Анахорет - Самат Айдосович Сейтимбетов

третий тип нежити, но исследовать его не удалось, когда Олег вернулся на место схватки полмесяца спустя, там валялись только вонючие горки сгнившей плоти.

Неважно.

Автономность и разведка, составление подробной карты. Не бояться живых, но и не ходить к ним, нанести границы и соотнести их со своим домом. Подняться вверх по реке или обойти те скалы и найти, что там такое за ними. Сходить за скальную гряду и спуститься в вулкан. Составить подробную карту, понять свои перспективы и тогда уже думать. Да, понять перспективы и тогда уже заняться планом стратегического развития, потому что могло выйти стратегическое бегство - все же он еще не занимался толком разведкой.

Но для двух месяцев пребывания здесь, да в одиночку, сделал немало, и не затормози его история с ранеными, сделал бы еще больше! Но и встреча с людьми оказалась полезна, обогатила знаниями и дала бы еще больше, не сбеги они в ночи.

— Догоню, проверю, нацеплю жучка в ночи, если смогу подобраться, и пойдут бить волков, - проворчал самому себе Олег.

Очередной самообман - идем бить волков! - удался, и он продолжал идти по следу, который становился все шире и свежее. То ли людей покидали силы, то ли они начали искать еду, что можно подобрать на ходу. Или уверились, что сбежали от плохого Олега и расслабились, тоже возможно. Спускалась ночь, и Олег некоторое время размышлял, затем решил не рисковать и продолжить погоню завтра.

А то выскочит в ночи и эти беглецы еще, чего доброго, умрут от страха!

На следующий день он продолжил погоню и увидел, что беглецы тоже ускорились, словно утратили осторожность. Или почуяли, что Олег их догоняет?

Все это злило и раздражало, и он остановился, успокоиться и пообедать.

Затем продолжил движение и чуть погодя, наткнулся на настоящую поляну искусственного происхождения. Поломанные кусты, вытоптанная земля, кровь и следы на деревьях. Зарубки и когти, а также клочки одежды и остывший труп, небрежно зарытый и присыпанный листьями. Олег присел, разгреб листья и узрел причину, земля оказалась жесткой, неподатливой, сцепленной корнями, и беглецы, похоже, не смогли разрыть ее руками, побоялись сломать клинки оружия.

Труп принадлежал одному из тех пятнадцати, что он вылечил. Мужчина средних лет, один из бойцов.

— Они столкнулись с панцирным волком, который кого-то поймал, - объявила Имма.

— Не уступил добычу, а они испугались и решили его убить на всякий случай. Постой, они убили панцирного волка?

— Или тот убежал, раненый, не совсем ясно. Если хочешь, можно провести полное сканирование...

— Нет! - отрезал Олег.

Справились, подумал он, чего тогда против нежити бились так вяло? Уже были ослаблены, а тут подхарчились и подлечились, окрепли? Неясно. Отчетливое раздражение из-за пустых усилий - для этого он лечил и недосыпал две недели, чтобы теперь труп валялся среди листьев? - охватило Олега, побуждая действовать.

Он прибавил шага, благо и беглецы уже не так хоронились. Внутри он отчетливо ощущал ее и чувство вины, что дал раненым уйти. Ведь знал о волках, знал, но даже не подумал о них в тот момент! Лишь облегченно вздыхал, радовался, что избавился от навязавшихся на его шею и вот, пожалуйста, результат, лежит синий и окоченевший в холодных листьях!

Имма подсветила следы крови.

— Один убитый и несколько раненых, - резюмировал Олег, - да еще и не перевязанных толком. Нет, не для этого я их лечил, не для этого!

Возможно, местные вообще не знали, что такое перевязки? Но не могли же они быть настолько идиотами, что не связали бы истечение крови и потерю жизни? На Земле догадались еще в незапамятные времена, а тут что, научились ковать оружие, шить одежды, делать телеги, вызывать нежить, но не сообразили, как останавливать кровь и что ее нужно останавливать?

Или они опять торопились?

— Стало ли больше крови?

— Да, - ответила Имма. - Не только больше, но и свежее.

Олег уже бежал, Имма уверенно держала след. Почему не остановились и не перевязали? Неужели не понимали, что запах крови привлечет... Олег почти влетел еще в несколько тел и выругался. Растерзанные, порванные тела, следы когтей и зубов, сражения, в котором у людей не было шансов. След обрывался здесь, и Олег моментально понял, что случилось и шумно сглотнул, засопел, ощущая ком в горле.

Раненые увели за собой волков, чтобы остальные могли спастись. Четверо, мужчины и женщины, ни одного ребенка. Тащили их на руках? Олег еще раз сглотнул и облизнулся, мысли метались хаотично в голове, следовало принять решение и возвращаться к месту первой стычки, где-то там или чуть позже выжившие и не раненые ушли в сторону, замаскировали следы, пуская волков по ложному следу.

— Имма, - все же заговорил он наудачу, - какие-то следы?

— Очень отдаленный шум, - ответила та. - Нехарактерный для леса.

Олег сорвался с места и побежал в том направлении, Имма вывела на экран очков стрелку направления.

— Рычание и крики людей, - добавила Имма чуть позже.

Олег прибавил хода, помчался еще быстрее, словно собирался врезаться в дерево и разбиться.

Глава 13

Громкость рычания нарастала, в лицо ударило вонью и запахом крови. Имма уже подсвечивала впереди силуэты тех, кто излучал тепло и картина выходила безрадостная. Тяжелое, прерывистое дыхание волков и одного бойца, оставшегося на ногах.

— Прочь, твари! - с криком выбежал Олег.

Пара волков прыгнула на него, и он выстрелил в них кастеновой сетью, взрезая пасти и лапы, отбрасывая прочь. Заряд плазмы влетел точно под хвост третьему, повезло, и Олег выронил пистолет, а меч его описал дугу, подрубил лапу четвертого волка, но не прорезал тела. Волк продолжал движение, но Олег был готов, развернулся и отбросил волка, выпуская меч.

Со стороны это выглядело, наверное, глупо, вот так бросать оружие, но Олег запасся им с избытком.

— Гар! - рявкнул он, пытаясь внушить им страх и выигрывая время.

Мгновение на то, чтобы выхватить дробовик и выстрелить. Основную часть дроби принял на себя один волк, двух его собратьев по бокам отбросило, но не убило. Олег уже выхватил нож, оказался рядом с улетевшим влево и всадил клинок тому в глаз, тут же прыгнул, пропуская удар лапой под собой.

— Сотар! - раздался хриплый клич. – Фарцуаф!

Стоявший на ногах - тот