'Я - кто?! Сенсей?' 2: Изменяющий судьбыю Том II. Часть 1. - Kerr Riggert

передать, что вас ожидают внизу, уважаемый… уважаемые гости! — волнуясь, она бубнила под нос. — Заснули, что ли?

— Ясно. Мы услышали, спасибо.

Рваный вздох облегчения и звук удаляющихся спешных шагов на грани бега.

Я намеренно не стал скрывать свою принадлежность к шиноби и тот факт, что я не отношусь к снеговичкам, надеялся, что страх станет сдерживающим механизмом, который не позволит местным нам докучать.

Обычные люди, сталкиваясь с шиноби не своей страны, стараются прикинуться ветошью и не отсвечивать. Люди в принципе к шиноби относятся с опаской, а уж к чужим и подавно.

Кто же там может быть, что служанка считает его страшнее чужака?

По хребту промчался неприятный холодок. Вечер перестал быть томным.

Теплилась робкая надежда, что это местные жители, пришли просить нас убраться, чтоб не накликать беду на деревушку. Деревушку, которую я так и не смог идентифицировать, хотя переворошил в памяти карты этих мест не единожды! Кисло взглянув на беснующуюся за окном метель, обернулся к принцессе.

— Как тебе? — покрутилась она в обновке, не придав значения словам прислуги.

Похоже, не поняла, что нас ждут и что это может быть опасно. Или не услышала.

— Ирука? Здесь нет зеркала, — привлекла мое внимание улыбающаяся Коюки. — Как тебе?

— Хорошо, — отстраненно кивнул я.

— Ты даже не посмотрел! — она топнула ножкой.

Я ее проигнорировал.

— Собери все, что может понадобиться в дороге на кровать, я запечатаю. Возможно, нам придется бежать.

— Не пугай меня! — побледнела Казахана. — Куда мы пойдем в такую метель?!

Словно в подтверждение ее слов, ветер бросил в стекла снег, прилипнувший по углам, здорово напугав этим принцессу.

Малодушную мыслишку сбежать через окно я отмел. Мало ли кто нас там в темноте поджидает, а я его не замечу. Из-за сильной метели дельфиний свист сбоил, так что снаружи я лишусь одного из главных своих преимуществ, что тоже не добавляло мне уверенности. Впрочем, даже внутри не все было гладко. Сильные порывы ветра со снегом били в ставни, вызывая вибрацию, шум снаружи попадал внутрь, смазывая картину эхолокации, а по коридорам свистел сквозняк. Может, кто-то в гостиницу входил или щели где-то… В любом случае, неприятно.

Однако нас не стали вязать, а вежливо предупредили, а это значит только одно. Меня опасаются! А вот с этим уже можно работать! Будем корчить хорошую мину при плохой игре и надеяться, что ко мне пришли не вражеские шиноби, а кто-то, с кем можно будет договориться.

Я решил рискнуть и спуститься лично. Если мои умозаключения верны, то клонов посылать нельзя. Что побег, что клоны — это как сказать «я слаб, со мной можно не церемониться», подобное здорово уронит мою ценность в глазах предполагаемого оппонента.

После такого дедуктивного предугадывания я почувствовал себя уверенней, а Коюки, наоборот, начинала потихоньку паниковать. Ее больше испугала перспектива остаться одной, чем встреча с неизвестными «ожидающими».

Да и сам я не горел желанием оставить ее на попечение клона. Я в ответе за безопасность принцессы, и охранять ее будет проще, если она будет перед глазами.

На середине лестницы я остановился, чудом удержав себя от желания схватить Коюки в охапку и рвануть наружу. Куда угодно, хоть обратно в пещеру.

Чтобы скрыть испуг, подал руку Казахана, будто замер затем, чтобы придержать принцессу и предотвратить ее падение.

— Осторожнее, — спокойно и чинно, как вышколенный дворецкий в энном поколении.

Коюки благодарно кивнула, крепко вцепившись в поданную руку.

В зале посторонних не осталось. Зато был десяток шиноби тут и неизвестное количество снаружи, в броне, напоминающей форму шестерок Дото, явно телохранители, и три старика — очевидно, особо важные персоны.

Все трое крепкие, с обветренными пасмурными лицами, напоминающими погоду за окном. Но это были не злость и недовольство, а скорее хмурое ожидание с ощутимым привкусом опаски в спектре эмоций.

Оценив обстановку, я позволил себе короткий вздох. Сам не потяну, слишком матерые мне попались оппоненты. Придется рискнуть: примерить маску Переговорщика, которую я никогда раньше не использовал, и сосредоточиться на эмоциях собеседников.

Так что будем забалтывать. «Я ведь Умино — выкручусь», — подбодрил я себя мысленно. Собственный голос в голове прозвучал как-то очень жалко.

Но новая маска начала стремительно заменять собой мое Я, меняя настрой.

По-новому оглядев людей в зале, подмечая мелкие детали, словно сыщик, я почувствовал себя уверенно, даже чуточку дерзко.

Со стариканами мы обменялись поклонами — мой, конечно, поглубже, а они скорее обозначили, не встав из-за стола, но все равно. Конохский «Горыныч», единый в трех мордах, мне не кивал, когда за Пятой посылал.

«Начало неплохое», — воодушевился я, потирая воображаемые руки, но клановое «Очарование моря» не активировал, ограничившись эмпатией.

— Добрый вечер, посланник из Конохи. Меня зовут Мэсэйоши Иошинори, — буквально: «тот, кто правит справедливо», «справедливые принципы», — я старейшина Деревни, скрытой в Снегу, и ты выбрал довольно необычный способ привлечь наше внимание, — представился седой как лунь старикан на удивление довольно молодым голосом.

А уж как я не ожидал влезть прямо в скрытое селение! Удача уровень «Наруто».

— Я Умино Ирука, член команды номер семь. Мои действия продиктованы лишь сложными обстоятельствами, уважаемый старейшина, — с непрошибаемым спокойствием уклончиво ответил я, вежливо улыбаясь делегации. — Прибыл в вашу страну из Конохи с миром.

Мысленно добавляя: «И понимай меня, как хочешь. Сейчас помолчу, вызывая у собеседника неловкость, пусть сам расскажет, что они от меня ожидают услышать, а то я пока не знаю, что солгать, не за что зацепиться».

Переговорщик был этаким шахматистом с шилом в одном месте, он мог говорить, перескакивая с мысли на мысль и подводя к нужным ему выводам, и при этом еще слышать, слушать, понимать, думать и не выпадать из обсуждения. Но в этом же была его слабость. Для боя эта маска не приспособлена из-за особенностей восприятия.

Спокойным взглядом оглядывая стариков, я чувствовал, как мысли несутся вскачь, оценивая самые разные варианты развития событий.

Зацепился за мысль о Принцессе, которая притихла около меня, прячась за спину.

Не дай Ками-сама, придется уходить обратным призывом, спасая свою шкуру, а значит оставить тут Коюки одну. Стало быть, надо ее продать как уникальную вундервафлю, без которой они жить дальше не смогут. Что, в принципе, недалеко от истины, учитывая ее навык обращения с погодным артефактом Древних. Жаль, жаль, что крабы так и не передали печать.

От старичков потянуло скепсисом, будто они