Путь наемника - N&K@

общим котлом, а опутанный веревками Ральфи сидел, привалившись к груде тренировочных камней. Обе ноги мужчины были вывернуты под неестественным углом, а из правого плеча торчал обломок его собственной кости. Увидев вернувшихся, он издал протяжный стон полный страдания.

Побросав добычу, наемники тут же выбежали на поляну, на ходу обнажая новоприобретенные мечи. Хотя и так было понятно, что если какая беда и приключилась за их отсутствие, размахивать оружием уже явно поздно.

— Какого кфхана тут произошло? — рявкнул Коуп. — Тавр, полюби тебя осел, как это понимать?

Бывший охотник встрепенулся и как будто только что заметил возвращение отряда. Вид он имел весьма потрепанный. Словно сам ходил на задание и дрался с кучей дезертиров, а не все остальные.

— Сержант. Рад, что вы живы! — Тавр оставил котел медленно кипеть и подошел к Коупу. — Хотя… — он окинул взглядом товарищей, — Ниметис всемогущий, этот ублюдок все-таки не врал!

— Кто не врал? Что случилось?! — Раффан нахмурился, но, видя состояние Тавра, добавил уже спокойнее. — Рассказывай, боец. Что тут произошло?

Глядя как будто сквозь сержанта, Тавр поведал, что стоило отряду скрыться среди деревьев, как он застал Ральфи, роющимся в палатке Коупа. Более того, тот заявил, что скоро все остальные сдохнут как собаки, а вернется только Дреши с друзьями. Тавр не поверил. Завязалась драка, из которой бывший охотник вышел победителем. И вот он уже третьи сутки слушает, как Ральфи поливает дерьмом Черных Соколов и призывает его самого примкнуть к банде Дреши.

Под конец рассказа мужчина заметно оживился. Ему явно не легко пришлось все это время провести в ожидании кто вернется — наемники или дезертиры. В последнем случае ему пришлось бы не сладко. Но он остался верен отряду и не предал их.

— Что ж. Это понятно. — кивнул Коуп, дослушав до конца. — Но почему он такой изувеченный?

— Перестарался чутка. — ответил Тавр, кашлянув в бороду.

Обернувшись, сержант осмотрел отряд. Бойцы так и не спрятали оружия. Они напряженно переглядывались, подозревая друг-друга в сообщничестве Дреши. Фразу про «вернется с друзьями» можно было понять двояко. Больше всего недоверия досталось Садо, Валу и новоназначенному штрейсу Дреши — как тем кто как раз и составлял «свиту» почившего дезертира.

Никаниэль с Малемом тоже стояли готовые защищать себя и друг-друга хоть от всех остальных сразу. Обстановка накалилась.

Вздохнув, Раффан направился к пленнику. Разговор он начал весьма эффективно, с размаха впечатав мысок ботинка в живот Ральфи. После чего наклонился к скорчившемуся на земле человеку и, взявшись двумя пальцами за торчащую из руки кость, принялся медленно шевелить ею из стороны в сторону, бросая слова, словно ножи в мишень.

— Кто. Еще. Из вас. В отряде. Тварь.

Никаниэля передернуло от такого метода допроса. Коуп и до этого не создавал впечатления паиньки, но теперь и вовсе переступил черту, до которой Ник считал, что может его понять. Даже Садо побледнел, наблюдая за сержантом. И только Малем стоял с каменным выражением на лице.

Извиваясь на земле, Ральфи выл от боли, не в силах вымолвить ни слова. Его переломанные ноги трепыхались, как отрубленные хвосты на ветру.

— Кто?! — рявкнул Коуп, загнав палец глубоко в рану ублюдка.

— Никто-у-а-а-а!!! — истошно завопил Ральфи и потерял сознание от боли. Из под него начала расползаться лужа с характерным запахом.

Вытерев руку об рубашку дезертира, сержант обернулся к подчиненным:

— Уберите оружие. — сказал он совершенно спокойным голосом. — И запомните — в Черном Соколе предателей не бывает. Этим мы сильны. Доверяйте друг-другу и, может быть, сможете прожить чуть дольше.

С этими словами он пошел поправлять свою палатку, и никто даже не подумал что-нибудь пошутить про Пивное Пузо.

А на рассвете Коуп вычеркнул еще одно имя из своего списка — Ральфи повесили возле ближайшей дороги и оставили его труп болтаться на радость воронам.

Глава 21

В течение нескольких следующих дней жители Стевика перетащили к наемникам пожитки дезертиров, и лагерь новобранцев Черного Сокола приобрел весьма оседлый вид. Теперь они не смогли бы даже, собрав все свое добро, переместиться на новое место за один заход.

Впрочем, Коуп решил эту проблему, продав часть имущества бродячим торговцам. Где он их нашел — оставалось большим вопросом. Не иначе имел какой артефакт, призывающий барыг в нужную точку пространства. Ник от такого тоже бы не отказался. В любом случае, казна отряда заметно пополнилась, и насчет жалования бойцы могли не волноваться.

А первую выплату сержант, как и обещал, произвел на следующий день после памятного боя. Полученные деньги подняли боевой дух Соколов едва ли не до небес, и даже покрытые бинтами части тел, казалось, начали доставлять меньше страданий.

Кжану, как и положено штрейсу, досталось больше остальных. Он даже не мог поверить, что держит в руках такую внушительную сумму. Насколько успел заметить принц, до серебряного там не дотягивало, но горсть меди все равно получилась приличная. Садо даже завистливо присвистнул. Да и остальные преисполнились надеждой однажды тоже получить такую должность. А там, глядишь, и до сержанта не далеко. Сколько же зарабатывает сам Коуп?

И пусть Раффан и заявил, что размер следующей офицерской выплаты будет устанавливать уже лично капитан Мейсис после соединения с основными силами, но Кжан все равно еще пару дней ходил окрыленный и с выражением на лице, как у кота, сожравшего рыбину с себя размером. Он даже хромать почти перестал и исправно следил за дисциплиной в отсутствии сержанта.

В отличие от Роджа, его слушались. Да и Садо постепенно вливался в коллектив, завязав изображать из себя главную задницу Альйона.

— Слушай. — обратился Ник к Малему в перерыве между тренировками со щитом и учебными поединками. — Долго мы еще тут торчать будем? Могли, между прочим, уже во всю к Пантиоку топать.

— Ага, и без гроша в кармане. — хмыкнув, ответил Малеммил. Он лежал на траве, подставив лицо ласковому солнцу, но, заметив, что друг не шутит, приподнялся на один локоть и добавил. — Ну я же не знал, что этот отряд занимается тренировкой своих новичков. Я такого вообще никогда не видел. — эльф оглянулся на других отдыхающих Соколов. — Я думаю, мы должны уже отправиться к остальным со дня на день. Если капитан не дурак, конечно, и не хочет пропустить ракатош. А дураки, друг мой, капитанами наемников не становятся.

Как будто бы подтверждая свои слова, Малем ткнул Ника пальцем в ногу и, откинувшись на спину, вернулся к созерцанию облаков.

Закатив глаза и покачав головой, Никаниэль встал и пошел к ведру с водой, чтобы освежиться. Солнце в этот день похоже вознамерилось если