Монстр под алыми парусами - Яся Белая

Лонгрен кивнул: у него самого душа была не на месте от волнения за малышку Ассоль.

– Поэтому мы поступим так, – проговорила королева и махнула рукой.

Картина перед глазами тут же изменилась – теперь они стояли посреди большой величественной залы. Несмотря на то что замок снаружи выглядел ледяным, внутри оказалось довольно-таки тепло, но так же бесцветно, как и снаружи, – все цвета лишь немногим отличались от белого.

Здесь даже имелся камин, а в нем – огоньки голубовато-белого пламени. Возле камина находился небольшой круглый столик, сервированный к чаю. Белый фарфор с голубыми узорами и золотым ободком.

Мэри мечтала о таком сервизе, а он его так и не купил.

– Присаживайся, Лонгрен, выпьем чаю, и я расскажу тебе историю… Одну очень старую и очень занятную историю. – Хозяйка разлила напиток, он был холодным и белым.

Она изящно протянула Лонгрену чашку, он взял, вот только пить эту жидкость не собирался.

– Когда-то наш остров процветал. Здесь росли роскошные сады и благоухали луга. Люди любили друг друга, и рождались дети. А сокровища, те легендарные сокровища нибелунгов, которыми грезят моряки по всему миру, буквально валялись под ногами. Никто не ценил их. То была Благая Эра. – Королева задумалась, погрустнела, отпила холодный чай. – Здесь не было ссор и войн, никто никого не убивал и не грабил. А правила островом Прекрасная Королева. Нибелунги звали ее Хранящая Мечты. И верили: пока она жива, то и они будут процветать и здравствовать. Но однажды Прекрасная Королева влюбилась в Алхимика. Тот оказался первым грешником, потому что замыслил недоброе – возжелал вечной жизни. Чтобы создать эликсир, опоил Прекрасную Королеву сонным зельем и украл у нее ключ от хранилища. В ту же ночь он собрал все мечты нибелунгов в Бездонный сосуд, и остров тотчас же накрыло Туманом забвения. Все забыли о нас, а мы, нибелунги, забыли, что такое мечты. А вместе с мечтами ушла и жизнь. Остров засыпало снегом и сковало льдом. Мы перестали влюбляться. У нас больше не рождаются дети.

– Но при чем здесь моя Мэри? – Лонгрен поставил чашку на стол, сложил руки на груди и тяжелым взглядом вперился в собеседницу.

– Не торопи меня, – сказала королева, – чтобы тебе понять, как действовать дальше, надо выслушать все, от начала до конца.

– Но ведь ты сама сказала, что я должен поторопиться, потому что моя дочь может пострадать?

– Все так, – королева склонила голову набок, – но тебе все равно не уйти прежде, чем закончится моя история, потому что ты не знаешь, куда идти…

– Тогда поторопись! – потребовал Лонгрен. – Я не большой любитель всех этих баек у камина.

– Хорошо, постараюсь передать тебе саму суть случившегося. Итак, королева заснула, а трон остался пустым. Допускать такое нельзя, потому что рано или поздно многие позарятся на него и начнется хаос. Поэтому Алхимик провозгласил королем себя. И никто не осмелился возразить ему. Только вот ему и дела не было до нужд народа – целые дни он проводил в своей лаборатории, колдуя над эликсиром бессмертия. Одну за другой кидал в котел, где кипело зелье, людские мечты. И все гуще становился туман, все более толстый слой снега укутывал остров… Все птицы и животные умерли. Лишь люди еще влачили жалкое существование, хотя многие из них стали напоминать живых мертвецов. Вот тогда-то Король Алхимик и начал создавать корабли, наделенные разумом. Он собирался разослать их по всему миру, чтобы те заманивали матросов со всех концов света и возвращались назад, к своему создателю, чтобы тот мог забрать и их мечты. Но только алчность и злоба, которые он вкладывал в свои творения, превращала их в проклятые: капитан, однажды взошедший на борт такого судна, уже никогда больше не видел суши, как и его команда. Так и блуждали они, неприкаянные, по морским просторам, превращаясь в призраков.

Слушая ее, Лонгрен мысленно бесился: какое отношение эти старинные предания неизвестного ему острова имеют к нему, Мэри и малышке Ассоль.

– Но вот однажды, – продолжала его собеседница, – Прекрасная Королева пробудилась. Оглянувшись, она увидела, во что ее возлюбленный превратил некогда благословенный край. Она пришла к нему и потребовала, чтобы он немедленно отрекся от престола. Но разве тот, кто однажды попробовал власть на вкус, отступится от нее?

– Конечно же, нет, – уверенно сказал Лонгрен.

Королева грустно вздохнула:

– Вот и Король Алхимик не захотел отдавать власть. Более того, он убедил людей, что виновата во всем Прекрасная Королева – это она плохо хранила мечты тех, кто ей доверился. И люди возненавидели Прекрасную Королеву. Не осталось для нее места на этом острове. Ибо каждый человек, к которому она обращалась за помощью, считал своим долгом донести на нее Ледяным стражам – верным прислужникам Короля Алхимика. А тот старался как мог, чтобы сильнее оклеветать ее и сделать презренной в глазах людей. Он издал указ, в котором утверждал, что Прекрасная Королева отравляет людей своими рассказами о прошлой жизни и за это должна быть приговорена к смертной казни.

Лонгрен вздрогнул: он не знал ту Прекрасную Королеву, но не мог не осудить злобного Короля Алхимика, погубившего целый остров и великий древний народ.

– Но в сердцах людей еще жила доброта, а некоторые, хоть и было запрещено, помнили прежние времена и тосковали по ним. Поэтому люди собрались и обратились к Королю Алхимику с мольбой – сохранить жизнь Прекрасной Королеве. И он решил, что проявить милость будет выгоднее, чем убить Прекрасную Королеву. Велел соорудить башню на краю земли и навечно заточил туда Прекрасную Королеву. Целыми днями она вышивала и пела. Ее чудесный голос растопил сердце одного из Ледяных стражей, его скованное холодом сердце растаяло, и он влюбился в Прекрасную Королеву. Она, истосковавшаяся по любви и теплу, ответила на его чувства. Через какое-то время у них родилась дочь. Королева и Страж обожали свое дитя, они растили ее в любви, и она стала неправильной, грешницей. Узнав об этом, Король Алхимик разгневался. Он пронзил сердце бывшего Ледяного стража отравленным кинжалом, который навеки забирал душу, превращая человека в марионетку, а королеву велел столкнуть с обрыва в море, и, когда водная пучина сомкнулась над ней, он отправился за дочерью мятежников.

– Неужели, – у Лонгрена все похолодело внутри, – этот негодяй не пощадил даже невинное дитя?

– Нет, наоборот, он забрал девочку и увез в свой чертог. Он желал вырастить из нее идеальную союзницу. Король Алхимик велел рассказывать малышке, что ее родители предали его, поэтому и нашли свою смерть. «Они не