Эльфийская лихорадка - Карен Монинг

— Я знаю, как перемещается Книга. Я не рассказывала об этом никому.

Ощущение тяжести его тела распахивало двери в моем сознании, открывая мне комнаты, о существовании которых лучше бы я не знала.

Его губы коснулись моей щеки. По моему телу снова пробежала дрожь.

— Берронсу знает об этом?

Я отрицательно покачала головой и попыталась отодвинуться подальше от него. Его губы переместились к моему уху.

— Нет, но я скажу тебе.

— И ты не скажешь Берронсу? Это будет наша тайна?

— Нет. То есть, да. В таком порядке.

Я ненавижу, когда меня засыпают вопросами. Его рот жег мою кожу как огонь.

— Произнеси это.

— Я не расскажу об этом Берронсу Это будет наша тайна.

Все прошло без потерь. Берронсу я и так не собиралась ничего рассказывать.

В’лейн улыбнулся.

— Договорились. Рассказывай.

— После того, как ты поможешь мне.

— Сейчас, МакКайла, или ты идешь одна. Если мне придется сопровождать Нуль в логове ши-видящих, то требую плату вперед.

По его голосу я поняла — это не подлежит обсуждению.

Мне очень не хотелось раскрывать свои карты. Но, хотела я того или нет, я должна была поделиться с В’лейном этой информацией, чтобы обеспечить себе безопасность от Ровены. Да будет так. Я не в состоянии избавиться от всех опасностей в городе. Эльфы — плохие друзья, но, по крайней мере, я могла почувствовать их приближение. Подчиненные Ровены — обычные люди и могут подобраться слишком близко притом, что я не успею даже понять, что они опасны. Мое инстинктивное желание наброситься на Эльфа было очень сильным, а инстинкта наброситься на человека у меня не было, и я не хотела ничего менять. Люди не являлись моими врагами. Я просто хотела послать Ровене и ее ши-видящим огромное «Отвалите», и В’лейн прекрасно подходил для этого.

Но я могла рассказывать ему не все. Я оттолкнула его и проскользнула между ним и Вайпером. С насмешливой улыбкой он смотрел на мое отступление. Я почувствовала себя лучше на расстоянии двенадцати шагов от него и начала рассказывать ему отдельные эпизоды увиденные мной, когда я находилась в вонючей луже. Я рассказала ему, что книга переходит от человека к человеку, заставляя их совершать преступления.

Но я умолчала о трех обличиях этой книги, о всей серьезности преступлений и о том, что книга убивала своего носителя прежде, чем перейти к новому владельцу. Пусть думает, что книга переходила из рук в руки живых людей. Если он вдруг решит выследить обладателя книги, то этот факт будет моим преимуществом. А я нуждаюсь в любых преимуществах, которые только смогу заполучить. Я знала, что В’лейн считает людей нежизнеспособными, и я не видела причин, чтобы доверять ему больше, чем Берронсу. Несмотря на то, В’лейн — принц Видимых, а Берронс не раз спасал мне жизнь, у меня было слишком много вопросов к ним обоим. Моя сестра до самой смерти доверяла своему бой-френду. Искала ли она оправдания для Гроссмейстера так же, как я — для Берронса?

Что, если он никогда не ответит ни на один из моих вопросов? — Он поведал мне о том, кто я такая, больше, чем кто-либо другой.

Ну и что из того, если вдруг выяснится, что он безжалостный убийца? — Он делает это, чтобы защитить меня…

Я за один краткий миг могла придумать штук шесть оправданий. Также и для В’лейна:

Да, он смертельно сексуальный эльф, — Но он никогда не пытался навредить мне. И что с того, что он заставляет устраивать меня стриптиз в общественных местах? — Зато он спас меня от Теней…

Я барменша. Мне нравятся рецепты. Они точные. Интересно какой «рецепт обольщения»? Чуть очарования, добавить два стаканчика самообмана, встряхнуть, но не смешивать?

— Ты оставалась в сознании все время?

Я кивнула.

— Вы все еще не можете приблизиться к ней?

Я опять кивнула.

— Как ты планируешь вновь найти её?

— Понятия не имею, — лгала я.

— В Дублине более миллиона жителей, индекс преступности взлетел до небес. Я думаю, что Книга не собирается покидать пределы города, хотя я не уверена в этом на 100 процентов (все ложь; Я не знаю, почему я так уверенна в этом, но я думаю, что у Книги не было намерения покидать суматошные улицы Дублина ни сейчас, ни когда-либо в будущем). Мы ищем иголку в стоге сена.

Он изучал меня какое-то время, а затем сказал:

— Отлично. Ты выполнила свою часть сделки. Теперь моя очередь.

Мы сели в машину и приехали в Аббатство.

Арлингтонское аббатство было построено в 17 веке на священном месте. Ранее на этом месте стояла церковь, построенная Святым Патриком в 441 году н. э… Интересный факт — раньше на месте этой церкви располагался разрушенный каменный круг, который считала священным древняя языческая община. До каменного круга там предположительно располагался шиан — волшебный холм. Если верить легендам, то там скрывался вход в иные миры.

В 913 году Аббатство разграбили, а восстановили к 1022. В 1123 году сожгли, снова восстановили в 1218, потом снова сожгли в 1393 и снова восстановили в 1414. После каждого восстановления аббатство росло и все сильнее укреплялось.

Аббатство достраивали в 16 веке, затем и в 17 веке. Неизвестно, кто спонсировал это строительство, но он пожертвовал немало денег на это. К Аббатству пристроили прямоугольные каменные здания, образовав таким образом внутренний двор. А также, к немалому удивлению местных жителей, построили жилые помещения, способные вместить более тысячи персон.

Тот же неизвестный покровитель выкупил земли, прилегающие к Аббатству. Так оно превратилось в независимый и самодостаточный анклав. Таким оно и остается по сей день. Аббатство имеет свою маслобойню, скот, овец и обширные сады. Но славтся Аббатство своей оранжереей — сложной стеклянной куполообразной постройкой. Ходят слухи, что там растут самые редкие в мире цветы и редкие экзотические травы.

Вот и все, что я смогла узнать об этом месте из Интернета за 20 минут до того, как выехала по указанному Берронсом адресу.

Сегодня Арлингтонское Аббатство принадлежало филиалу корпорации, который в свою очередь тоже являлся филиалом еще большей корпорации. Никто ничего не знал об их сфере деятельности. Странно, но, кажется, этим никто и не интересовался. А еще более странным мне казался тот факт, что в стране, в которой так трепетно относились ко всем аббатствам, замкам, мегалитам и бесчисленным другим всевозможным историческим памятникам, никто не задавал вопросов по поводу одного из прекрасно сохранившихся до наших дней аббатства. Но никому из властей не было до него дела. Вот оно, окруженное почти тысячей акров земли. Тихая и таинственная частная собственность, и никто не нарушал этот покой.