Капкан памяти - Шон Кенни

Майк вспоминал свой разговор с ней. Она сказала, что любит пляж, но о парусном спорте и подводном плавании – ни слова. Впрочем, она ведь родом из Мичигана. Какая музыка ей нравится? Еще одна загадка. В сущности, о чем они вообще говорили? Да ни о чем. Она привела его в свой номер, обольстила и тут же отключилась. А может, зря он так переживает? Может, она это практикует в каждой командировке: выбирает себе партнера, пудрит ему мозги, притворяясь скромницей, и трахается до самозабвения.

Майк стиснул в руке бокал с «Маргаритой» и поднес его ко рту. А вдруг Шейла сейчас, в эту самую минуту, слоняется по «Миражу», выискивая очередной объект покорения? А даже если и ищет, что в том плохого? Может, она всем известная обольстительница. Гари-то с Говардом быстро ретировались при ее появлении…

Цедя сквозь кубики льда сдобренный солью терпкий напиток, Майк краем глаза увидел слева, на дальнем конце стойки, знакомого человека.

Темные очки. В помещении. Это был мужчина, который обедал с парнем в татуировках, Эдом, и спецназовцем Мерлом, промышлявшим кражей оружия. Флойд.

Если он и признал Майка, то виду не подал. Флойд взял три бокала и пошел с ними прочь. Майк передумал ужинать. Он расплатился и поднялся.

Кафе он покинул тем же путем – с черного хода. На улице почти стемнело, но прохладней не стало. Все пластмассовые столики – ответ «Синалоа» на драконовские законы штата Калифорния против курения – были заняты. Возле ограждения, отделявшего столики от стоянки, стояли мужчина в очках и его закадычные приятели – негодяй Мерл и молодой оператор со склада. Они заметили Майка, и он помахал им рукой; они неторопливо кивнули в ответ.

– Привет, дружище! – крикнул Эд. – Что, до сих пор сидел у Подраски?

Майк кивнул.

– Выпьешь? – предложил Мерл.

– Нет, мне пора ехать. Спасибо.

– Это ты теперь вместо Лестера Дюшана? – не отставал Мерл.

– Да.

Все трое держались с небрежной заносчивостью. От них исходила угроза. Этим мерзавцам было нечего терять.

– Флойд был знаком с Лестером, – доложил Эд. – Он частенько наезжал к нам.

– Дела делал, – добавил Мерл, хватая Флойда за плечо.

Подтекст был яснее ясного. Флойд снабжал Лестера кокаином.

– Не мое хобби, ребята, – сказал Майк.

Мерл выпрямился.

– Ты не так нас понял, Майк. Майк, верно? Нет, нет, понимаешь, у нас есть друзья, они… увлекаются компьютерами и всегда стремятся подешевле достать микросхемы памяти.

– Вам ведь постоянно не хватает этого дерьма, – заметил Флойд, впервые подав голос.

«Аминь!» – мысленно воскликнул Майк.

– Ничем не могу помочь, – ответил он. – Своих проблем полно. Обратитесь в «Фрайз». У них всегда хорошие цены. – Шагая к своей машине, он думал, что Марго, возможно, не преувеличивала, говоря, что их преследует призрак Лестера.

01011

Для Шейлы неделя тянулась, как тюремное заключение, – жестокое, изощренное, а главное, абсолютно незаслуженное наказание. Каждый раз, демонстрируя идиотскую программу, она ловила себя на том, что ищет в толпе Майка. И не то чтобы она надеялась его увидеть: от Марго она знала, что он вернулся в Сан-Хосе. Напротив, ей требовалось доказать себе, что его здесь нет. Он видел ее на сцене, видел обнаженной, и она с каждым выступлением все больше чувствовала себя стриптизершей из сомнительного заведения на одной из темных улочек за два квартала от бульвара.

Смотреть на зрителей с каждым днем становилось мучительней. Шейла начала замечать в толпе лица, которые уже видела раньше. Ее стали одолевать всевозможные фантазии. Она вдруг ловила себя на том, что крутится перед зеркалами в ванной, раздумывая, какой надеть бюстгальтер, бросает взгляд через плечо, входя в лифт или выходя из него. Что это за люди? Им действительно нравится, как она объясняет свойства служебной видеопрограммы, или, может, они маньяки-насильники-убийцы?

Шейла знала, что представители противоположного пола находят ее привлекательной. Марго вечно твердила ей, что любой мужчина будет у ее ног, стоит ей только пошевелить пальцем. Увещевания подруги вызывали у нее сомнения, но о том же говорила и ее начальница. Иногда Шейла шла за Трейси в туалет – только так она могла поговорить с ней, – и та каждый раз расспрашивала ее о сексуальной жизни. А поскольку рассказывать Шейле было нечего, начальница непременно заявляла, что мужчины созданы исключительно для того, чтобы их использовали женщины.

Шейла даже подозревала, что Трейси поручила ей нынешнюю идиотскую роль просто из вредности. Но нет, ею скорее двигали паранойя и стремление к расширению своей власти: Трейси, как она не раз это демонстрировала, не было дела ни до кого, кроме собственной персоны. Шейла для нее теперь просто не существовала – факт удручающий, но не такой обидный, как равнодушие Майка Маккарти, который, наверное, уже и не вспоминает о ней.

Шейла каждый день проверяла свою электронную почту, но от Майка сообщений не было. Мог бы, хотя бы из вежливости, поблагодарить ее и еще раз пригласить на свидание. Или он настолько привык к однодневным романам, пока работал инструктором по подводному плаванию, что даже не придал значения той ночи? Охмурит очередную красотку, преподаст частный урок, помашет ручкой самолету и займется следующей искательницей развлечений. Заводит легкие интрижки, чтобы убить время. И ведь она сама пригласила его в свою постель!

Наконец наступила пятница. Поскольку Шейла теперь работала на программистов, никто не требовал от нее, чтобы она задержалась в Лас-Вегасе, помогая разбирать экспозицию по окончании выставки. В тот же вечер она уже была в аэропорту Макларен, среди людей, покидающих «Комдекс», – гостей и таких же, как она, агентов по сбыту, в общей массе представлявших собой весьма любопытное скопище разноликих стилей: бирюзовые украшения и ковбойские сапоги, джинсовые и кожаные мини-юбки, деловые костюмы и джинсы, тенниски с эмблемами компаний и спортивные куртки.

В самолете все места были заняты, пассажиры шумели, и стюардессы разносили пиво и соленые крендельки. Они летели над пустыней и заснеженными горами. Шейла почти не имела представления о географии Запада, знала только, что это обширный район и где-то внизу будет Йосемитский национальный парк,[35] раскинувшийся к северу от озера Тахо, где они с Марго обожали зимой кататься на лыжах.

Марго знает Майка. Она поможет раскусить его. Если только сама им не увлечена… Шейла смотрела в иллюминатор на горные хребты, поросшие соснами. Она закрыла глаза и улыбнулась, недоумевая, почему ей вдруг стало так хорошо.

Потом ее осенило: она не просто рада, что «Комдекс» и Лас-Вегас остались позади, не жужжание пассажиров и даже не предстоящие выходные поднимали настроение – в душе росло ликование, потому что она летела туда, где находился он. Туда, где был Майк.

Шейла глубоко вздохнула и откинулась в кресле. Ей почти тридцать два, а ума не больше, чем у школьницы!

Утром следующего дня Майк сидел в конференц-зале Линчберг: там собрались почти все участники проекта «Поморник», созванные на совещание его руководительницей Трейси. К нему подсела Марго. Она опоздала, и Трейси уже бубнила о том, какой это важный проект и как она сожалеет, что ей пришлось украсть у них выходной, но до выпуска изделия остались считанные недели…

– Извини, – шепнула Марго. Она выставила напоказ свои холеные руки с ухоженными ногтями, покрытыми красным лаком. – Никакой личной жизни.

Майк понимающе кивнул. Марго, по крайней мере, не отказалась прийти, как Лесли Энн.

– Карлос, расскажи нам о последних результатах, – обратилась Трейси к ведущему инженеру проекта.

Инженерам доставалось больше всех. Они сутки напролет ломали головы, решая технологические проблемы нового изделия.

– Вчера поздно вечером у нас появился рабочий вариант, – начал Карлос, не тратя времени на предисловие. Он поднялся и кивнул своим помощникам. Те подкатили к нему тележку. Карлос сдернул простыню с опытного образца «Поморника». – Что касается памяти, это просто боров, – продолжал он, вместе с другими инженерами подключая различные провода.

Майк встрепенулся.

– Карлос, можно поточнее?

– Конечно, Майк. В данный момент для обычной работы нам необходимо двести пятьдесят шесть мегабайт. Думаю, этот объем можно уменьшить за счет расширения кэш-памяти…

– Это точно? – резким тоном перебила его Трейси.

– Не знаю, – огрызнулся Карлос. – Если придумаем, как обойтись без «Кенгуровой крысы», потому что она не будет готова вовремя, поскольку вы сдвинули сроки бывшего «Ястребка» на три месяца вперед.

Трейси фыркнула.

– Опять ты за свое! Жаль, что Роджера и Гари нет на совещании. – Последней фразой она подчеркнула, что является самой старшей по должности в этой комнате.