Невеста - Ольга Вечная

Теперь я как будто ощущаю недовольство, исходящее от Ростислава, его ревность, стараюсь угодить, а как это сделать с двумя младенцами на руках — понятия не имею. Начинаю суетиться.

— Так что насчет пятницы? Поедем на романтик? — уточняет муж.

— Я подумала… здесь такие огромные окна всюду, может, мы попробуем увидеть северное сияние из номера? — болтаю я, собирая с мальчиками пирамидки.

— Почему? — спрашивает Ростислав. — Мы можем попросить Надю. Я готов выплатить ей сверхурочные. Или можно нанять няню в помощь из отеля.

Усмехаюсь.

— Да я заплачу, дело не в деньгах, просто… ты же знаешь, я не люблю оставлять их надолго. А экскурсия подразумевает поход с рюкзаками. Мне спокойно, когда я могу за две минуты добежать до детей. Максимум три. Не вижу смысла, в общем.

— Да что может случиться? — потягивается он.

— Ничего. Я уверена, что ничего, просто мне не по себе.

Он закусывает губу.

— Ты обиделся?

— А должен?

— Что? — я поднимаю на него глаза. — У тебя есть какие-то претензии ко мне? Озвучь, пожалуйста.

— Претензий нет, — улыбается Ростислав. — Я соскучился и хочу побыть именно с тобой. В субботу я уезжаю на объект, ты же знаешь. Да и я родился в Мурманске, северные сияния для нас были обычным явлением, и мне было бы приятно показать тебе это чудо самому. Пока есть возможность. Вряд ли мы сюда еще когда-нибудь приедем.

— Да, по крайней мере пока дети не подрастут. А там можно будет уже и вдвоем путешествовать.

— Это когда им исполнится восемнадцать? — переспрашивает с улыбкой он. — Или двадцать пять?

И мне видится будто упрек.

— Не все могут, как ты, оставить дочь на ее мать, — отвечаю я.

— Я не скидываю дочь на ее мать, а стараюсь жить полноценной жизнью.

— Я не сказала слово «скидывать».

Странная ситуация, я вновь ощущаю себя виноватой в том, что случилось на рыбалке, ведь Ростик приехал сюда из-за меня. Даже если поверить, что Давид был ни при чем, и падение действительно несчастный случай, моей вины все равно много.

И я не потащу детей и няню в Мурманск ловить ночные северные сияния. Или в какой-то другой город, по крайней мере не в ближайшее время. Я понимаю, что у нас не было медового месяца, да и брачной ночи толком.

У меня двое маленьких детей и они на первом месте. Раньше это казалось естественным. Но тогда у меня не было секретов.

— Это да, — вздыхаю. — Хорошо, давай съездим ненадолго. Я бы тоже хотела побыть с тобой.

— Вот и чудесно. За пару часов ничего не случится.

Я быстро киваю.

***

В пятницу в шесть вечера мы отправляемся в поход. Первый пик сияния ожидается в восемь, но по плану у нас еще чаепитие с вареньем из местных трав и легенды.

Группа собирается у главного здания отеля, где нас встречает гид. Местный житель, который, как указано в брошюре, знает каждый уголок этих мест.

Главная цель — поймать северное сияние, но даже без него ночной пейзаж Онежского озера должен стоить того, чтобы пройти по маршруту.

Мы спускаемся к лесу, выходим на тропу, а затем начинается долгий путь среди величественных вековых сосен. Идем не менее получаса, но дорога несложная, справился бы и десятилетний ребенок. Я немного бурчу больше для видимости.

А потом мы выходим к небольшому каменистому пляжу и застываем как вкопанные. Перед нами простирается огромное, темное, спокойное озеро, с отражением звезд на поверхности. Уголок дикой, первозданной природы в сердце цивилизации.

— Вау, — шепчу я, понимая, что в это место можно влюбиться. У него словно есть душа.

— Видите вон там вдали огни? — рассказывает гид вполголоса. — Это Петрозаводск.

Над самой водой стоит почти абсолютная тишина, и мы перешептываемся, чтобы не потревожить местных духов.

А духов здесь, оказывается, море. Гид разжигает костер и, пока мы, рассевшись на пледах, ждем чай из душистых трав, рассказывает местные легенды про озеро, рыбаков, которые видели странные огни в небе. Про карельских шаманов, живших в этих местах сотни лет назад.

— Мне немного не по себе, — шепчу я Ростиславу.

— Холодно?

— Из-за леса. Его звуков, запахов.

— Крики птиц — это совы просыпаются. Они неопасны.

— Мне ближе чайки, — пожимаю плечами. — Но мне нравится. Очень. Только не отходи от меня далеко, ладно?

— Конечно.

Я улыбаюсь, наблюдая за небом. Скоро начнется. Вот-вот и… Еще немного и мы увидим таинство.

Я крепко сжимаю руку мужа, и тот сжимает ее в ответ. Несколько человек, включая Романа, знакомого Давида, помогают гиду разливать чай, и когда очередь доходит до нас, Роман роняет пару доброжелательных фраз, я отвечаю с улыбкой. После чего тот говорит:

— Какие у вас планы на вечер?

— Хотите попытаться отыграться? — шучу я.

Роман смеется:

— Все эти дни я тренировался с утра до ночи, не поверите.

— Не поверю. Но имейте в виду, в тот вечер я была не в себе, а сегодня — чувствую себя превосходно.

— Тогда, если Ростислав в порядке, я предлагаю по возвращении вместе сыграть. Давида тоже попытаемся вытащить.

— В бильярд? — переспрашивает Ростислав. — Рада, кажется, не очень любит бильярд.

— Рада-то? — усмехается Роман. — Да она меня сделала в американку с закрытыми глазами! С меня семь потом сошло!

Ростислав поворачивается ко мне, и я улыбаюсь, пожав плечами.

— Я умею в американку. В русский хуже, там стол больше, у меня часто сил не хватает. Сюрприз! — развожу руками.

— Не понял, а когда вы играли?

— Когда это было? — хмурится Роман. — Когда ты с лодки упал. Вечером пили за твое здоровье. Вы, кстати, когда уезжаете? Мы уже в это воскресенье, а так хочется еще задержаться. Гид сказал, — он начинает говорить как в мистическом фильме: — что духи благоволят и тепло продержится до середины октября! А я обожаю местную рыбалку…

Он болтает еще некоторое время, а я начинаю мерзнуть. Ростислав резко выпускает мою ладонь, чтобы обхватить свою кружку.

Я сжимаю свою двумя руками.

— Что-то случилось? — спрашиваю полушепотом. — Я тебя обидела?

— Нет.

— Пожалуйста, не говори со мной в таком тоне, я начинаю паниковать.

— Ты пошла развлекаться, пока я был в клинике. Даже не знаю, как к этому относиться.

— Ты был в полном порядке, просто отсыпался. И… Я не развлекалась… вышла поужинать и немного выпить, потому что перенервничала.

— И не сказала мне.

— Я говорила. Говорила же, во сколько вернулась. Ты чего? Это была дружеская партия и всего одна. Я чуть не сошла с ума, так сильно волновалась.

— Нет, Рада, не говорила.

— Я уверена, что говорила.