Медальон инквизитора - Наталья Александрова

Этот трюк она тоже видела в бесчисленных кинобоевиках.

И почти сразу Оксана заметила среди спешащих по делам и неторопливо прогуливающихся прохожих молодую женщину с коляской – ту самую, которая следом за ней покинула сквер.

«Ну и что? – снова попыталась Оксана успокоить себя. – Мало ли, ей просто по пути со мной».

Впрочем, она и сама не верила в такое простое объяснение: какой нормальной матери придет в голову гулять с грудным ребенком по Невскому проспекту, среди многотысячной толпы, дыша выхлопом сотен автомобилей и автобусов?

Около остановки стоял троллейбус. Последние пассажиры входили в него, еще секунда – и двери закроются...

Вспомнив очередной боевик, Оксана метнулась к троллейбусу и в самую последнюю долю секунды успела проскользнуть в закрывающиеся двери.

Протиснувшись между пассажирами, она выглянула через заднее стекло и увидела на остановке растерянно оглядывающуюся женщину с коляской. Проводив глазами удаляющийся троллейбус, «мамаша» достала из сумочки мобильный телефон.

«Ага, рапортует начальству, что упустила меня! – злорадно подумала Оксана. – Тоже мне, профессионалы!»

Правда, Оксана не заметила на лице «мамаши» серьезного расстройства, не говоря уже о панике.

Она проехала на троллейбусе несколько остановок и вышла на Большой Морской.

Прямо рядом с остановкой увидела кафе.

Ей страшно захотелось выпить большую чашку горячего крепкого кофе и съесть что-нибудь вкусное и калорийное, чтобы снять стресс и хоть немного поднять настроение. Она вспомнила, что шла обедать, когда ее прихватили люди из полиции. С тех пор произошло с ней столько всего, что, кажется, несостоявшийся обед был сто лет назад и вообще в другой жизни. И работа в издательстве, и муж, и квартира – все казалось теперь каким-то нереальным, далеким.

Зато самым настоящим было чувство голода. Надо поесть, чтобы набраться сил.

Оксана вошла в кафе, подошла к стойке, заказала чашку кофе с молоком и большой сэндвич и в ожидании заказа села за свободный столик возле самого окна.

Отсюда ей было хорошо видно улицу перед входом в кафе.

Прохожие шли мимо по своим делам, и никому до нее не было дела, никто не останавливался, не высматривал ее.

Кажется, она действительно отделалась от слежки...

Официантка принесла ей заказ.

Оксана не спеша пила кофе, маленькими кусочками отщипывала сэндвич и постепенно успокаивалась.

Головная боль прошла, мысли прояснились, только почему-то все еще болела левая рука.

Оксана посмотрела на запястье.

Там, почти под самым ремешком часов, виднелась небольшая припухлость с точкой посредине.

Словно комариный укус...

Но какие сейчас в городе комары?

И тут она вспомнила, как Константин, состроив зверскую рожу, поднес шприц к ее левой руке.

Ах, ну да, это след того укола... он ввел ей какое-то снотворное, она потеряла сознание и очнулась только в сквере...

Оксана машинально потрогала припухлость на запястье – и почувствовала под кожей что-то твердое.

И тут она вспомнила, чем закончился разговор похитителей, который она подслушала через вентиляционную решетку.

«Чтобы она не ускользнула от слежки, мы поставим на ней электронную метку», – сказал Константину его шеф в золоченых очках.

Вот что это такое! Вот что у нее под кожей!

Они поставили на ней метку, какие ставят на птицах или на диких животных, чтобы следить за их передвижениями.

Поэтому ту женщину с коляской не слишком расстроило, что Оксана сумела сбежать от нее. Она знала, что ее снова найдут в любой момент. Найдут по сигналу, который посылает этот крошечный вживленный под кожу микрочип.

Настроение опять испортилось, кофе стал безвкусным, сэндвич отдавал картоном.

Оксана снова выглянула в окно.

Вдоль витрины кафе прогуливался мужчина в черном плаще с поднятым воротником и надвинутой на глаза кепке. Тот самый мужчина, который еще в сквере показался Оксане подозрительным...

Женщины с ним не было – значит, та сценка была разыграна, чтобы успокоить Оксану, отвести ей глаза...

Она бросила на тарелку недоеденный сэндвич, вскочила из-за стола и вышла из кафе.

Мужчина в черном плаще скользнул по ней равнодушным взглядом, потом посмотрел на часы.

Оксана перешла улицу, села в подошедший автобус и поехала в обратную сторону. Теперь она не надеялась оторваться от преследователей, она убегала без плана, без всякого смысла, как убегает от охотников затравленное животное.

Выглянув в окно автобуса, она увидела, как мужчина в черном плаще подошел к припаркованной машине и сел за руль. Больше ничего она не заметила, потому что автобус свернул за угол.

Оксана снова проехала по Невскому проспекту, на этот раз в обратном направлении. Автобус миновал Московский вокзал, свернул на Суворовский проспект. Ехать дальше не имело смысла, и Оксана вышла на следующей остановке. Она шла вперед, задумавшись над своим ужасным положением, и пришла в себя, только когда налетела на долговязого парня с несколькими коробками пиццы.

Тот сумел удержать свои коробки и обиженно проговорил:

– Девушка, вы смотрите, куда идете!

Оксана извинилась, огляделась по сторонам.

На глаза ей попалась табличка с названием улицы.

Она оказалась на Греческом проспекте...

Где ей только что попадалось это название?

Ах, ну да – тот человек из секретной конторы, сосед по дому, который допрашивал ее в своем кабинете, прежде чем отпустить ее, написал на листке адрес. Надпись возникла перед ее глазами – Греческий проспект, дом семь, квартира четырнадцать...

Тот человек – Оксана вспомнила, что его зовут Игорь Иванович – недвусмысленно дал ей понять, что ее судьба – в его руках, и если она не хочет попасть в тюрьму по обвинению в организации теракта – ей придется уступить его наглым домогательствам и прийти к нему на свидание по этому адресу.

На душе у Оксаны стало совсем скверно.

Ее обложили со всех сторон – и полиция, и какая-то криминальная группировка, и еще этот маньяк из секретной конторы... И не к кому обратиться за помощью, не от кого ждать защиты! Позвонить мужу? И что сказать?

Она представила, как будет долго и нервно рассказывать ему по телефону, что с ней случилось, а он сначала будет удивляться и переспрашивать, потом станет отмахиваться и твердить, чтобы она успокоилась, и что ничего страшного не случилось, что она просто не так все поняла, и что все рано или поздно забудется и устаканится. А потом скажет, что он на работе и что они поговорят обо всем дома.

Ага, дома. До дома еще добраться нужно.

В общем, ясно поняла Оксана, муж ей ничем не поможет. Ну что, пойдет он этому типу из Конторы морду бить, что ли? Она давно уже привыкла не рассказывать мужу о том, что к ней пристают мужики, его реакция вполне типична – сама виновата, не давала бы повода, никто бы к тебе не лез.