Галопом по космоворотам - Александр Бычевский

— раздражалась его жена. — Если президент Вселенского Правительства говорит, что есть кротовые норы, то значит они есть!

Кубовски фыркнул, а после отправился на встречу судьбе. Он, как и миллионы людей купил первый же билет на экскурсию по кротовым норам. «Нырок и вы уже на другом конце», — гласили все рекламные проспекты. «Время и пространство не искривляется, никаких ограничений, ничего», — гласили другие, не попадающие под категорию «все». «Просто раз-два, как нырнуть в огромную щель в Китае и вынырнуть в Америке. И речь не про мои последние два брака!», — шутил с экранов любимец публики — комик Гарри Бухари.

На борту межзвездного лайнера не продохнуть. Предок Дока уселся рядом с женщиной и соседом с Земли.

— То есть если вселенский крот не закончил нору, то мы разобьёмся об крота? – спрашивал у соседки предок Дока.

— Вселенского крота! — поправила женщина, отдаленно похожая на Сару.

— Тогда не придётся в понедельник идти на работу, — улыбаясь проговорил предок Хьюго.

Первый же лайнер угодил в зад крота.

Посыпались иски, многомиллионные компенсации. Но людей этим не вернуть. Живых же охватила истерия, они практически истребили всех кротов на Земле, но в какой-то момент остановились, ведь эти милые крохи не грызли ткань мироздания. Хотя остались и те, кто после прекращения охоты говорил, что кроты их обдурили и в тайне покусывают ткань мироздания, но под землей. Тех быстро закрыли в специальных учреждениях, где стирают память.

Эта история случилась не так давно, но её передавали из уст в уста предки троицы искателей кнопки. Ныряя в кротовую нору, они матерились так, как не матерится сапожник, которому принесли сандалии.

26

За время путешествий по вселенной Док видел многое, но ни разу, чтобы хоть одна цивилизация брала энергию из черных дыр. С детства ему хотелось увидеть «машину Пенроуза», а лучше что-нибудь совсем уж фантастическое… Луч энергии, бьющий в эргосферу черной дыры отражаясь от нее, чтобы питать монструозное устройство. Какой-нибудь анигилятрон вселенского масштаба, ну, или кнопку, отвечающую за перезагрузку чертовой вселенной? Но увидеть очередные сферы Мусжяхсонгш (местный Дайсон) вокруг двойных звезд? Серьезно? И это загадочная Система Уни? Нет, конечно, он отдавал им должное. Точнее их обороне. Сосчитать песчинки на пляже и того проще, чем количество оборонительных станций. Док, как и любой житель Солнечной Системы считал «Победоносец» не просто линкором, а без преувеличения достоянием человечества. Ведь после победы его не сразу законсервировали, нет. Эф-су хотели разузнать о технологии щитов, уж больно напоминающие их, но вмешался Витаха Ояма. Ему не хотелось выдавать секреты, добытые шпионским трудом, но показать линкор всем тем, кто подумает воевать с ОПЗ? – это, пожалуйста! В первую очередь он показал его землянам еще несколько раз, чтобы те не думали бунтовать, воевать и делать еще что-нибудь заканчивающееся на «ть». Затем делегации ВП, которой тоже казалось, что технология щитов уж больно напоминает эф-сушные. И все же, не смотря на знаменитые щиты «Победоносца», Док побаивался такого количества станций, но делал вид, что восхищается ими, будто заперт на кухне с Мартой, недавно приготовившей фирменный несносный суп.

— И столько станций нужно для обороны кнопки? — съязвил Док.

Художник ничего не ответил, а только слегка заметно кивнул головой.

— Не подскажите, как поиграться с темной материей или сингулярностью? — подтрунивал Док, пытаясь понять возможности древней расы Уни.

— В другой раз, Саймон.

Док наигранно восхищался каждому бздёху, и Хьюго не до конца понимал от скуки старик этим занимается или пытается что-то выведать с помощью своих Кубовски-приемчиков?

Когда перед глазами перестали маячить станции, показались планеты. Сара очаровалась ими и их крохотными спутниками, напоминающими диско-шары, на которых заводики выпускали разноцветный дым. Ей нравилась мысль, что эти вредные производства не мешают жить на зеленых планетах, где возможно, вдали от всех систем – самое место, чтобы затеряться вместе с Хьюго? Интуиция подсказывала, что сама мысль о покое привязанная к этому месту – идиотизм не меньший, чем причина Дока отыскать кнопку.

Художник уставился на планету Тауит, где провел худшие годы жизни. Если бы увлеченные видами за окном Док и Сара бегло глянули на него, то без труда декодировали послание: «Вы за все заплатите». Однако, этим занимался Хьюго. Чья привычка с детства подмечать мелкие, казалось бы, ненужные детали - помогала в бытность военного, наемника и охотника за головами. Он видел с каким лицом капитан Эзрант посылает их в последний бой, зная, что через несколько минут подпишут мирный договор. Эзрант всего лишь крепко сжал челюсть и сквозь зубы выдул воздух через правый уголок рта, как делал всегда, когда боялся последствий принятых решений. И только потому что Хьюго верный боевой товарищ и «тот самый парень, орущий Квазэгхч», — его послушали. Приказа ослушались. Эзрант посмотрел на него, выдохнул воздух через уголок рта, а после вдавил спусковой крючок бластера, чтобы поджарить свои мозги. Хьюго видел, как нижняя губа Сары сжимается, когда та прикусывает ее, жалея о том, что недавно сказала или сделала. Хьюго молча улыбался, делая вид, что восхищается ее красотой. И Сара ни о чем не подозревала. На их фоне Художник – открытая книга, на предмет которой Хьюго рассуждал сам с собой: «Это существо везет контейнер туда с медведями для чего? Медведи, как известно, могут только жрать мед, предавать и убивать, а это значит… Да, какого черта!?», — прервал рассуждения Хьюго.

— Я на перекур! — никто, кроме Художника не обратил на него внимания.

Угадав пароль от грузового отсека с первого раза, который являлся датой их первой встречи с Сарой «11102217». Он восхитился её сентиментальностью, и даже прослезился, но как оказалось это от многовекового запаха хвои впитавшийся в красный контейнер.

Ббм мирно перекидывались в картишки, пока Хьюго не нарушил покой. Их вожак воткнул в стол мачете, включил боевой костюм и подлетел к любопытному человеку, державшему бластер на изготовку. Насмешливый взгляд медведя дал понять, что эта пукалка ничем не поможет. К тому же голос рассудка подсказывал Хьюго, что нужно попытаться поговорить, прежде, чем импровизировать. Медведь обнюхал его, а когда распознал знакомые нотки запаха унийца, то решил представиться:

— Я Чивесру, для друзей – король Леса! — прорычал он так громко, что одному Создателю известно, как это не услышали остальные