Важна лишь любовь… - Тори Райер

Из состояния блаженства ее вырвал звон дверного колокольчика. Вдохнув поглубже, Кристина приказала себе успокоиться и пошла к двери. Всю неделю она жила в предвкушении этого момента.

Но ее ожидал неприятный сюрприз: вместо восхищенно-ошеломленного Майлза Кента на пороге стояла Элен. Блондинка выглядела просто великолепно в длинном облегающем фигуру белом платье, волосы уложены в элегантный валик, а макияж безупречен. При виде Кристины глаза Элен расширились.

— Вы очаровательны, Кристи, вам очень идет эта прическа. Простите, что я опоздала, на мосту ужасные пробки. — Элен вдруг нахмурилась. — Похоже, вы удивлены. Разве Майк не предупредил, что попросил меня подвезти вас? У него возникли какие-то проблемы.

— Нет. — Кристина надеялась, что чуть дрогнувший голос не выдаст ее разочарования. — Он мне ничего не сказал. Я доехала бы сама — ведь у вас была назначена какая-то встреча.

— Ничего страшного. — Элен беззаботно махнула рукой. — Я нашла себе замену. Ну, что, мы едем? Придется мчаться как ветер.

Они успели точно к открытию выставки, и вскоре Кристина уже стояла среди гостей, держа в руке бокал белого вина. Волнения словно не бывало. Майлз не придет, а значит, вечер безнадежно испорчен, несмотря на радость встречи с Лорой.

— Любуетесь? — Кристи рассматривала картину под названием «Закат над заливом», когда за ее спиной вырос Стефан Симпсон. — Эдна прямо-таки влюбилась в один из морских пейзажей. Уже выписывает чек… О, простите, жена, кажется, зовет меня. — Стефан состроил мученическую гримасу, но глаза искрились весельем. — Кажется, Эдна нашла себе еще картину.

Симпсон отошел, а Кристина медленно прошла по залу, наслаждаясь живописными полотнами. До нее доносились обрывки негромких разговоров гостей.

— …Да, это ее первая выставка. Это восхитительно. Какая игра света и тени…

— …Надежное вложение денег. Только мы сможем наслаждаться…

— …Этот портрет у выхода, кажется, ее брата. Лора рисовала еще подростком. Техника, конечно, невысока, но талант, бесспорно, уже чувствуется. Это единственное полотно, которое не продается…

Кристина затаила дыхание. Портрет Майлза! Интересно, какой он был… подростком!

Ей захотелось поскорее отыскать картину, но Кристи заставила себя медленно прошествовать к выходу мимо оживленно беседующих посетителей, чье внимание было приковано к полотнам.

Вот он!

Майлз… В шестнадцать лет… Юноша прислонился спиной к стене, сложенной из грубого камня, над черноволосой головой синело небо, а под ногами ярко зеленела трава. Непослушные волосы растрепал ветер, а под старой черной футболкой и поношенными джинсами, порванными на колене, угадывалось уже мускулистое тело.

Но что поразило Кристину в самое сердце, это его улыбка — счастливая, беззаботная и обаятельная, серые дерзкие глаза так и лучились весельем.

«Хозяин жизни» — выбрала Лора название для этого портрета, и оно подходило как нельзя лучше к этому мальчишке… Молодой человек выглядел так, словно весь мир расстилался у его ног.

Вокруг Кристины стояли посетители, тоже разглядывая портрет, но она не замечала ни их, ни болтовни критиков. Все ее внимание было приковано к юному Майлзу, и непонятная жалость зарождалась в ее душе. Страшная трагедия еще ожидает его впереди. Будет ли он еще когда-нибудь улыбаться так беззаботно?

Настроение внезапно испортилось. В подавленном состоянии Кристина отошла от картины.

Около девяти вечера, когда выставка была в самом разгаре, Кристина весело болтала с Лорой. И вдруг художница посмотрела мимо собеседницы, и ее глаза засияли от радости.

— Майк! Ну, наконец-то!

Кристи почувствовала, как напряглась каждая клеточка ее существа, словно кровь, несущуюся по венам, заменили искрящимся шампанским. Возбуждение выплеснулось через край в предвкушении встречи. Майлз расцеловал сестру.

— Я здесь уже минут пятнадцать, — улыбаясь, заговорил он. — И, судя по рассказам Элен, твоя выставка имеет ошеломляющий успех. Ты видела?.. Кристи?..

Когда он увидел ее, его глаза вспыхнули почти как на портрете, а голос выдал неподдельное изумление. Лицо Кристины порозовело, когда оценивающий взгляд Майлза заскользил по ее облегающему фигуру платью. Он откашлялся, но, хотя глаза его стали темными как угли, не сказал ни слова по поводу ее изменившегося облика.

— Вы уже здесь, — спокойно произнес Кент. — Приношу извинения за возникшую неразбериху. Мой секретарь должен был предупредить вас, но что-то случилось с телефоном. Домой отвезу вас сам.

— Хорошо. — Какой невоспитанный человек. Единственный, кто сказал ей о бледности и изможденности, а теперь, когда она выглядит потрясающе, Майлз Кент даже не обратил на это внимания. — Но Элен сказала…

— Она уже уехала. Так что вы поедете со мной.

Самонадеянный, высокомерный, ненавистный… Привлекательный, сексуальный, желанный… Изо всех сил Кристи старалась сохранить самообладание. Ей ужасно не хотелось ехать в машине с ним… Но выбора не было. Он опять не считается с ее желаниями.

— Не сопротивляйтесь, — смеясь, посоветовала Лора. — Моему брату лучше уступить.

Именно этого, думала Кристи, когда Майлз вел ее к выходу, она делать не собирается. Никогда, никогда она не уступит Майлзу Кенту.

9

Вместо того чтобы высадить Кристину у калитки «Розового сада», Майк подъехал к своим воротам.

— Пойдем выпьем по стаканчику. — Это прозвучало скорее как приказ, а не приглашение. Не дожидаясь ответа, Кент вышел из машины, обошел ее и открыл дверцу с ее стороны. — Иначе, — заявил он, — я буду думать, что вы не простили меня за нарушенное обещание.

Какой Майлз, оказывается, коварный. Если она откажется войти, то Кент может решить, что ее крайне разочаровало появление в ее доме вместо него Элен. Лучше зайти, чем добавлять себе лишние проблемы.

— Спасибо. — Кристина вежливо улыбнулась и вышла из машины. — Но при одном условии.

Майлз захлопнул дверцу.

— Так вы хотите, — в серых глазах появились озорные искорки, — посмотреть мои гравюры.

— Нет, — беззаботно отозвалась Кристи. — Вы обязательно должны позволить мне еще раз взглянуть на картину Лоры в вашем кабинете.

— А… — Его губы насмешливо изогнулись. — Значит, вы оставляете мне надежду…

Надежду на что? Что она предложит ему себя, как только переступит порог этого дома? Мечтай, мечтай… Стоило Майлзу взять ее под руку, как Кристина, все существо которой отчаянно сопротивлялось этому спокойному и в то же время возбуждающему прикосновению, твердо решила держаться от этого мужчины как можно дальше.