Королевство ангелов - Мария Кущиди

поймите старого музыканта. Но я рад видеть Вашу улыбку сегодня. А, вот и моя новая ученица! − нараспев сказал он, учтиво и немного наигранно поклонившись младшей дочери Миллиал; он бережно взял ее маленькие ручки в свои ладони, бросил внимательный взгляд на ее тонкие пальцы. – И правда, Ваши пальцы ангельские, моя дорогая Делия! Не часто я встречаю студентов с такими данными. Уверен, и Ваш голос потрясает рассудок.

Делия чувствовала себя немного неуверенно. Она не привыкла к такому чрезмерному вниманию к себе. Однако Коллекционер показался ей славным человеком, которого она сделала в эту же минуту своим кумиром. Она хотела быть похожим на него, хотела всеми силами оправдать его ожидания.

Признаться, многие девушки, поступающие в Академию музыки, часто теряют голову из-за этого мужчины. Он обаятелен, обходителен, добр и элегантен. Иными словами, Бермольт Лармиил стал для прекрасного пола ангелом, голос которого они обожествляли. И его прозвище – Коллекционер − еще больше оправдывает себя.

− Мой первый учитель музыки подарил мне голос и способности игры на скрипке. Граф Шейден обучал меня этому два года, и только благодаря ему Вы, директор, можете так ласково обо мне отзываться.

− Граф Шейден? А, это Вы ее учитель? – Освободим пальчики девушки, он удивленно посмотрел на графа, который в эту минуту стоял рядом с Солией.

Что-то было пронзительное в этом взгляде Коллекционера, что-то тайное и крайне недоверчивое.

Граф не прятался за спиной своей возлюбленной. Сделав шаг вперед, он широко улыбнулся директору, а затем отдал быстрый, неуклюжий поклон. Это удивило и немного рассмешило Солию, ведь все в доме Миллиал знают графа как утонченного, элегантного мужчину, который своими манерами мог превзойти даже Бермольта.

− Не ожидал увидеть изумление на Вашем лице, мой дорогой учитель, − последние слова Шейден сказал с открытой, явной иронией.

Сказанные им слова потрясли мысли его любимого семейства. Как? Граф Шейден был учеником самого Бермольта Лармиила? Но он ведь говорил, что он − самоучка. Как такая тайна могла быть сокрыта от ушей Дориана?

− Не ожидал. Совсем не ожидал от Вас такого успеха, Шейден. Для меня это действительно нонсенс! Удивлен признать, что я горд Вами в какой-то степени. Хотя меня все еще одолевают странные чувства.

− Когда Вы, дорогой директор, выгоняли меня из этого «храма божественной музыки», как Вы тогда мне сказали, Вам не казались Ваши чувства странными. Вы сделали это с такой легкостью, что я действительно поверил в свою бездарность. Но не все же должно быть так, как Вы хотите, − хоть голос графа звучал доброжелательно, Солия чувствовала в нем холод, от которого ее сердце неестественно сжалось в какой-то хилый комок.

Услышать о том, что граф обучался в Академии музыки, да и притом был выгнан из нее, никто из Миллиал не ожидал. Но сейчас это не имело никакой цены, ведь малышка Делия по-настоящему открыла в себе музыкальный талант благодаря Шейдену.

− Ну, оставим прошлые обиды! – вмешался Дориан, которому не нравилось происходящее у дверей Академии. Он бы никогда в жизни не смог разочароваться в графе, ведь тот стал для него одним из самых близких людей. И его не волновало, что некогда он был отчислен из учреждения. Все было неважно. – Вероятно, талант графа Шейдена раскрылся чуть позже. Ничего ведь страшного не случилось. Бермольт, Вы все же, старина, были строги с ним. Посмотрите на мою талантливую девочку. Если бы не граф, Делия не была бы так прекрасна, так божественна, музыкально прекрасна, как Вы недавно о ней говорили.

− Все же Вы, Дориан, правы. Если Шейден смог кого-то обучить, возвысить до небес, то он действительно стоит моей души. Шейден, я думал о Вас неприлично, каюсь. Но тогда Вы были не готовы для дальнейшего обучения в стенах Академии. Сейчас я вижу – Вы настоящий педагог. Я горжусь Вами.

− Мы оба стоим друг друга, учитель. Я давно не держу на Вас зла. Знаете, злобой ничего не решается. Когда Вы отчислили меня, я днями и ночами занимался, изрезал струнами свои пальцы, терял голос, чтобы все-таки однажды доказать свою цену. Однако мне попалась чудесная ученица!

− Рад слышать это от Вас, Шейден. Теперь же позвольте мне забрать Делию в стены этого бесподобного храма, в котором она будет воспитываться с лучшими из лучших. Ох, я не имею на Вас зуб, граф. Просто так получилось неудачно выразиться. Что ж, у нас осталось мало времени, господа. Скоро студенты должны будут явиться в Большой зал, чтобы дать клятву Академии музыки.

Семья крепко обняла Делию, сказала ей теплые слова, с которыми она точно уснет этой ночью с хорошим настроением, и так не хотела ее отпускать. Однако время вышло, и Эвагвелия нехотя отпустила мягкие ручки своей малышки, которая слишком рано стала взрослой.

Глава 11

Чтобы доказать свою цену учителю? Вот зачем граф взял на себя обучение малышки Делии. Чтобы доказать… Как грубо и больно сейчас было девушке думать об этом. Все это было сделано только ради тщеславия Шейдена? Но как такое он мог сотворить? Человек, чья улыбка вдохновляет, дарит нежность и восторг. Человек, который научил девушку ангельской музыке. Человек, которого она в тайне обожествляет. Обманул ее?

Делия была глубоко ранена, и рана эта без конца кровоточила. Она была такой глубокой, что после того, как она заживет, обязательно останется страшный шрам. Он будет постоянно напоминать ей о том, кем она приходится графу, как легко он смог воспользоваться маленькой, глупенькой девочкой. Да как он вообще мог предать ее? Делия доверилась постороннему человеку впервые, поверила, что он защитит ее от потери таланта. Но он не сделал самого важного. Граф не думал о своей бедной ученице, даже в мыслях не держал идею сделать ее счастливой, популярной.

Все ради него одного. Все ради него. Делия не могла в это верить. Как такой чудесный человек мог опуститься ниже бездны? Возможно, он всегда там был и возвращался в этот ад как к себе домой. Но девушка плакала и не понимала, зачем ее опять жестоко обманули?..

– Эй? – Кто-то тронул плечо Делии; девушка уткнулась лицом в подушку и никого не хотела видеть, надеясь, что долгое время о ней никто не вспомнит. – Э-эй? Почему ты плачешь?

Это был тоненький голос семнадцатилетней девушки с красивыми вьющимися огненными волосами. Вся она была тоненькая, как осина. И ростом она была даже ниже малышки Делии, которая всегда думала, что ниже нее не может быть никого. Но она ошибалась, посмотрев на источник своего беспокойства.

– Плачу, потому что хочу. Разве девушка не может не плакать? – разглядывая круглое личико незнакомки, странным образом