Тайна Овального кабинета - Николай Чергинец

Увидев, что за столом разместились 13 человек, Президент пошутил:

— Чертова дюжина получилась у нас. К чему бы это? — и, улыбаясь, посмотрел, как все мысленно пересчитывают находящихся за столом людей.

Первым нашелся директор ЦРУ Продолжая улыбаться, он сказал:

— Если вас, мистер Президент, считать Иисусом Христом, то перед вами двенадцать апостолов.

— А кто же у нас сыграет роль Иуды? — смеясь, спросил Макоули и продолжил: — Ладно, господа, не будем заниматься арифметикой, впереди у нас высшая математика.

Мне вчера доложили, что Президент Ирака в наглой форме отказался допустить ооновских инспекторов в свои дворцы, где, по нашим сведениям, хранятся большие запасы химического оружия. Сегодня утром руководитель группы инспекторов сообщил генеральному секретарю ООН, что дальнейшее пребывание его группы в Ираке бессмысленно. Он дал команду отозвать эту группу из Ирака. Сейчас у нас уже не осталось сомнений в том, что дипломатия должна быть подкреплена военной силой. Наша пресса полна инсинуаций, что президентская команда по национальной безопасности непрестанно заседает в Белом доме, но делает это в отсутствие самого Президента, который занят подготовкой послания «О положении страны» и хлопотами по поводу сексуального скандала.

Он неожиданно улыбнулся.

— Одна сегодняшняя газета приводит пример интересной взаимозависимости секс-скандала в Вашингтоне и положения в Ираке. Чем убедительней говорит независимый прокурор Гордон, тем жестче становится позиция Саддама. Правда, эта газета делает вывод о том, что я специально нагнетаю военную истерию вокруг Ирака с целью отвлечь внимание общественности от этого секс-скандала, ибо когда США станут наносить удары по Ираку, то на линию огня выходят все американские партии. Страна, независимо от политических взглядов, консолидируется вокруг Президента — верховного главнокомандующего, символа единства нации. Но я заметил другую зависимость: чем больше наглеет Саддам, чем больше он плюет на Америку, тем активнее действует прокурор Гордон с целью дискредитировать меня и таким образом ослабить единство нации и оказать помощь злейшему врагу Америки и демократии — Саддаму. Не зря другая газета сегодня написала, что на сей раз Саддама не спасут от наказания ни русские, ни французы, ни китайцы. Сейчас его единственная надежда — прокурор Гордон.

Не скрою, лично я оказался в тяжелой ситуации. С одной стороны, я обязан решить проблему по уничтожению исчадия ада, с другой же — доказывать, что это святое дело не связано с грязной возней вокруг моего имени. Но интересы нации, наши обязательства перед демократическими странами мира выше, чем необходимость оправдываться перед различными заявлениями потерявших совесть и почувствовавших с поддержки Гордона запах денег девиц. Поэтому я прибыл сюда с твердым намерением вместе с вами сделать глубокий и четкий анализ обстановки вокруг Ирака и принять окончательное решение. Я попрошу государственного секретаря, директора ЦРУ и министра обороны проинформировать нас о своей точке зрения, выводах и предложениях. Затем, если понадобится, проведем дискуссию и примем решение. Нет возражений?

Убедившись, что все согласны с его предложением, Президент обратился к государственному секретарю:

— Прошу вас, миссис Кейс.

Госсекретарь хотела докладывать стоя, но Президент жестом и словами предложил ей говорить сидя. Та немного простыла, и голос ее был чуть хриплым и звучал негромко:

— К сожалению, надо признать, что наше министерство обороны опережает государственный департамент и вынуждает меня заявить следующее: то, что объединяет нашу нацию, пока разъединяет союзников. Свою задачу на нынешний период мой департамент и я лично видим во внешнеполитическом обеспечении подготовки нашей акции. Пока только Англия полностью поддерживает наши планы. Даже Кувейт, который Америка освободила от иракской оккупации, занимает осторожную и явно выжидательную позицию. Это вынуждает меня послезавтра посетить страны Ближнего Востока. Правда, после того как вы, мистер Президент, предупредили наших союзников, что Америка сама проучит Саддама, даже если они не захотят нас в этом поддержать и даже, если Совет Безопасности ООН не даст согласия на эту акцию. Сегодня из Европы пришел первый позитивный для нас сигнал: федеральный канцлер ФРГ, выступая в Мюнхене перед участниками Международной конференции по вопросам безопасности, заявил буквально следующее: «Я присоединяюсь к мнению, что Саддам Хусейн производит оружие массового поражения. Поэтому нельзя позволить, чтобы один человек с помощью различных ухищрений шантажировал весь мир».

Кейс отложила в сторону лист бумаги, по которому она цитировала канцлера Германии, и продолжила:

— Он высказал предположение, что авиабазы Германии могут быть использованы Великобританией и нами в случае военной операции против Ирака. Правда, есть два момента: первый — это то, что Германия нам своего мнения официально не сообщала, и второй — то, что канцлер уж очень внимательно посматривает на Восток, прислушиваясь, что скажут в Москве.

— Я понимаю канцлера, — заметил Президент. — Он помнит дружеский жест Горбачева по объединению двух Германий и выводу оттуда российских войск. А кто принимал участие в этой конференции?

— Эту ежегодную мюнхенскую конференцию многие считают внешнеполитическим аналогом Всемирного экономического форума в Давосе. В нем приняли участие представители нашего департамента и руководители министерств Великобритании, Германии, Греции, Канады, Нидерландов, Франции, Польши, Италии, десятки дипломатов, парламентариев и экспертов. Российский представитель в своем выступлении, выражая официальную позицию Москвы, заявил, что спецкомиссия ООН не нашла убедительных доказательств тому, что Ирак производит химическое оружие массового поражения. Представитель США вынужден был выступить в более жестком тоне и перечислить многочисленные примеры наличия у Ирака и количество химического и бактериологического оружия, уже обнаруженного экспертами специальной комиссии ООН. Моя задача — убедить и наших союзников и оппонентов в том, что применение оружия с нашей стороны становится неизбежным. Сегодня, по согласованию со мной, в Багдад прибудет секретарь Лиги арабских государств. Он еще раз попытается убедить Саддама Хусейна отказаться от опасного противостояния с Объединенными нациями. Эта миссия — один из последних шансов найти выход из кризиса и выгоден как доказательство нашего стремления добиться мирным путем решения этой проблемы.

— Значит, и Египет, и Саудовская Аравия пока не желают оказать нам поддержку? — задумчиво спросил Президент.

— Пока это так, мистер Президент, но я думаю, что нам удастся убедить руководителей этих государств принять другое решение. В заявлении канцлера Германии я вижу хороший знак к срочному пересмотру сегодняшней позиции и другими странами как Европы, так и Арабского Востока.

— Хорошо, я желаю вам успеха, миссис Кейс, — сказал он и, поблагодарив, предоставил слово директору Центральною разведывательного управления.

Джеймс Уолш начал докладывать не вставая:

— Наши разведчики подтверждают, что Саддам превратил многие свои дворцы в склады для химического и бактериологического оружия, в том числе сибирской язвы. Из двух объектов наши люди смогли добыть образцы такого оружия. Саддам Хусейн отдал приказ снарядить десятки ракет типа «скад» таким оружием и готовит грозное предупреждение руководителям ряда стран, что если они будут оказывать нам помощь, то Ирак не гарантирует, что их не постигнет возмездие. Саддам утвердил план действий в отношении Израиля. Мы смогли добыть неопровержимое доказательство того, что иракское химическое оружие уже давно начало расползаться по миру. Так, на деньги Ирака и под контролем его представителей в Судане начал действовать завод по производству химического оружия. Сейчас мы вместе с министерством обороны работаем над планом уничтожения этого предприятия. По данным нашей агентуры, в конце прошлого месяца Ирак провел скрытую операцию по переправке в Алжир большой партии ядерных материалов. Кроме того, по личному приказу Саддама Хусейна для работы в секретном военном исследовательском центре в Ливию командирована большая группа специалистов по разработке биологического оружия. Все они живут под чужими именами в отдельном доме под усиленной охраной. Их перемещения по городу сводятся только к поездкам в центр и обратно. Больше они нигде не бывают. К сожалению, Саддаму стало кое-что известно о том, что мы изучаем возможность его уничтожения, в том числе, — Уолш посмотрел на министра обороны Альберта Кевина, — Саддам что-то пронюхал и о нашем проекте применения «гибридной» бомбы.

— Черт возьми, — возмутился министр, — как ему удалось?! Я предпринял все возможное по сохранению в секрете мероприятия по подготовке к этой операции. К тренировкам и подготовке к нанесению ударов по его убежищам мы привлекли всего два экипажа. Они практически лишены возможности общаться даже со своими семьями и находятся в полной изоляции на одной из отдаленных баз.