17 - Prelude - Люси Сорью

Платформа, на которой стоял мой эш-ка, поехала вперед по проложенным в полу ангара рельсам, выехала на середину и двинулась вбок. В противоположном направлении ушла платформа с "Маджестиком" Кимэры.

Моя же платформа, тем временем, переместилась к ожидавшему меня подъемнику. Крепления, удерживавшие "Кросс Трайфорс", раскрылись, освобождая меня. Я сошел с платформы и переступил на подъемник, встав на уже ждущий блок катапульты, замкнувшийся вокруг ступней эш-ка.

Подъемник поехал вверх, и темные внутренности "Манты" резко сменились ярким солнечным небосклоном над гладью Аравийского моря. Рельсы катапульты сощелкнулись вместе, приготовившись к пуску разряда. Катапульт было две, по одной на основание каждого из "плавников" воздушной баржи. Если обернуться влево, можно было увидеть торчащую из треугольного затылка "Маджестика" антенну.

— Напряжение на катапульту стабильно. — голографический индикатор готовности к старту справа от катапульты горел красным. — "Кросс Трайфорс", приготовьтесь к старту.

— К старту готов! — немедленно откликнулся я, слегка наклоняя машину вперед, как перед прыжком с трамплина. В правой руке "Кросс Трайфорс" сжимал винтовку Гаусса с подсоединенным к рукояти энергокабелем. Если вдруг понадобится использовать меч, придется его переподключать — весомый недостаток. Вон, у того Виндикатора пусть и пиломеч был, но зато с беспроводным питанием…

— Вас поняли. Готовность один. — индикатор сменил цвет на желтый. — Разряд через 10… 9… 8… 7… 6… 5…

— Система управления модулем воздушного развертывания синхронизирована и передана на управление бортового компьютера.

— 3… 2… 1!

По рельсам катапульты прокатился разряд, бросивший блок вперед и заставивший его набирать скорость с каждым пройденным метром, чтобы резко затормозить в конце и бросить стоящий на нем эш-ка вперед.

— "Кросс Трайфорс", капитан Вольфр-Икаруга, осуществляю воздушное развертывание! — успел выкрикнуть я, прежде чем повернуть педали вперед и включить двигатель модуля, подхвативший и понесший меня вперед. ИИ послушно держал высоту, меняя наклон элеронов на огромных крыльях модуля.

— "Маджестик", подполковник Аоки Кимэра, осуществляю воздушное развертывание. — гораздо спокойнее сообщил Аоки, срываясь с катапульты вслед за мной.

Оставляя за собой дымные следы, двое наших эш-ка прочертили небо, на огромной скорости приближаясь к побережью. У меня к горлу подступила тошнота, а кабина была наполнена скрипом и скрежетом: несущая конструкция сейчас подвергалась сильным перегрузкам, которые в кабине были гораздо легче из-за противоперегрузочных сеток, иначе я бы заблевал, наверное, всю приборную панель.

Следом за нами спорхнули с катапульт "Юстикатор", сжимавший рельсотрон на манер ружъя, и как всегда увешанный холодным оружием "Вейл Дементиа". "Маджестик" Аоки сжимал в руке гироджет-карабин, а другую руку держал на эфесе меча — гигантской копии катаны в предохраняющих лезвие от затупления ножнах.

— "Маджестик" всем машинам. — провозгласил Аоки, когда до побережья нам было уже рукой подать. — Мы начинаем выполнение миссии!

Глава VI

Область Белуджистан, квадрант F045

— "Кросс Трайфорс" — вас понял! — вскрикнул я в подтверждении, и, не слушая остальные подтверждения, бросил машину резко вниз. Подо мною уже бежала земля, а вдали был ясно виден силуэт разведывательного "Импунити"-класса. Выпуклая голова, широкие округлые плечи, выпирающий вперед "киль" на груди — отличительные черты американской школы дизайна эш-ка. До него было рукой подать, а он уже разворачивался ко мне. Исподлобья сверкнули желтые глаза-камеры. На броне уже можно было и пометки различить, а вмятины от снарядов — тем более.

Я резко рванул вверх и выключил двигатели модуля воздушного развертывания, выпрямляясь и включая тормозные двигатели в ногах.

— Балансировку на оператора, отстрелить модуль.

— Выполнено. Модуль отстыкован. — ответил ИИ. "Кросс Трайфорс" лишился своих широченных крыльев, которые устремились обратно на баржу, повинуясь заложенным в бортовой компьютер программам и оставив меня падать вниз, к земле, корректируя падение двигателями.

Запищало упереждение. Я дернулся вбок, уходя от очереди из гироджет-карабина "Импунити" и одним движением вытянул из-за спинки сидения прицел. Повел стволом винтовки Гаусса в сторону, а затем чуть на себя, и поймал голову разведывательного эш-ка в прицел.

И спокойно спустил курок, увидев затем, как голова "Импунити"-класса разлетается на две части, а снаряд пробивает машину насквозь, чудом не зацепив реактор. По всему корпусу врага прокатилась волна небольших взрывов, мертвый эш-ка пошатнулся, и медленно завалился набок — отказали гироскопы, да и снаряд подсобил.

Я приземлился на землю, спалив выхлопом тормозного двигателя на ноге чью-то бронемашину по дороге; к счастью, на нее я не наступил, иначе бы подскользнулся. Отодвинув прочь прицел, я вскинул винтовку и поразил задравшую ствол САУ, так неразумно взобравшуюся на самый верх отвесной скалы в километре от меня. На ее месте расцвел огненный цветок взрыва.

Итого, я только что убил как минимум пятерых людей.

Это прекрасно.

Прекрасно!

Над плечом пролетел снаряд рельсотрона, догоняемый собственно звуком своего пролета — "Юстикатор" выстрелил, находясь еще в воздухе, и сейчас плавно опускался на землю. На стволе рельсотрона мерцал голографический индикатор готовности к стрельбе. Снаряд, тем временем, ударил с разрушительной силой ядерной бомбы, обрушив ту самую скалу, на которой до недавнего времени горел остов САУ. По левому борту поднялся столб пыли — это приземлилась Сэа. Сверкнул один из мономолекулярных клинков, высвобожденный из ножен. Второй из трех наступавших эш-ка, — непонятно как попавший сюда китайский "Бай-ху"-класс, — подступил к "Вейл Дементиа" поближе и махнул своим оружием, огромным боевым топором, перед собой, принимая вызов.

— Я уничтожу командный пункт. — сообщил Аоки по рации. Его "Маджестик", очевидно, приземлился где-то далеко справа. — Продолжайте выполнение операции, я сейчас присоединюсь.

— Вас понял. — отрапортовал я, устраиваясь над раскопом. Посередине площадки виднелся проем, похоже, вход в какой-то склеп или еще что-то, но он меня мало волновал — умные археологи укрепили бы туннели хотя бы стальными балками, а там оно уже выдержит. Да и не провалюсь же я, в конце концов!

Тем временем воодушевленные нашим прибытием нео-персидские пехотные доспехи перегруппировались и построились клином, навострившим стволы рельсотронов. Мне такое построение, да и вообще понятие "построение" применительно к современной войне, показалось странным, но на деле пилоты доспехов оказались совсем не промах. Первые же снаряды вражеских танков заставили их пойти врассыпную: поднимая колесами-роликами на ногах столбы пыли, они оказались подле танков и объехали их. Пока танки пытались развернуть башни или корпуса, доспехи так же синхронно дали залп. Некоторые танки, если верить траекториям полета снарядов на мониторе, пробило насквозь.

Доспехи поехали дальше, а я вновь выдвинул прицел, и как нельзя вовремя: рядом со мной в землю врезался, едва не зацепив меня, реактивный снаряд здоровенного безоткатного ружья. Я стронулся с места, одновременно пытаясь поймать стрелявшего — еще один "американец", на этот раз "Ресайлент"-класс. Канонирский эш-ка с массивными наплечниками держал укрепленное на ложе в одном из них безоткатное ружье. Оператор "Ресайлента" и сам был не промах — он начал меня обходить, примеряясь для выстрела; само собой, я ему этого не дал, тоже пытаясь обойти его.

— Подсобить? — ожили наушники голосом Лейдзи.

— Ага, хрена с два!.. Его еще поймай поди… — раздраженно ответил я, продолжая маневры.

Второй хмыкнул, продолжая артобстрел. Хотя можно было сказать и "терраформинг в локальных масштабах" — помимо вражеской бронетехники снаряды рельсотрона разили еще и детали рельефа, стирая границы между возвышенностями и низинами и превращая динамическую карту местности в кашу.

Поймав, казалось бы, плечо "Ресайлента" в прицел, я нажал на гашетку, но безрезультатно: в последний момент враг отступил в сторону, а снаряд винтовки ударился в землю, подняв столб земли и пыли. Я прорычал что-то нечленораздельное, продолжая маневрировать и пытаться поймать врага в прицел. Завизжало упереждение, и "Кросс Трайфорс" потряс удар, пришедшийся по бронированной юбке. Равновесие я, находясь в середине шага, удержать не смог бы, даже если бы постарался, и мой эш-ка рухнул набок. Одна из пластин юбки, справа сбоку, приняла на себя весь удар выпущенных откуда-то ракет и теперь пришла в полнейшую негодность: я сбросил ее и начал подниматься на ноги.