная сила бережет их от нашего оружия, но они должны умереть и смерть их будет страшной. Смерть чужакам!

— Смерть! Смерть! — вновь забушевала толпа.

— Со Священной воды я призываю на их головы Тень Грозного Ужаса. Пусть Небо само покарает чужаков.

И, воздев руки, обратился к толпе.

— Опустите оружие и зовите месть на головы чужаков.

А сам ступил на воду бассейна и под нарастающие крики, посылающие проклятия чужакам, стал пятиться поближе к джанерам. Пятнадцать шагов потребовалось, чтоб пересечь бассейн. Оказавшись почти рядом со своими, Ланер вновь воздел руки и зычно крикнул, стараясь придать голосу торжественную мощь: