Гача-игры до добра не доводят. Том 2 - Loron Li

— Но морить вас голодом я не буду — от этого кровь теряет свои качества и вкус. Поэтому сейчас вас накормят мои слуги. Надеюсь, вы не решите усложнить себе жизнь! — тот прошёлся между рядов с клетками, вглядываясь в лицо каждого, пока я прильнул к задней стенке клетки, испытывая животный страх перед тем, кто воспринимает тебя как простую животину.

Довольный результатом, тот вернулся к началу телеги, явно собираясь следить, чтобы каждый ребёнок поел. Вскоре в телегу аккуратно зашли слуги, принося нарезанные куски хлеба с сыром и куски сала.

Дети, возможно, и хотели отказаться от угощения, но под пристальным взглядом вампира брали свои порции. После принесли каждому по яблоку и горсти орехов, и напоследок каждому выдали по бурдюку с водой, поскольку после подобной пищи многие уже хотели пить.

Не торопясь с питьём, я дождался, пока телега снова погрузится в темноту. Затем я незаметно призвал крысу, чтобы она понюхала воду. По её мордочке было видно, что в воду добавлен какой-то новый компонент. А судя по тому, как спокойно и вяло начали переговариваться дети, в воде было успокоительное.

Мне совсем не хотелось пить непонятное зелье, и я, отвернувшись к стене, стал переливать воду из бурдюка в призванную фляжку, чтобы очистить её. Жажда, конечно, мучила, особенно после того, как я съел сало, но она была вполне терпимой. Через пару минут я уже мог пить чистую воду.

Видя, как дети всё более равнодушно и спокойно теперь сидят, без сил, с погасшим взглядом и отстранённым лицом, я понял, что идею просто вывести детей можно считать невыполнимой — те сейчас как овощи пялятся в одну точку.

Допустим, я ночью смогу устранить всех, после разверну повозки и верну обратно в деревню. Начнётся расследование сената теней, и меня точно рассекретят. Можно, конечно, представить, что мой отец прознал о моём похищении и убил всех преступников, но тогда встаёт вопрос: а откуда взялся этот герой?

Кого же награждать за подвиг? Начнут проверять списки военнослужащих, расспрашивать о родных и близких, да просто на всякий случай решат обыскать и обнаружат, что он бесполый, его снаряжение — это сотканные из магии артефакты, а пристально взглянувший маг может и вовсе увидеть, что перед ним не человек, как провернула эльфийка-целительница.

Но это учитывая, если я смогу убить всех. Если это в основном жрицы, то их кровавая богиня точно наделила их хоть частицей возможностей. Ещё главный жрец и полноценный вампир, возможно, не один.

Я размышлял на протяжении всего дня и наступления ночи. Рейвен с верхушки дерева смотрела на разбитый лагерь. Получалось, что пятеро жрецов были в дозоре, на их поясах висели мечи, топоры или булавы. Возможно я преувеличил что все эти люди жрецы скорее половина простые люди.

У пары на спинах висели арбалеты. Было установлено несколько палаток для более влиятельных персон. Самое неприятное, что Рейвен из-за долгого перелёта вымоталась и хотела спать.

Но я снова заставил взмыть в небо и отлететь на два километра назад, найдя более-менее укромное место меж холмов. Не знаю, делаю ли я правильно или нет, но дам возможность Морагору сбежать, и его судьба будет в его руках. Когда он оклемается от снадобий, то, надеюсь, не натворит глупостей.

Я впервые применил замену на ком-то другом, и со стороны это выглядело как моментальное скручивание в центре, после чего на его месте оказалась Рейвен, которую я отозвал чтобы после призвать ее с полными силами.

Также я испытывал сильное желание спать, но не настолько сильное, чтобы это было невыносимо. Поэтому глубокой ночью, выждав необходимые часы призвал снова Рейвен, я вновь осмотрел окрестности ее глазами. Решив сначала избавиться от верхушки, так как это, на мой взгляд, поможет Морагору сбежать, ведь утром, вероятно, никто не будет проверять клетки на наличие сбежавших.

План был следующим: поскольку эффекты призывов так же не действовали на другие призывы, я просто призвал крысу, и на её спину усадил смертельно ядовитую лягушку. Тем самым увеличивая её мобильность.

Теперь я надеялся, что всё пройдёт по плану, ведь смысл мне не устранять мелочёвку, если главные боссы меня с одного удара уложат. Крыса, добежав до палатки, медленно и аккуратно проскользнула внутрь, пронося нужного пассажира к шипастой лежанке, на которой лежал старик.

Шипастая лежанка впивалась тому в кожу, и я не представлял, как можно вообще так спать, но я тут был за другим. Старик спал и, кажется, просыпаться не собирался. Лягушка наконец совершила прыжок прямо на его шею. Тот непонимающе ее откинул начиная поглаживать шею ощущая как та отекает и он вместо крика лишь издал хрип.

Естественно, ещё коснувшись её рукой, тот испуганно посмотрел на свою руку которая начала дрожать, тот поспешно вспорол себе руку и начал пытаться очистить кровь видя что тот перебарывает этот яд, не желая вот так оставлять его в живых направил в палатку еще и шершня, которого он попытался перехватить получив жалом в ладонь.

Теперь уже испытывая парализацию тот не мог полноценно бороться с ядом и хрипя опухшим горлом он наконец затих, когда я вытер выступивший пот со лба чувствуя облегчения что все смогло пройти более менее по плану.

Из-за странных звуков из палатки главного один дозорных заглянул в нее, после того как увидел жреца на полу не дышащего тут же поднял тревогу. Все повыхватывали оружия не понимая кто на них на пал и что вообще происходит. Из соседней палатки вышла тройка красноглазых вампиров, двое мужчин и одна женщина.

Те так же зашли в палатку, видя, как жрец, пуская пену, уже затихал, явно словив остановку сердца. Началось разбирательство, крики и угрозы. Дозорные клялись, что ничего подозрительного не видели.

— Кто из вас обладает навыками некроманта! Быстро поднимите труп и пускай он скажет, что случилось! — произнесла вампирша, что, казалось, метала взглядом молнии.

— Как прикажете, миледи! Сейчас младший жрец попытается провести ритуал! — была очень бурная суета, все куда-то носились, обнажив оружие, кажется, всех очень сильно потрясла смерть жреца.

Вскоре подбежал парень в такой же тёмной рясе, начав ножом вырезать нужные узоры на теле мертвеца. Когда вампиры лениво стояли, ожидая результата, смотря через зрение вороны, я с неподдельным интересом наблюдал за происходящим.

Стоило ему закончить, как тот лезвием ножа на поясе порезал себе ладонь и что-то бормоча начал поливать лицо трупа кровью. Когда по вырезанным символам кровь словно намагниченная растекалась по рисунку, труп внезапно