Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Армия Кхемри взяла город приступом. Поскольку все войско ушло далеко на восток, Зандри оказался совершенно беззащитным перед нападением Нагаша. Городская стража попыталась помешать высадке, но ее сопротивление удалось сломить за какой-то час.

Разорение Зандри длилось три ужасных дня. Воины Нагаша методично грабили и сжигали все на своем пути. Опустошили большие невольничьи рынки, а весь живой товар погрузили на суда Кхемри. Мародерствовали в знатных домах города, людей брали в рабство. В лавках не осталось товаров, а баркасы забили под завязку. Все остальное сожгли, в том числе и две трети кораблей, стоявших в порту. Посольства других крупных городов нашли убежище в городских храмах и оттуда униженно наблюдали за погромом, учиненным Нагашем в отместку за унижения, которым царь Некумет подверг Кхемри.

Утром четвертого дня исстрадавшиеся люди, которым удалось выжить, робко выбрались на улицы города и обнаружили, что их мучители исчезли. Баркасы, груженные награбленным добром и несколькими тысячами рабов, ночью уплыли. А в это время армия Нагаша уже прошла сквозь восточные ворота Зандри и по Большому торговому тракту устремилась в сторону войска царя Некумета.

Нагаш установил для своей армии жесткий темп, заставляя воинов идти весь день и половину ночи, чтобы догнать войско Зандри. Они разбивали лагерь на обочине дороги и перекусывали тем, что имелось под рукой, потом несколько часов отдыхали, а на заре снова поднимались и шли дальше. По пути они несколько раз грабили купеческие караваны, направлявшиеся на восток с припасами для зандрийцев.

Прошли две тяжелые недели, и наконец лазутчики армии Кхемри увидели костры лагеря Зандри. Продвижение врага замедлилось, теперь его войска едва ползли, потому что их изматывали неослабевающие атаки кавалеристов Архана, к тому же стало заканчиваться продовольствие. Отправив лазутчиков искать армию Нагаша на восток, царь Некумет не имел не малейшего представления о том, что основной корпус военных сил Кхемри стоит лагерем в нескольких милях — в тылу его собственного войска.

Пока армия Кхемри устало располагалась на песке по обе стороны дороги, Нагаш приказал своим людям поставить для него палатку в нескольких сотнях ярдов западнее. Сухета, юного князя, оставили на попечение Раамкета, а Кефру царь отправил за двумя десятками рабов из тех, кого армия увела из Зандри. Сражение должно было начаться сразу после того, как забрезжит рассвет, но в эти холодные ночные часы Нагаш собирался как следует к нему подготовиться.

Начертить ритуальный круг было сложно из-за неровной земли, на которой стояла палатка, и это напомнило Нагашу о почти неразрешимой проблеме, с которой ему придется столкнуться утром. Его войско уступало противнику в численности в два раза, а люди после долгого похода окончательно измучились. В грядущей битве колдовство должно стать решающим фактором, но как он сможет получить жизненные силы, необходимые, чтобы произносить заклинания? Он окажется слишком далеко от линии фронта, чтобы воспользоваться гибелью воинов, как своих, так и вражеских, к тому же на открытом воздухе будет очень сложно создать и поддерживать хороший ритуальный круг. Нагаш как раз закончил рисовать круг, когда вернулся Кефру, волоча за собой молодого раба. Юноша, длинноногий и длиннорукий северный варвар, едва шевелился от усталости, голода и страха. Он ввалился в палатку, как жертвенный бык, плохо соображая и не понимая, что за судьба его ждет. Царь представил себе, как Кефру перерезает варвару горло и сливает кровь в медную чашу, как это делает самодовольное дурачье в лагере Зандри.

Внезапно Нагаш замер и нахмурился. Кефру уловил перемену настроения хозяина и обеспокоенно посмотрел на варвара.

— Он что, не подходит? — спросил жрец. — Заверяю тебя, он сильный и здоровый.

Нагаш махнул на Кефру рукой, чтобы тот замолчал. Он лихорадочно думал. Наконец, кивнув самому себе, царь провел ногой по ритуальному кругу, стирая начерченные линии.

— Что ты делаешь? — удивился Кефру, в замешательстве морща лоб.

— Сними с него тунику, — велел Нагаш, подошел к кедровому сундуку, стоявшему у входа в палатку, и вытащил из него кисть и склянку с чернилами. — И найди мне медную чашу. Хочу провести опыт.

Жрец растерянно покачал головой, но повиновался. Нагаш воспользовался двумя медными иглами, чтобы раб не мог пошевелиться, и начал рисовать ритуальные символы Заклинания Жатвы прямо на бледной коже варвара. К тому времени как Кефру вернулся с подходящей чашей, тело раба было полностью покрыто иероглифами.

— Что это, во имя всех богов? — ахнул Кефру, уставившись на раба.

— Во имя богов, в самом деле, — отозвался Нагаш. Рисуя, он кое в чем улучшил ритуальные знаки, подгоняя заклинание к новому процессу, который себе представил. — Ответ все это время был прямо у меня под носом, Кефру. Жрецы сливают в чашу кровь жертвенного быка и делят ее между царем и его людьми перед сражением. Для чего?

Кефру, задумавшись, нахмурился.

— Чтобы усилить действие ритуала.

— Именно! — воскликнул Нагаш. — А почему кровь? Потому что в ней содержится жизненная сила животного. Понимаешь? Сила — в крови! — Некромант выпрямился и вытащил кривой кинжал. — Иди сюда, держи чашу наготове.

Протянув руку, некромант схватил раба за волосы, наклонил вперед его голову и подсунул нож под подбородок. Кефру едва хватило времени подставить чашу, как Нагаш перерезал горло варвару от уха до уха. Дымящаяся кровь хлынула в чашу, и некромант начал читать Заклинание Жатвы.

Несколько мгновений спустя безжизненное тело раба рухнуло на землю. Нагаш вытер кинжал о его волосы и поднял дрожащую руку над чашей. Глаза его жадно сверкали.

— Я чувствую ее, — прошептал он. — Сила здесь, в крови. — Он вытянул руки. — Дай ее сюда. Быстро!

Кефру протянул ему чашу, и Нагаш, не колеблясь, поднес ее к губам. Кровь была горячей и горькой, она текла по подбородку и капала на одежду, но нервы его словно запылали. Энергия раба хлынула в него, наполняя царя небывалой силой. Он жадно делал большие глотки, кровь широкими струйками текла по груди.

И вот опустевшая чаша выпала из его рук. Сила исходила от него, как жар от кузнечного горна.

— Еще! — прошипел некромант. — Еще!

И кинул на Кефру такой взгляд, что жрец, спотыкаясь, в ужасе выскочил из палатки.

Пылая украденной жизненной силой, Нагаш запрокинул голову и разразился жутким торжествующим хохотом, а потом начал сплетать заклинание, которое окончательно решит судьбу Зандри.