Первый Романов (СИ) - Борис Владимирович Романовский

— Конечно, скажу! Ведь ты моя правая рука! — отворачиваюсь и спешу к лестнице, успев заметить, как довольно блеснули глаза девушки. Главное правило царя — за хорошую службу не зажимай комплиментов и наград. Особенное, если тебе угодила аппетитненькая девушка. А Радмила, правда, старается. Ох, я так ее награжу сегодня-завтра ночью.

Глава 8

Царь на выставке

В кабинете на столе стоит небольшое чемоданчик. Внутри на бархатном ложе лежат семь видов неокрашенных пластинок размером с игральные карты.

Подумав, отношу чемоданчик на уличный мини-полигон за домом. Там расставлены мишени, что очень удобно для проведения экспериментов.

Пробую пластинки одну за другой. Заряжаю биокинетикой, метаю в мишени. Пять пластин полностью бесполезны. Плохо проводят заряды либо заряжаются долго. Особенно образец номер «четыре» — меня десять раз изрешетят из автоматов, прежде чем я хоть одну пластинку метну. Не годится.

А вот два последних образца радуют. Особенно номер «шесть». Легкий и ударопрочный материал с низкой плотностью и отличной пропускной способностью. Какой-то сплав полиэстера. Я думал, картон уже ничто не превзойдет по скорости зарядки. Но этот пластик справился. Мельком проводишь пальцем — и полупрозрачные торцы становятся острыми как бритва, а также прочными как гранит. Взрывной потенциал также неплох. Ореол покрытия в полтора раза больше чем у картонных карт. Единственный недостаток — одноразовые. Больше одного заряда не удержат. Впрочем, это нормально. Все легкие материалы не отличаются долговечностью.

Номер «семь» же уникален по-своему. В пояснительной записке в чемоданчике написано, что это сплав родия и серебра. Фишка в том, что эти пластины выдерживают заряд по несколько раз. Ну если их не взрывать, само собой, а просто укреплять. Хороший сплав. Надо бы с ним что-нибудь задумать. «Артефакты» какие-нибудь.

— Господин, — удивленный писк Радмилы сзади. — Вы не в кабинете?

— Да, я тут поигрался немного, — захлопываю крышку чемодана. — Выводы сделал.

— Какие? — в руках девушки уже возник мобильник. Она готова записывать.

— Годятся только номера «шесть» и «семь». «Шестерка» пригодится мне в ежедневном пользовании. Пускай сделают их побольше. «Семерки» тоже пусть наготовят запас. И скажи им покрасить пластины как игральные карты. — С одной стороны маскировка, с другой — привык уже скидывать масти.

— Поняла, — девушка быстро пробежалась наманикюренными пальчиками по кнопкам. — Всё передам. Образцы больше не нужны? Я могу отнести, мне по пути.

— Да, спасибо, — я передаю ей чемодан и бросаю взгляд в сторону звука загнанных коней. Прибежали мои будущие гридни, и двух часов не прошло. Ай, нет, на пять минут опоздали. Ладно, посчитаем, что почти справились.

— Медитация, — подойдя, командую взмыленным парням, и они тут же падают на землю с большой охотой. А еще они бы с радостью прямо тут разлеглись. Эти попытки я безжалостно обрываю — Не лежать, гридни. А то по второму кругу побежите. Сейчас объясню коротко, как что делать. Итак, транс бывает двух видов: боевой и саморегулятивный. Сейчас нас интересует второй. Чтобы в него погрузиться…

Объяснение занимает больше времени, чем рассчитывал. У гвардейцев не сразу, но выходит. Всё же не зря я выбрал именно этих парней. Соображают они неплохо.

Очень важно для гридней освоить медитативный транс. Он поможет черпать энергию из ресурсного поля и держать организм в динамическом равновесии при любых нагрузках. Без саморегуляции невозможно пережить инициацию — слом первого лимитера.

Как только парни уходят в транс, я сажусь рядом и тоже погружаюсь в медитативное состояние.

До обеда так и сидим. Благодаря магии душ Романовых гипнотический транс дает мне больше возможностей, чем другим магам. Ментальная отладка. Я могу пересобирать свой дух, а также расширять ресурсную базу за счет поглощенных врагов. Освобожденную ментальную энергию я переформатирую в биокинетическую, тем самым увеличивая свой смертоносный потенциал. Раньше я в расцвете сил мог зарядить повозку, и она взлетала на воздух, будто напичканная порохом.

На трапезе в столовой Радмила радует новостями:

— Господин, вы просили собрать больше сведений о Соколовых. Завтра они проводят выставку старославянского оружия в Куликовском центре.

— Старославянского? Хм, забавно, — заинтересовываюсь. — Я бы глянул. А откуда экспонаты?

— Большей частью из хранилища рода, сказано, что Соколовы собирали коллекцию веками. Также представлены образцы из антикварных салонов города, — блондинка бросает взгляд на смартфон и считывает информацию.

— Ну что ж глянуть стоит, — усмехаюсь. — Даже если бы там не было Соколовых. Я люблю мечи. Радмила, составишь мне компанию?

— Конечно, — загораются глазки у девушки. А потом задумывается. — Господин, можно один вопрос?

— Даже два, — сегодня я по-царски щедр.

— Мне хватит одного, — смеется она. — В чем вы пойдете?

Я задумываюсь. Тресни Навь! Ненавижу эти заморочки с нарядами. Надо завести себе придворного стилиста, пускай подбирает мне костюмы и вообще следит за правильным царским образом. Хотя царским пока рановато, просто дворянским.

— У вас есть синий костюм в мелкую полоску, — увидев мое затруднение, произносит Радмила. — Он подойдет для выставки идеально, а также даст мне пространство для маневра, — в ответ на мой удивленный взгляд она смущается и признается. — Я взяла на себя смелость провести ревизию в вашем гардеробе.

— Хорошо, хоть кто-то туда заглянул, — хмыкаю. — И как там? Мышей еще нет?

— Нет, но вам не помешает пройтись по бутикам, — твердо говорит девушка, выпрямившись и тряхнув косой. — Совсем не помешает.

— Денег нет, — тут же вставляет скряга Аркадий. — У Лазаревых, по крайней мере. У тебя же еще в рабах Моржовы, их спроси.

— Не в рабах, а в вассалах, старик, — хмуро на него смотрю.

— А…да… — сглатывает испуганно Аркадий, почувствовав, что переборщил. — Как скажешь, Миша…

— Рабов у меня нет и не будет, — чеканю по слогам. — Твои крепостные тоже станут свободны, как только… — Хотел сказать: как только я захвачу Совет, но ограничиваюсь абстрактным: —…как только я так решу. И деньги скоро прибавятся. — Вороновы раскошелятся. — Так что не жмоться. — Старик дерганно кивает. Я обращаю взгляд на притихшую как бельчонок Радмилу. — В бутики сходим с тобой на неделе, добавь в расписание.

— Да, господин, — тихий писк.

А с ней-то что такое? Бросаю взгляд на зеркало в стене и замираю.

— Забавно, — тихо замечаю я. Интересно, это меня так слова о рабах разозлили? Или духовный транс дал столь неожиданный результат?

В апатичном образе щенка проступили черты моего прежнего лица. Царского лика, если угодно. Горячий строгий взгляд, хищный вид и глубокие, словно вырезанные в камне линии. Теперь я выгляжу лет на десять старше.

И не сказать, что внезапное преображение мне не по нраву.

* * *

Евгений Воскресенский, утопая в мягком кожаном кресле, слушает доклад своей помощницы. Состояние финансов, положение основных предприятий, перевозка последней партии наркотиков…. Галина вытянулась в струнку, так что белая блузка плотно обтягивает ее выдающуюся