О праве войны и мира - Гуго Гроций

том числе – того, что находится во владении частных лиц, тем не менее они, по-видимому, обладают лишь теми полномочиями, которые сообщают своим управляющим и счетчикам, от коих получают ежегодные отчеты». Плиний в «Панегирике»: «Наконец, власть государя больше, чем его собственность».

341

Так, из Аполлодора известно, что земли Аркадии и Аттики, будучи разделенными, находились под властью одного лица, обладавшего полнотой власти.

342

Михаил Атталиат: «Некоторые вещи принадлежат всем, как-то: воздух, проточная вода, море и морской берег».

343

В «Изборнике новелл» (кн. I, разд. I, гл. 13); «Берега находятся в общем владении» (см. также в кн. VIII, разд. VI).

344

Этим самым установлением пользовались и англичане против датчан. См. превосходного Камдена, «Царствование Елизаветы», 1600 год.

345

Саллюстий: «Силами многих частных лиц срыты горы, устроены моря». Гораций, «Оды» (II, XVIII):

И ненасытный ты выносишь в Байях

Берег в море шумное.

И далее (III. I):

Рыбы чуют – водный простор стеснен,

Камней громады ввергнуты в моря глубь.

Веллей Патеркул: «В море навалены насыпи, а море поглощено подрытием гор». Сенека, «Спорные вопросы» (V, V): «Моря отодвигаются выдвинутыми насыпями». Плиний говорит о земле (кн. II, гл. XXXIII): «Чтобы образовались заливы, море должно размыть берега».

Об огромных водоемах вблизи моря говорил Лампридий в жизнеописании Севера. Кассиодор (IX, гл. VI): «Сколь великие насыпи теснят морские пределы, а какие недра моря проникла земля?» Тибулл:

Скалы замкнули строптивое море, дабы безопасно,

Рыба могла пренебречь тяжкой угрозою бурь.

О таких морских водоемах толкует Плиний (кн. XXXI. гл. VI); также Колумелла в книге «О сельском хозяйстве» (кн. VIII, гл. XVI, XVII), где, между прочим, сказано так: «Роскошь Богачей сковала самые моря и Нептуна». Нечто подобное имеется у Амвросия в «Шестодневе» (V, гл. X) и «О Набуте» (гл. III), а также в нескольких местах у Марциала.

346

Варрон о том же: «Близ Неаполя Л. Лукулл, прорыв гору и пустив морские потоки в водоемы, сообщающиеся между собой, не уступил Нептуну в создании таких рыбных ловов». Плутарх в жизнеописании Лукулла: «Застроив кругом своими виллами морские бухты и полные рыбой проливы, он устроил залы для пиров в самом море». Плиний (кн. IX, гл. LIV): «Лукулл, срезав гору близ Неаполя, на самом крутом обрыве построил виллу, провел пролив и устроил морские бухты, за что Помпей Великий называл его Ксерксом в тоге».

347

См. новеллы Льва (LVII, СII, CIII, CIV); «Прагматику» Атталиата (разд. XCV); Арменопуло (кн. II, разд. 1, параграф о проливах). См. также «Заключения» (XIV, I) величайшего юриста Якова Куяция.

348

Филон, говоря о царях, пишет: «Они присоединили к землям также бесчисленные моря огромных размеров». Ликофрон:

Скиптры земли и морей, несметные царства богатства.

Вергилий:

Зятем тебя избрала Фетида морских вод ценою.

Юлий Фирмик:

Властелины над морем и сушей.

Нонн:

Власть над морем принадлежала Борею.

Иоанн Магнус в «Истории упсальских епископов» (гл. XV): «Пределы владений королевства Швеции – посреди пролива Орезунд». О Тире Квинт Курций пишет: «Не только море поблизости, но и те моря, в которых плавали его корабли, он подчинял своей власти». Откуда берет начало пословица «тирские моря», имеющаяся у Феста. Исократ говорит о лакедемонянах и афинянах: «Случилось так, что оба государства достигли земли, простирающейся до моря, которое вместе с большинством городов было подчинено им», Демосфен говорит о лакедемонянах в его второй «Филиппике»: «Они господствовали над всеми морями и землями». Автор жизнеописания Тимофея: «Затем лакедемоняне отказались от продолжительной борьбы и добровольно уступили афинянам первенство на море». Автор речи о Галонеэе, сохранившейся среди работ Демосфена, говорит о Филиппе Македонском следующее: «Он добивается не чего-нибудь иного как утвердиться через нас в обладании морем и вынудить у нас признания в том, что мы не в состоянии сохранить даже защиту моря». Император Юлиан утверждает, что Александр начал поход с намерением «стать господином всей земли и моря». Преемник Александра Антиох Эпифан у Горионида спрашивает: «Разве земля и море не мои?» О другом преемнике его – Птоломее Феокрит говорит:

Много обширных земель и морей тебе же подвластны.

Он же:

Вся земля и все море,

Шумных множество рек подчинены Птоломею.

Пора обратиться к римлянам. Сципиону Старшему Ганнибал заявляет у Ливия: «Карфагеняне заключены в берегах Африки; если же так угодно Богам, мы увидим вас повелителями всей прочей суши и моря». О Сципионе Младшем Клавдиан:

Когда отмститель памяти отчей

Подчинил океан впервые испанским законам.

Так, Средиземное море римляне обычно называют своим (Саллюстий, Флор, Мела и пр.). Дионисий Галикарнасский идет еще дальше: «Римский народ повелевает всеми морями, не только тем морем, которое простирается до Геркулесовых столбов, но и океаном, насколько он доступен для судоходства». О том же народе Дион Кассий сообщает: «Они повелевают почти всей землей и морем». Аппиан, описывая в предисловии размеры Римской империи, ее власть распространяет на море Эвксинское, Пропонтиду. Геллеспонт, Эгейское море, Памфилийское и Египетское моря. Помпею дана была власть над всем морем, заключенным Геркулесовыми столбами (Плутарх и Аппиан). Филон, «Против Флакка»: «Отсюда правящий дом Цезарей овладел властью над сушей и морем». Об Августе Овидий пишет:

Море тоже служит тебе.

Светоний воспроизводит надпись в честь его: «Замирив земли и моря земного круга, Август трижды замкнул на суше и море двери Януса Квиритского». О нем же Светоний пишет: «Он расположил один флот у Мизена, другой в Равенне для обороны верхнего и нижнего морей». Валерий Максим так обращается к Тиберию: «Согласие людей и богов решило вручить тебе владычество над морем и землей» О нем же Филон говорит: «Его власть простиралась на сушу и море». Там же о Кае, преемнике Тиберия, сказано, что «по смерти Тиберия он унаследовал всю власть над землей и над морем». Иосиф Флавий называет Веспасиана «владыкой земли и моря». Те же права приписывал Антонию Аристид. Прокопий сообщает, что на статуях император изображался держащим в руках земной шар, «ибо ему были подвластны земля и море». Патриций Никита в письмах Людовика II называется стражем берегов Адриатики.