Бог войны - Дэвид Вебер

который она обычно использовала, обращаясь к своей старой подруге по официальным городским делам, - она всего лишь полусотница. Если ты хочешь, чтобы она была наказана за неподчинение, я уверена, что Балкарта с радостью позаботится об этом за вас.

Ялит откинулась на спинку стула и ласково улыбнулась своей помощнице. Для всех практических целей Шаррал действительно была ее неофициальным вице-мэром, хотя городской устав не предусматривал такой должности. Они знали друг друга с детства, хотя Ялит родилась в Кэйлате, а Шаррал было пять лет, когда ее мать стала девой войны. Анлар Джирэйманфрессе повезло больше, чем некоторым - Шаррал была единственным ребенком в семье. Это всегда было неприятно, а часто и болезненно, когда женщина с детьми искала дев войны. Для матери было необычно стать девой войны, потому что их устав не предусматривал никаких юридических оснований для сохранения за ней опеки или даже права навещать своих детей после того, как она порвала со своей семьей. Это была очень редкая или очень отчаявшаяся мать, которая была готова рискнуть потерять всякий контакт со своими детьми, какой бы невыносимой ни казалась ее собственная жизнь.

Тем не менее, на удивление многим из них было разрешено взять с собой своих дочерей. В большинстве случаев, подумала Ялит, это сказало все, что нужно было сказать об отцах этих детей. Эти мужчины отказались от владения своими детьми не из нежности и любви; они сделали это потому, что эти дети были просто дочерьми, а не чем-то таким важным, как сын. Неудивительно, что женщины, которым не повезло выйти за них замуж, искали любого спасения, какое только могли найти!

Но что бы ни чувствовали их жены, Ялит часто задавалась вопросом, что чувствует кто-то вроде Шаррал, когда она думает об этом. Каково это - знать, что мужчина, который произвел тебя на свет, заботился о тебе меньше, чем о паре старых ботинок? Чувствовали ли вы себя отвергнутым, отброшенным как нечто неважное и легко заменяемое? Или ты проводила каждое утро, благодаря Лиллинару за то, что избежала общения с родителем, который мог так относиться к своему собственному ребенку? Ялит знала, как она относится к любому, кто способен на такое, но она также знала, что разум и сердце могут быть жестоко неразумными.

- Если бы я думала, что смогу натравить на нее Балкарту, я бы наслаждалась этим даже больше, чем передачей ее тебе, Шаррал, - сказала мэр. - На самом деле, я бы с удовольствием посмотрела на это. Но это может показаться немного экстремальным - бросить пятисотницу - и к тому же командира всей городской стражи - на произвол судьбы из-за какой-то полусотницы. Во всяком случае, не без явной провокации.

- Экстрим! - фыркнула Шаррал. - Балкарта - командир стражи, а Сумита - одна из ее офицеров - одна из ее младших офицеров, Ялит. Младший офицер, которая только что солгала мне, чтобы попасть к тебе без предварительной записи! Это кажется мне верным и прямым нарушением хорошей дисциплины, и если Балкарта не может поджарить Сумиту за что-то подобное, то кто именно может?

- Но в этом-то и дело, не так ли? - губы Ялит изогнулись в чем-то слишком вяжущем, чтобы это можно было назвать улыбкой. - Сумита здесь не только ради себя, и она знает, что я это знаю. Кроме того, возможно, она права.

- И, возможно, она опасная, высокомерная, вспыльчивая, предвзятая, доставляющая неприятности идиотка с моралью норки во время течки, аппетитами хищного богомола и иллюзией собственной значимости тоже!

- Тебе не нужно стесняться в выражениях со мной после всех этих лет, Шаррал, - сказала Ялит с резким смешком. - Скажи мне, что ты на самом деле чувствуешь к ней.

- Это не шутка, черт возьми, Ялит! - Шаррал в отчаянии замахала обеими руками.

- Да, это не так, - согласилась Ялит более трезво. - Но нравится нам это или нет, в данный конкретный момент Сумита говорит только то, что думает опасное количество других дев войны. Так что я не могу просто позволить тебе или Балкарте наступить на нее - по крайней мере, сначала не дав ей немного поводка, - не рискуя еще больше оттолкнуть людей, которые уже думают, что я слишком сговорчива. Как Сэйрета и ее компания.

Губы Шаррал сжались, как будто она хотела оспорить это. К сожалению, она не могла.

- Хорошо, - вздохнула она. - Ты выигрываешь - или проигрываешь, или что бы ты там ни делала! Я провожу ее внутрь.

* * *

- Спасибо, что согласились принять меня в такой короткий срок, мэр, - сказала Сумита, когда Шаррал закрыла за собой дверь кабинета, а Ялит указала на стул по другую сторону своего стола.

- Я это сделала? - приветливо спросила Ялит, выгнув обе брови и сложив пальцы перед грудью, откинувшись назад и положив локти на подлокотники кресла. - Это странно. Я могла бы поклясться, что Шаррал только что сказала мне, что у вас была назначена встреча со мной.

Сумита покраснела, а Ялит внутренне улыбнулась. Неужели другая женщина действительно ожидала, что бессмысленная вежливая формула сможет каким-то образом убедить Ялит замять то, что равносильно высокомерному требованию к мэру встретиться с ней?

- Полагаю, мне не следовало этого делать, - пробормотала Сумита через мгновение. - Просто мне важно поговорить с вами, и я не думала, что Шаррал вообще скажет вам, что я здесь.

- Шаррал рассказывает мне о каждой, кто просит меня о встрече, Сумита, - спокойно сказала Ялит. - Независимо от того, нравятся они ей или нет.

Румянец Сумиты стал еще гуще. Это было особенно очевидно у кого-то с ее светлой кожей и золотистыми волосами, и Ялит позволила ей несколько секунд вариться в собственном соку.

- Очень хорошо, - сказала она наконец. - Вы здесь. Что было такого важного, что вам просто необходимо было увидеть меня?

- Мэр Ялит, - Сумита заметно встряхнулась и наклонилась вперед в своем кресле, - ситуация в Лорхэме хуже, чем когда-либо, и она неуклонно ухудшается. Мы должны что-то сделать!

- И что именно вы хотели бы, чтобы я сделала, Сумита? - спросила Ялит с убийственным терпением.

- Мы не можем просто стоять там, пока Трайсу и его подхалимы систематически разрушают все, чего мы достигли за последние двести лет! - запротестовала Сумита. - Достаточно плохо, что он нарушает наши границы со своей мельницей или