Жить жизнь. Трилогия о любви и манипуляциях (СИ) - Богинская Анна

Анна показала рукой, что ждет следующего вопроса.

– Психопаты в начале отношений предстают в образе идеального мужчины. Значит, они прекрасно понимают, какого мужчину женщина хотела бы видеть рядом с собой. Но потом, когда она влюбляется, перестают играть эту роль, чем портят отношения и мучают партнершу. Вопрос: им в принципе не нужны долгие хорошие отношения, или они боятся, что по-другому женщину не удержат?

– Я уже ответила на этот вопрос. Они не знают, что такое длительные хорошие отношения и любовь в здоровом понимании. Когда жертве больно, страшно и она терпит, психопат уверен, что так она проявляет свою любовь, что она его точно любит. То есть, с точки зрения манипулятора, любящий партнер тот, кто позволяет себя уничтожать и использовать. Если вы терпите издевательства, значит, вы любите. Признайтесь психопату в любви в начале отношений – и через три дня получите первую «Иглу». Для него признание в чувствах – сигнал к уничтожению и использованию.

Слушатели вновь замерли. Девушка продолжила:

– Если манипулятор за один вечер распознает все кнопки жертвы, на которые можно нажать, значит, он разбирается в психологии? Мой просчитал даже то, чего я сама о себе не знала.

Анна рассмеялась:

– В большинстве случаев девушки сами рассказывают о себе. А социальные нормы позволяют легко просчитать желания большинства женщин. Если ей тридцать и она не была замужем – значит, хочет замуж. Если ей сорок и у нее нет детей – тоже понятно. Если детей трое…

– …Она не хочет детей, – закончил фразу зал.

– Совершенно верно. Мы думаем, что все мы очень разные, а на самом деле большинство хочет того, что диктует социум. Но психопаты, поскольку учатся имитировать эмоции всю жизнь, действительно подстраиваются быстрее, чем, скажем, нарциссы.

К микрофону подошла следующая читательница:

– Анна, где взять силы, как удержаться от возвращения и научиться быть верной себе? Верной всегда. Пока очень трудно не прощать его, не совершать греха прощения, как вы пишете во второй книге.

– Нужно научиться управлять своими страхами и всегда делать выбор из любви к себе. Вы зависимы, раз задаете такой вопрос. В клубе «Жить жизнь» много информации, которая поможет вам стать счастливой.

К микрофону с наигранной уверенностью направился молодой человек. Анна наблюдала за его нервно-независимой походкой. Серые джинсы, толстовка – мастер пикапа. Наглый взгляд, спортивное телосложение, демонстративное поведение. Она безошибочно определяла таких в толпе, как поисковая собака определяет героин.

– Скажите, ваши знания помогли вам стать счастливой? – уголок его рта дернулся, сигнализируя о презрении.

Анна вздохнула:

– Что вы имеете в виду?

– То и имею. Вы счастливы?

– Что вы подразумеваете под словом «счастье»?

– То и подразумеваю, – хмыкнул он.

– Счастье – философское понятие. Оно для всех разное.

– Вы уходите от ответа! – парировал юноша.

– Да, вы правы: ухожу, – согласилась Анна. – Я счастлива в своем понимании, но, возможно, вы имеете в виду другое.

– А что для вас норма? – с вызовом произнес он.

– Для меня счастье – это быть с частью себя. Обрести себя. В этом мне помогли знания.

– Что это значит?

Анна направила на него проникновенный взгляд. Вот сейчас можно было бы остудить наглеца встречным вопросом: «Если вы не знаете, о чем спрашиваете, как мне ответить?» Но на нее смотрели сотни Бабочек.

– Первое, что необходимо для самопознания, – выявить своих демонов. Страхи. Сомнения. Чувство вины. Гордыню. Второе – научиться этими демонами управлять. Третье – осознать свою мотивацию, свои ценности. Но вы спрашиваете, в отношениях ли я?

– Ага, – небрежно подтвердил он.

– Вокруг меня десятки мужчин, уверенных, что они со мной в отношениях. В той или иной форме, – Анна многозначительно посмотрела на аудиторию. – Но я не в отношениях с ними.

Зал рассмеялся.

– Тем не менее я понимаю, о чем вы спрашиваете. Мой ответ: «Нет».

Слушатели замерли.

– Я жду его. Того, кто меня восхитит. И я восхищу его. Без страха одиночества, возраста или общественного мнения. С вашей точки зрения, я одинока. А с моей – свободна. И не ввязываюсь в отношения с теми, кто меня не восхищает. Я делаю выбор. И уверена, что каждый из нас делает выбор, который определяет судьбу. Выбор – это не слова. Только действия показывают, чего ты достоин. Я не предаю свой выбор. Я с частью себя, поэтому счастлива. Я знаю: я достойна созидающих отношений. И знаю, что моя дорога ведет к нему. А мне постоянно предлагают свернуть налево, – Анна широко улыбнулась. – Иногда – направо. Чаще – просто остановиться. Но я знаю, куда иду.

– Давайте поблагодарим Анну за ее ответы, – прервал диалог с залом ведущий.

Гул аплодисментов.

– Спасибо за вопросы. Каждый из них очень важен. Я обещаю, что на все оставшиеся вопросы отвечу в клубе «Жить жизнь».

6 октября 2017 года, Киев

Анна вышла из ресторана, где проходил светский раут. Красивое место. Ресторан, наполненный воспоминаниями для нее, но не для ее читателей. Ведь до романа всегда есть история, которая не имеет отношения к сюжету.

Вдохнула терпкий осенний воздух. Киев. Запах, который за годы вошел в ее ДНК. Этот запах – часть нее. И, скорее всего, у других городов нет шансов это изменить. Завтра она улетает в Нью-Йорк на презентацию книги. Нужно поужинать. Анна оглянулась: всего в двухстах метрах ресторан чешской кухни. Она не была здесь с момента последней встречи с Матвеем. Там он налил ей чай в кофе. И там несколько раз выбегал из-за стола. Там наступил финал их отношений в сюжетной линии «Греха прощения».

Много раз ей назначали встречи в этом месте, но она находила причины перенести их в другое. Не из-за воспоминаний. Из-за страха встретить его. Анна направилась ко входу: она свободна от страха.

Медленно поднялась по деревянным ступеням, отмечая каждую неизменившуюся деталь.

– Вы хотите поужинать?

Она мирно кивнула в ответ.

– Основной зал или верхний? – отвлекла от воспоминаний администратор.

– Основной, – с улыбкой ответила Анна.

Память открывала картотеку на последнем разговоре с Матвеем, повинуясь писательским инстинктам – кнутам жизни, которые вынуждают следовать за моментом. Она прошла в зал через главный вход. В ресторане практически нет посетителей. Справа от двери, в дальнем углу, – мужчина с бокалом чешского пива, заинтересованно смотрящий в телефон.

– Где вы хотели бы расположиться?

Анна шла налево, в другой конец зала, к столику, который навсегда обречен привлекать ее внимание. Ее тянуло туда, как преступника на место преступления. Здесь она преодолела себя и отключила комплекс хорошей девочки, ответив Матвею его же приемами. Здесь начался путь трансформации.

– За этим столиком, – уверенно сообщила Анна.

В левой части не видно посетителей, только чуть слышные голоса сообщают, что за колонной все-таки есть гости. Она уверенно сняла ярко-алое пальто. Администратор услужливо повесила его на вешалку – ту самую, на которую когда-то Матвей вешал свое. И, может, поэтому Анна села на место Матвея.

– Мне, пожалуйста, ваш фирменный салат с куриной печенью. Он еще есть?

Девушка подтвердила взглядом.

– И кофе без молока, – машинально попросила Анна.

Администратор кивнула и дежурно пожелала приятного ужина.

Анна огляделась и на мгновение вернулась в одну из глав второй книги. Матвей выбегал из-за стола три раза, но в книгу вошло только два. Зачастую настоящая реальность намного хуже книжной.

Колонна скрывала обладателей мужских голосов. В ресторане нет музыки. Оглянулась: стена. Картины на месте. Ничего не изменилось. Она подвинулась на скамье вправо, пытаясь увидеть дверь туалета – остров спасения героя в прощальный вечер. Взгляд скользил по деталям интерьера, пытаясь найти разницу. И наконец коснулся гостей в дальнем левом углу зала.