Цереус - Елена Акимова

— Ты, догадаешься найти дверь из этой комнаты, — Он разговаривал в сухом и жестком тоне.

Алекс навсегда решил поставить между ними стену.

— Можно, я задам вам вопрос?

— У меня много работы, — Он сел в свое кресло, ему так хотелось, что бы мальчишка поскорее исчез куда-нибудь, — если тебе, что-нибудь нужно обращайся по всем вопросам к Вике.

— Это из-за вас мама бросила нас с папой на яхте?

— Что? — Алекс опешил. — Что за вздор ты несешь? Лучше иди и спроси у нее самой. У твоей мамочки, всегда есть ответы на все вопросы.

Давид понял, что дальше его просто никто не будет замечать. Он отвернулся и направился к двери. Еще раз, посмотрев на Алекса, он вздохнул и вышел, тихо закрыв за собой дверь.

Перекинув ручку от сумочки через плечо, Виктория спустилась по лестнице в гостиную. Не замечая сидящего в углу дивана Давида, она подошла с стеклянному столику и налила себе воды. Вика обратила внимание на свое отражение в зеркале. Несмотря на все неприятности, она все же выглядела уже лучше. Она поправила маленькую складку на серо-голубом костюме, провела рукой по золотым волосам и улыбнулась.

— Привет, — услышала она за спиной детский голос мальчика.

— Привет, милый, — Вика повернулась и на ее лице засияла неотразимая улыбка доброты и счастья. — Как твои дела?

— Все нормально.

Она присела около него и взяла его пальчики в свои руки.

— А, почему ты такой грустный, Давид?

— Я совсем о тебе ничего не знаю, — мальчик прижался к Вике. Её удивлял не по годам взрослый разговор Давида. Для пятилетнего мальчика, он пережил слишком много, и это сделало его взрослее сверстников.

— Ах, вот в чем дело. Мы легко это исправим. — Вика подвела мальчики к дивану. Отложив сумочку, она усадила Давида и присела сама. Сафина посмотрела на огонь в камине.

— Так, что же ты хотел обо мне узнать?

— О твоей семье, о той женщине, что так похожа на тебя.

— Это моя сестра — Валерия, мы близнецы. Но, она пока уезжает от нас. У нее тоже есть сын — Дмитрий. Вы обязательно с ним познакомитесь.

— А твой муж — это тот строгий мужчина в кабинете?

Вика посмотрела на дверь и улыбнулась. Вика обняла мальчика и заглянула в зеленые глаза. Давид не был похож на Олега, скорее всего у матери мальчика были такой странный взгляд.

— Он не строгий Давид, просто мы не так давно пережили несчастья. На том «Боинге», где героически погиб твой отец, пропала наша дочка.

— У меня была сестренка? — Воскликнул Давид.

— Да, Давид! — Вика улыбнулась и провела ладошкой по его щеке. — Ее звали Алина. Я покажу тебе ее фотографию.

Виктория подошла к ящику секретера орехового дерева и достала большой альбом с яркой обложкой. Она опустилась рядом с мальчиком и положила фотоальбом на колени.

— Это старый альбом, но здесь и новые фотографии. Вика принялась рассказывать ему о бабушках и дедушках, перелистывая страницы, а Давид непрерывно слушал и смотрел на свою красивую, добрую мамочку. Он понимал, что постепенно начинает в нее влюбляться, в ее золотые волосы, мягкий и спокойный голос.

— А это…,- она вдруг замолчала и засмотрелась на маленькую фотографию «полороид», где были изображены они с Олегом. Он обнимал ее за талию, а она прислонилась к нему спиной, обхватив его руки своими руками. Снимок был сделан на ее день рождения, когда Олег подскочил к ней, а Николай их быстро сфотографировал.

«Ребята, улыбнитесь», — Улыбался Николай. Воспоминания перенесли ее на пять лет назад.

«Ну, что ты делаешь?» — Олег застенчиво засмеялся и попытался, тогда спрятаться за каскад ее волос. Она вдруг ощутила, как его губы прикасались к шее, разжигая огонь на коже.

Вика посмотрела на Давида, ведь этот мальчик мог быть их сынок, но как же все несправедливо, почему судьба разлучила их, не дав шанса на счастье?

— А, вот я и твой папа, — тихо произнесла девушка. Давид взял фотографию и улыбнулся. Его улыбка вновь Вике кого-то сильно напомнила. Вика принялась смотреть снимки и нашла фото Дмитрия. Она посмотрела на фото племянника и перевела взгляд на Давида. Поразительно, дети были очень похожи, но она перевернула фото, подумав, что в этом возрасте, все друг на друга похожи.

— Вы выглядите такими счастливыми, — произнес мальчик.

— Мы и были такими.

— Мама, — Давид поднял голову, и Вика вздрогнула, — а можно, я оставлю фотографию себе?

— Конечно, можно, — Вика обняла его и поцеловала в лоб.

— А, кто это? — Давид указал на фотографию маленькой девочки, с большими голубыми глазами и веселой улыбкой.

— Алина. Моя дочь. Я очень ее люблю. У нее были такие красивые глаза, как и у тебя. — Она коснулась кончика его носа.

— Я хотел, чтобы она и мой папа были живы.

— Я тоже хочу этого больше всего на свете. Ты, можешь взять эту фотографию себе.

— Спасибо, мамочка. — Он вдруг бросился к ней на шею и крепко обнял.

— Теперь, ты все обо мне знаешь, — девушка улыбалась.

— Мама, можно я спрошу тебя? — Он смотрел на нее, своими странными в зеленную крапинку глазами, и ей стало немного холодно и не уютно. Она кивнула.

— Ты моя настоящая мама?

Вика опустила голову, она договорилась с Алексом, чтобы он не травмировал ребенка, но если Давид узнает правду позже, он все поймет лучше и примет все по обстоятельствам. Она держала его маленькие тонкие пальчики, чувствуя, как бьется его сердце.

— Да, Давид, я твоя мама. Так получилось, что мне пришлось расстаться с твоим папой, и он забрал тебя. Я какое-то время жила за границей и не могла навещать тебя.

Мальчик достал из-под рубашки золотой медальон с аквамарином. Он висел у него на золотой цепочке, на шеи.

— Папа сказал, что ты надела мне его, когда я родился.

Вика посмотрела на дорогую и очень красивую вещь, на обратной стороне была надпись «Да и всему есть время». Вещь, видно, что фамильная и сделана на заказ. Девушка улыбнулась и обняла мальчика.

— Прости, меня Давид, многие делают необдуманные поступки, о которых жалеют всю жизнь, но исправить уже ничего невозможно или поздно.

— Я не хочу, чтобы мы больше расставались, я люблю тебя, ты понравилась мне с того момента, как папа подарил мне твою фотку.

— Нужно говорить фотографию, — поправила его девушка.

— Прости, — мальчику так хотелось во всем быть правильным, ему очень хотелось, чтобы его красивая мамочка его любила, больше чем того строгого мужчину в кабинете.

— А, теперь пойдем, поиграем в теннис. — Она держала его ладонь. — Ты видел, какой у нас большой корт? А, потом мы можем поплавать в бассейне. Ты умеешь плавать?