Бог войны - Дэвид Вебер

был впечатлен самообладанием собеседника. Он сомневался, что смог бы сравниться с ним, если бы их обстоятельства поменялись местами. И он вдруг обрадовался, что отправил Гарнала с Хартангом предупредить Орден.

- Элфар Эксблейд, будь известен принцу Базелу Бахнаксону, сыну князя Бахнака, градани Конокраду, - сказал Суордспиннер официальным тоном. Очевидно, он тоже осознал борьбу Эксблейда со своими эмоциями, и он тщательно контролировал свой голос, когда добавил: - И защитнику Томанака.

- Защитнику Томанака? - повторил Эксблейд. Несмотря на все, что он мог сделать, в его тоне было столько же недоверия, сколько и удивления, и его обветренное лицо покраснело еще больше, когда он понял, как выдал себя.

- Да, - прогрохотал Базел, его глубокий голос был размеренным и бесстрастным. - И не буду винить вас за то, что вы немного... удивлены, мастер Эксблейд. - Он изобразил кривую улыбку. - Думаю, вы не могли бы быть удивлены больше, чем я, когда Он впервые появился и сказал мне, что у такого, как я, есть задатки защитника! И все же я таков, и если есть что-то, что я могу сделать, чтобы служить вам или лорду-правителю Идингасу против Тьмы, то я это сделаю.

В его голосе слышался привкус железного обещания. Эксблейд слышал это, но столько веков взаимной ненависти не могли быть смыты так быстро.

- Надеюсь, вы не воспримете это неправильно... милорд защитник, - сказал он через мгновение. Казалось, ему было трудно произнести название, как будто слова были достаточно острыми, чтобы порезать ему язык. - Но Уорм-Спрингс - это не совсем то, что вы могли бы назвать самым сердцем Уэст-Райдинга. Довольно часто новости доходят до нас не сразу, а мы ничего о вас не слышали. Итак, если я могу спросить, что здесь делает градани?

- И что градани делает, притворяясь защитником Томанака, если уж на то пошло? - сухо добавил Базел, и Эксблейд снова покраснел. Но он также упрямо кивнул, и Базел усмехнулся.

- Мастер Эксблейд, - сухо начал Суордспиннер, - Принц Базел - гость барона Теллиана. При данных обстоятельствах, я не думаю...

- Оставим это, сэр Джалэйхан, - прервал Базел. Сенешаль пристально посмотрел на него, и Конокрад пожал плечами. - На месте мастера Эксблейда я бы не был так вежлив, - сухо сказал он и вернул свое внимание другому мужчине.

- То, что я собираюсь здесь сделать, просто немного сложно, - сказал он. - Я буду рад объяснить все это вам и лорду Идингасу, если, конечно, у меня будет такая возможность. А пока давайте просто скажем, что мы с бароном Теллианом - да, и мой отец тоже - делаем все возможное, чтобы для разнообразия не скрещивать наши мечи друг с другом. Это то, чем я занимаюсь здесь, в Хиллгарде. Но что вы на самом деле спрашиваете, мастер Эксблейд, так это почему Конокрад должен предлагать помощь любому сотойи - или приближаться на одну-три лиги к любому когда-либо рожденному скакуну. Или, если уж на то пошло, почему вообще вы должны доверять таким, как я, делать что-либо подобное.

- Да, это так, - сказал Эксблейд через мгновение. - Ваш народ не зря называют Конокрадами... милорд. И сам Томанак знает, сколько наших лошадей вы украли, зарезали и съели, - продолжил он, отвечая прямотой на прямоту, и Базел улыбнулся более естественно. Этот человек мог ненавидеть градани, но Базел распознал родственную душу, когда встретил ее.

- Это в нас есть, - признал он. - И, по правде говоря, среди моего народа более чем достаточно тех, кто с радостью сделал бы то же самое даже сейчас. Но мой отец не стремится быть одним из них, и я тоже. Думаю, мастер Эксблейд, мы причинили друг другу достаточно вреда за эти годы. Пора нам попробовать другую дорогу, ту, где никто из нас не находится после набега на другого.

Эксблейд выглядел так, как будто он находил всю концепцию невозможной для понимания, но, по крайней мере, он был достаточно вежлив, чтобы не называть Базела сумасшедшим.

- Я не могу отменить все, что Конокрады сделали с сотойи, - продолжил Базел. - Не больше, чем вы или сам барон Теллиан можете исправить из того, что сотойи сделали с нами. Но если мы хотим перестать убивать друг друга раз и навсегда, я думаю о том, что это должно с чего-то начинаться. Так почему бы не здесь и не сейчас? И если это маленькая шутка Томанака - выбрать такого, как я, в качестве миротворца для вас, сотойи, то у меня мало выбора, кроме как делать то же самое для скакунов. Или вы считаете, что Конокрады настолько глупы, чтобы думать, что мы могли бы заключить мир с одними, а не с другими?

- Это звучит очень красиво и разумно, милорд, - сказал Эксблейд тоном, который ему удалось сохранить нейтральным. - Хотя я не очень уверен, что скакуны подумают, что это так. Знаешь, у них тоже долгая память.

- Так и есть, - согласился Базел. - И полагаю, вполне вероятно, что одному из них понравится ощутить, как маленький Конокрад раздавлен у него под ногами. Имейте в виду, я бы не счел это такой уж замечательной идеей, но вижу, как это может быть немного привлекательно для скакуна. Тем не менее, конь барона Теллиана и конь Хатана Шилдарма стремились быть достаточно вежливыми. - Он пожал плечами. - Рискну предположить, что другие скакуны будут достаточно разумны, чтобы дать одному из защитников Томанака достаточно времени, чтобы, по крайней мере, сказать несколько слов в свою защиту, прежде чем они превратят его в грязь на ветру.

- И что бы они ни думали об этой идее, - продолжил он голосом, в котором внезапно пропало всякое чувство юмора, - после того, как сэр Джалэйхан рассказал мне о вашей истории, у меня не осталось выбора. Я не буду притворяться, что у меня есть какое-то четкое представление о том, кто или что могло бы сделать то, что вы описали. Но вот что я точно знаю, мастер Эксблейд - кто бы или что бы это ни было, это мое дело - останавливать это. И я остановлю это.

Эксблейд начал говорить что-то еще, затем остановился, глядя на выражение лица Базела. Несколько секунд прошло в тишине, а затем посланец лорда Идингаса медленно кивнул.

- Я верю, что вы это сделаете, милорд защитник, - сказал он.