Первое мгновение вечности - Рэйя

Вообще Гарри нравилось в Хогвартсе, он получал удовольствие от занятий магией, обожал читать и разучивать новые заклинания, и любил своих профессоров. В особенный восторг его приводил профессор Люпин и предмет, который он вел. В отличие от зелий, которые, хоть и нравились Гарри, но порой вводили его в состояние близкое к коматозу, Защита От Тёмных Искусств чуть ли не окрыляла мальчика. Каждый урок, когда профессор Люпин показывал им новое заклинание, превращался в игру, шуточное сражение или безумное веселье, в зависимости от того что им предстояло изучить. А профессор Люпин оказался невероятно интересным рассказчиком и собеседником. Иногда после уроков Гарри заходил к нему, и профессор предлагал ему чай с печеньем и они часами могли обсуждать разнообразные заклинания. Когда же мальчик узнал, что Люпин дружил с его отцом, его просто невозможно было вытащить из кабинета профессора. Гарри готов был бесконечно слушать разные байки о приключениях отца.

Пожалуй, Защита была единственным предметом, который легко давался Поттеру. Остальное мальчик осваивал сидя в библиотеке или занимаясь в компании своих однокурсников в гостиной Слизерина.

— Эй! — Гарри моргнул, вырываясь из собственных мыслей, и поднял голову, встретившись взглядом с невысокой девочкой, которая стояла возле его стола. Судя по выражению лица, она уже несколько раз окликнула его, прежде чем мальчик заметил её.

— Прости, ты что‑то сказала? — Гарри попытался припомнить её имя, он был уверен, что она училась на Гриффиндоре, и часто видел её в библиотеке, но никогда особенно не интересовался, как её зовут. Девочка фыркнула, тряхнула копной каштановых кудряшек и смерила Гарри недовольным взглядом.

— Я говорю, — в который раз повторила она, — что если тебе не нужна эта книга, то я хотела бы взять её, — она ткнула пальцем в учебник по зельям, который лежал перед Поттером.

— Эм…да, бери, — он кивнул, она взяла книгу, развернулась, чтобы уйти, и вдруг остановилась, снова взглянув на Гарри. По её взгляду он понял, что девочке до ужаса хочется что‑то сказать. Гарри задался вопросом, когда же им всем надоест таращиться на него и на его шрам. Он выжидательно поднял брови и гриффиндорка тут же скороговоркой выдала:

— Ты знаешь, у тебя здесь ошибка.

— А? — он удивленно на неё уставился.

— В тексте, — пояснила она, — вывод неправильный.

— Да? — Гарри опустил взгляд на свою работу и нахмурился. — По–моему, все верно…

Девочка фыркнула и уселась напротив него.

— Да, если только ты говоришь об успокоительном зелье, но ведь эссе ты пишешь о снотворном.

— Когда ты успела прочитать, о чем я пишу эссе? — нахмурился Гарри, гадая, когда же она, наконец, уйдет.

— Да пока ты витал в облаках, можно было не только прочитать твоё эссе, но и переписать его трижды, — она строго нахмурилась. — Между прочим, библиотека создана для того, чтобы здесь читали, а не придавались дневному сну.

— Так почему бы тебе не пойти и не почитать? — поинтересовался Поттер.

— Потому что ты узурпировал нужный мне учебник, — она пожала плечами и с любопытством взглянула на него. — Зачем ты делаешь эту работу? Нам же не задавали сравнительный анализ.

— Для себя, — буркнул мальчик, раздраженный дотошностью девчонки.

— О, — она задумчиво подергала себя за прядь волос, — но вывод у тебя неправильный.

— В чем? — он вздохнул.

— Во всем, — она даже внимания не обратила на его недружелюбный тон, — логики нет.

— Да чего ты пристала ко мне?! — взорвался мальчик, тут же заслужив её обиженный взгляд.

— Просто хотела помочь, — уязвлено ответила девочка, вставая из‑за стола, — но, похоже, ты и так все знаешь.

С этими словами она пересела за другой стол и принялась раскладывать перед собой книги и перья. Наблюдая за ней, Гарри не мог не заметить, как она закусила губу, словно боялась расплакаться.

«Да что я сделал‑то?» — мысленно застонал мальчик, начиная чувствовать себя виноватым. Чтобы отвлечься, он принялся перечитывать свое эссе и внезапно обнаружил, что девчонка была права. Он ошибся с выводом и если бы профессор Снейп это увидел, то долго злорадствовал бы относительно неспособности одноклеточных организмов видеть простые вещи. Гарри вздохнул, почесал затылок, сгреб в сумку свои учебники и домашнюю работу и приблизился к гриффиндорке, остановившись рядом с ней и деликатно прочистив горло. Девочка его проигнорировала.

— Хм…эм…

— Что‑то забыл сказать? — не оборачиваясь, холодно поинтересовалась она.

— Да…хм…прости, — пробормотал Гарри, — ты была права, я ошибся.

— Естественно, — она высокомерно фыркнула, переворачивая страницу учебника, — но вы, слизеринцы, слишком гордые, чтобы признавать подобное.

— Я же извинился!

— Как благородно!

Гарри вдруг понял, что так припираться они могут очень долго, он резко выдохнул и теперь уже сам сел напротив девочки.

— Слушай, эм…я не хотел тебя обидеть, просто …ну…просто так вышло.

— Хорошо, — она кивнула, не глядя на него.

— И все?

— А я тебе ещё что‑то должна? — раздраженно спросила гриффиндорка.

— Как‑то не очень похоже, что ты не злишься, — примирительно улыбнулся Гарри.

И вдруг она всхлипнула и разрыдалась, закрыв лицо руками. Гарри застыл, он не знал, что вообще нужно делать в подобных ситуациях, но точно был уверен, что это именно он довел до слез девочку.

— Подожди! Эй! — запаниковал он, озираясь по сторонам. — Не плачь, ну прости, я правда не хотел обидеть тебя, ну не плачь, пожалуйста…

Девочка неожиданно перестала всхлипывать и подняла голову, взглянув на Поттера абсолютно сухими глазами, на её губах играла коварная улыбка.

— Попался, — прокомментировала она, подперев рукой подбородок.

— Чего? — не понял Поттер.

— Ничего, — она пожала плечами, — просто было любопытно правда ли ты такой самодовольный выскочка, как и все слизеринцы.

Гарри моргнул, поражаясь непонятной девчачьей логике. Похоже, его разыграли.

— Ну и каков вердикт? — поинтересовался он.

Она пожала плечами.

— Ничего особенного, обычный мальчишка, — гриффиндорка миролюбиво улыбнулась, и Поттер вдруг поймал себя на том, что тоже расплывается в улыбке.

— Я — Гарри, — зачем‑то представился он, хотя на данный момент в Хогвартсе только глухой не знал, кто он такой.

— Я знаю, — отвечая на его мысли, сказала она, — Гермиона Грейнджер.

— Рад знакомству, — сказал он.

— Взаимно, — она кивнула и тут же посерьезнела. — А теперь, пожалуйста, не отвлекай меня, у меня ещё куча домашней работы.

— Прости, — пробормотал Поттер и встал из‑за стола, покидая библиотеку.

«Странная она, эта Грейнджер, — подумал он, и слегка улыбнулся, — но забавная».