'Я - кто?! Сенсей?' 2: Изменяющий судьбыю Том II. Часть 1. - Kerr Riggert

— Без ключа? — покачал головой, я с досадой поморщился, будто у меня сорвалась сделка всей моей жизни. — Машину не включали более десятка лет со дня смерти Казахана Соусецу, — я загнул мизинец. — Потому что Дото-сан не имеет ключа-кристалла, — а теперь безымянный. — Потому что он не знает как, — теперь средний, — потому что он сам во время переворота перебил всех тех, кто знает как, кроме Коюки-самы.

Старики нахмурились.

— И последнее, — загибая указательный палец. — Потому что Дото идиот, — я специально не добавил «сан», — которому даже не хватило ума сосредоточить все силы своей умирающей страны на решении проблемы климата, важнее которой у него просто нет. Этих причин достаточно?

— Ты оскорбляешь нашего дайме, наглый мальчишка, — как-то без огонька рявкнул здоровяк.

Я лишь пожал плечами и примиряющее улыбнулся.

Ну, может быть, вам виднее. А вообще, оскорбляю так оскорбляю, мне не жалко, но говорю-то я правду, а против фактов не попрешь.

Старейшины поджали губы, всем видом показывая, как им не по нутру соглашаться.

— Мы выслушаем вас… — неловкая пауза. Старички сразу взяли быка за рога и даже пропустили привычные всем расшаркивания.

— Уважаемые старейшины, — кивнул я подошедшей официантке, — разговор предстоит долгий, не желаете что-нибудь заказать?

Отказываться они не стали, но еды не заказали, только взглядом по столу пошарили, будто что-то искали. Вероятно, выпивку. Но не нашли и буркнули, что им того же напитка, что и нашему гостю. Пришлось хлебать со мной «горячий компотик», благо что принесли два здоровенных кувшина и кружки на всех. И меня ничуть не смущает, что в меню этот напиток называется «детский глинтвейн».

Коюки я сам усадил на соседний стул. Я-то сел благодаря наглой выходке, а она осталась стоять.

— И снова мы возвращаемся к вопросу о том, чего хочет Данзо, кроме того, чтобы посадить на трон нашей страны Коюки-сан, обязанную лично ему, — как я и думал, проигнорировал глиняную кружку старейшина Тетсуя.

— Возможно ли вернуть нам нормальный климат без смены дайме? Возможно, мы бы как-то компенсировали вашу помощь…

У меня мелькнула паническая мысль.

Да хер его знает, чего б от вас захотел Данзо! Но надо придумать что-то, и быстро! И еще не продешевить, а то начальство не оценит инициативы.

К счастью, маска удержала лицо.

Хотя… Если они согласятся перекочевать со станками на Каменистое, Данзо не будет против увеличению денежного потока в закрома Корня, порт станет безопаснее для угроз извне… Кланы Умино и Узумаки разве что будут не сильно довольны…

— Боюсь, что нет, — я с печалью покачал головой, сложив руки домиком в сторону собеседника. — Такой вариант невозможен по целому ряду причин. Главная из которых — сама Коюки-сама. Без квалифицированного оператора и подходящего ключа машина может либо превратить Снег во вторую Страну Песка, либо окончательно тут все проморозит. Не думаю, что жизнь в ледяной пустыне возможна. И это еще не самый худший для вас вариант. Даже хуже, чем просто получить здесь огромный котлован от взрыва на месте вашей страны, ее полное разграбление.

Старики взглянули на меня как-то иначе, а Коюки булькнула «компотиком», поперхнувшись.

— Как только вы ослабнете из-за постоянного ухудшения климата и гражданской войны, вас разорвут соседи. Камень или Облако, или их союз, радостно вцепятся в возможность заполучить если не эту землю, то хотя бы технологии прошлого и, — я оценивающе покосился на доспех одного из телохранителей, — настоящего. Вывезут вашу впечатляющую промышленность, усилив свою, и без того мощную, и оставив после себя пепелище. Их усиление Конохе не нужно.

Эмпатия уловила отголоски страха или беспокойства.

— Прошу простить мою прямоту, но, боюсь, торг по данному условию неуместен и невозможен, уважаемые старейшины. Повторюсь, Коюки-сама должна вернуть себе законный трон, — замолк я, выжидая.

«С вашей помощью», — повисло в воздухе, так и осталось невысказанным, но очевидным. Обломитесь, старые, я тоже так умею!

— А куда ты дел Фубуки-чан? — вкрадчиво поинтересовался лысый. — Все сказали, что она прилетела сюда и направилась прямо к вам. И больше ее никто не видел.

— Никуда, — все так же доброжелательно, глядя прямо ему в глаза, ответил я. — Она сначала попыталась атаковать принцессу, единственную и последнюю надежду Страны Снега, чего я, конечно, допустить не мог, а, увидев меня, сама сбежала куда-то обратным призывом.

— У нее не было призыва, — возразил мне все тот же старикан. Похоже, разведчик местный. И она на него работала. Вечер перестает быть томным.

— Ну, значит, появился. Или она решила, что уж лучше так, чем умереть от моей руки. — Посмотрев на скептическую рожу Дайске Шоджи, я добавил: — Вы зря мне не верите. Ее два генина из нашей команды гоняли, как хотели. Она от них еле улетела. Стоит ли переживать из-за такого недоразумения?

— Если гоняли, то значит, это были не генины, — внес свое веское старейшина Мэсэйоши Иошинори. — Пока все выглядит так, будто ты пришел сюда к нам в дом с предложением о дружбе, убил одну из наших шиноби и даже не хочешь вернуть ее тело и вещи.

— Старейшина-сама, я говорю правду. Я не кровожадный маньяк и не жадина, готовый рисковать дружбой между нашими странами из-за мелочных обид. Я не знаю, куда подевалась ваша Фубуки. Спрашивайте у ее командира, откуда у нее взялся призыв, о котором вам ничего не известно.

А про себя я с облегчением подумал о том, что меня в который раз спасает отсутствие Наруто. Он врать совсем не умеет. В попытках объяснить, как мог на ровном месте исчезнуть человек, он бы наверняка ляпнул какую-нибудь чушь. Например, что Фубуки могла спиз… стащить у меня одну из карточек призыва. И объясняй потом, откуда они у меня. А главное, отбивайся потом от предложений поделиться, усиленных колюще-режущими аргументами.

Деды как-то скисли, осунулись и решили взять тайм-аут, мол, «нам, старикам, надо кое-что обсудить. Мы дадим ответ завтра. А пока побудьте нашими гостями».

— Если вам что-то понадобится, — обернулся лысый, — спросите Макото-сана, — и указал в сторону шиноби лет сорока, похожего на матерого дворового вояку-кота, своим посеченным белесыми шрамами лицом.

Мысленно я уже делал набросок: «Колоритная личность, да и как пособие по пластической хирургии — тоже ничего».

Макото слегка сбледнул и, сообщив, что