Гача-игры до добра не доводят. Том 2 - Loron Li

Зачастую всё идёт с дозволения верхушки, и какой шанс, что граф знает об происходящем и с лёгкого позволения решает, что жизнь трёх детей несущественна. Но, кажется, я себя накручиваю.

Тем более не было вестей, что граф Эларион вернулся в замок. Попытаться донести новости его жене? Тоже рискованно, ведь у таких людей определённо стоят множество охранных чар.

Или самый простой способ — просто устранить эту пару зверолюдов, что продались темным силам. Тогда другая проблема — придётся убивать и девочку, что мне совсем не хочется делать!

От этого появлялась головная боль. Можно просто уехать. Но в столице мне точно делать пока нечего. Ожидать, что сенат теней не в курсе, что в моей деревне побывали иномирцы, вообще глупо.

— Рон, может, ты мне подскажешь, что делать? — с детской наивностью я ждал решение моих проблем от взрослого мужчины.

— Мастер, ваша жизнь важнее. Я предлагаю уехать и сменить место жительства! — произнёс без колебаний Рон. Конечно, приятно, что моя жизнь для них всегда будет на первом месте, но мои человеческие терзания им абсолютно чужды.

Возможно, можно просто проследить за повозкой с похищенными детьми, с моими возможностями я вполне смогу оставаться на хвосте, но если это довольно могущественная организация, то точно должны быть ловушки, патрули или другие камни, об которые неопытный преследователь может по глупости споткнуться.

Стиснув зубы, я буквально зарычал и, ухватившись за волосы, сел обратно на кровать, мотая головой. Когда я снова ощущал себя бессильным, каждый вариант, казалось, вёл к провалу. В голове лишь звучали призывы бежать, но вслед за этим накатывали воспоминания, как я сбежал, бросил семью и друзей.

Определённо, теперь непонятки с целительницей просто незначительная мелочь по сравнению с грозящей мне опасностью оказаться во власти тех сил, что даже через десятки лет не смогу совладать.

Задержусь в селе — меня схватят и притащат на кровавое веселье. Уеду в столицу — появится больше возможностей спалить свои способности. Убью кураторов Римо — она рано или поздно узнает, кто это сделает, и я получу врага. Убью всю семью — буду ненавидеть себя. Так ещё и неизвестный курьер может просто схватить попавшихся детей и увезти их на празднование.

Закрывая лицо руками, я немного так посидел, пока наконец не выдохнул и даже усмехнулся. Если судьба ведёт меня к такой участи, то стоит ей подыграть. Прыгнуть в пасть дракона, чтобы зарубить его изнутри. Тогда не будет никаких моральных выборов, игр с совестью и метаний, что делать.

Абсолютная и кричащая об неадекватности мысль, что прочно устроилась в моем разуме, грозящая морем неприятностей, причем смертельной. Но измученному разуму, что каждую ночь погружается в сон, где он всё дальше возносится в небо, а черной жидкости становится всё больше, это казалось наилучшим вариантом.

Ложась спать и надеясь хоть сегодня просто выспаться, а уже на утро пытаться крутится в данной ситуации. По итогу проснулся я снова разбитый и в плохом настроении, хоть тело ощущалось отдохнувшим, а вот разум словно провел очередную бессонную ночь. Но уже нужно начинать подготовку плана, если меня и похитят, то на моих условиях. Для начала бес устроит нычку найденных артефактов и денег, и странного свитка что непонятно что с ним делать.

После бешеными темпами закрыли недельные квесты. Теперь еще в складках одежды поселится черная вдова, а в штанине, уцепившись с обратной стороны об ткань, поселится шершень, пришлось некоторое время привыкнуть к тому, что на мне находятся насекомые.

Мой как бы отец уехал на задание с лошадью, что хорошо, никто, кажется, не проверял на наличие половых признаков, так что я остался в оплаченной комнате на несколько дней в полном одиночестве. Та женщина с необычайной радостью провожала спину Рона взглядом. Когда, видимо, настал тот день, когда уже не повернуть назад…

Примечание автора: этот момент я очень много раз переписывал, поскольку хотелось, чтобы всё вышло обоснованно, была своя логика и мотивация. По моему мнению, получилось приемлемо, но, уверен, найдется тот, кому подобный ход автора не придется по вкусу.

Глава 11

Неприятный путь в повозке

В остальное время я вёл себя как обычно, и в назначенный день я просто ощутил, как в комнату начал проникать газ. Если бы я хотел, то уже не мог передумать, поскольку, сделав один вдох, я вырубился полностью и без шанса перебороть усыпление.

Пробуждение было мучительным и неспешным. Казалось, я приходил в себя, но снова засыпал, пока наконец не пробудился окончательно, обнаружив себя в железной клетке, где свернулся как эмбрион, да и высоты хватало только чтобы я мог встать на колени.

Кажется, я пришёл в себя гораздо раньше остальных детей. В накрытой повозке, без лучика света, я, тем не менее, видел всё в чёрно-белом цвете, когда в повозке было 12 клеток в два ряда.

Находясь в нижнем ряду, я неспешно оглядывался, заметив парочку знакомых лиц. Это оказался полу-дворф Морагор и преданная своими родителями Римо. Переключившись на Рейвен, я посмотрел на пейзажи.

Та летела немного в стороне от каравана из целых пяти повозок, которых сопровождали фигуры в тёмных плащах. Сидя в позе медитации, я ускорял своё восстановление, хотя мой выносливый организм уже и сам по большей части разобрался с той дрянью, которой меня накачали.

По солнцу было понятно, что сейчас близится середина дня. Похитили меня около двух или трёх часов ночи, что показывало, насколько сильной отравой меня опоили. Неизвестно, был ли это тот же день или уже начался новый.

Подпустив ворону ближе к каравану, я прикинул, что сопровождение тут внушительное. Помимо непонятных существ в балахонах были и простые люди на вид, отчего примерная численность противников составляла около 30. Да и последняя повозка явно была нагружена не детьми, а скорее провизией.

Всё же мы им были нужны целые и, скорее всего, сытые. По крайней мере, я на это надеялся. Мои насекомые тоже выжили, и теперь ради интереса я решил устроить некоторый саботаж.

Вспорхнувший шершень с гудением покинул повозку и, немного покружив, ужалил прямо в зад лошади, что та, естественно, сильно начала ржать и вести себя неспокойно, пока у неё отказывали задние копыта.

Шум тут же поднялся, и возница, крупный мужчина, пал на колени, склонив голову и моля о пощаде.

— Привал! Проверьте, что с лошадью, и посмотрите, проснулся ли кто-то