Бастард рода Неллеров. Книга 7 - Серг Усов

Она выпрямилась словно натянутая струна. Это когда не видит, что я на неё смотрю, начинает сутулиться как знак вопроса, а передо мной, что называется, как лист перед травой, топ-модель, худая, высокая для своих лет и пола, хоть сейчас на подиум. Губы, узкие, немного не симметричные, правда, вновь будто у вампирши в кроваво-красный яркий цвет выкрашены, но это мода, с этим я ничего поделать не могу, а вот насчёт макияжа, не делать его слишком броским, кузина любимого братика послушалась. У меня в этом плане для неё сюрприз приготовлен. Не готлинскими ходиками едиными и подзорными трубами славен изобретательный бастард Неллеров.

— Великолепно! — отвечаю.

— Ай, да ну тебя. — отмахивается польщённая будущая графиня. — Ты видел уже вчера во дворце? Моника Реймская опять появилась. Её же тётя отправила к родителям, а она… — не договорив, Юлиана садиться со мной рядом и, потеряв контроль за осанкой, тут же опять горбится.

Златокудрая красавица долгое время служила объектом любви нашего зятя Андрэ. Вроде бы ничего такого с ними не было, но Юля жутко ревнует. Похоже, присущий кузине скептический и немного циничный взгляд на своё место в будущей семейной жизни сменился надеждой на нечто лучшее. И кажется она начинает любить своего будущего мужа. Да, бывает и ревность без любви, но тут явно другой случай.

Похлопываю миледи по спине, чтобы выпрямилась, и беру за руку. Ладонь у неё холодная как у лягушки. Бывает. У меня Леська накануне свадьбы тоже сильно переживала. Сложно понять этих девушек, им бы радоваться и радоваться, а они вон чего устраивают, нервируя себя и близких.

— Не могла её герцогиня не пригласить. — побуду для кузины капитаном Очевидность. — Всё же Матильда — дочь её верного вассала. Ты ведь не забыла, что граф спас от плена или даже жизнь моего отца, твоего дяди, в битве при Малердо? Вот то-то. Да и ерунда это, что приехала. Так, пожалуй, и лучше. Пусть смотрит на твоё торжество и завидует.

— Ага. — хлюпнула своим длинным носом миледи Неллерская. — Андрэ только-только перестал смотреть на меня с отвращением, а тут опять она. Она вон какая красивая, а я…

— Ты в сто раз лучше. — обнимаю сестрёнку за острые плечи. — Плюнь ты на неё. И не думай об Андрэ так. Во-первых, ни с каким отвращением он на тебя не смотрел, с равнодушием и пренебрежением да, было, чего друг другу врать? Но это другое. А, во-вторых и это главное, всё ведь изменилось. Ну, ладно, Юль, только не говори мне, что не чувствуешь, как он теперь к тебе относится. Я же вижу.

— Да, сейчас по другому. — слабая улыбка тронула её губы. — Но Матильда…

— Забудь про неё уже. — прижимаю к себе кузину чуть посильнее. — Всё, ты теперь жена, считай, виконта-наследника Дитонского. Родишь ему детей, и всё у вас будет хорошо.

Благодаря целительской магии проблем деторождения у аристократов и богатых простолюдинов в этом мире не существовало. Никаких тебе бесплодий или смертей при родах. Впрочем, у медали, как известно, две стороны. Эти сословия имели возможность избегать нечаянных оплодотворений, если, конечно, не быть таким безалаберным как мой здешний биологический отец, или дядя Рональд, или тот же неизвестный папаша Берты из Новинок и прочие господа-товарищи.

— Ну, тебе правда мой наряд понравился? — спросила она, снова повеселев.

— Самая правдивая правда. — отвечаю, хотя, как по мне, с украшениями и макияжем всё-таки перебор. — Но у меня для тебя, не под это платье, а пол другую твою одежду, есть подарок.

— Ой, Степ, ты и так, ты и удивительные ходики, ты и трубку эту зрительную…

— Это всё для пользы, а у меня имеется кое что и для пользы и для красоты. Сергий! — кричу. — Эй-ты, позови из приёмной моего секретаря.

Не Пьер Карден я и не Луи Виттон, но их патенты в этом мире не действуют, так что дамские аксессуары могу копировать без оглядки на возможные обвинения. Вижу, быть здесь Казановой мне очень легко, уши и глаза — слабое место женщин, первое я покоряю без зазрения совести используя плагиат литературных историй, в второе собираюсь поразить милыми вещицами. Рабыни брата Ивана, нашего монастырского кожевника, пошили и украсили золотой застёжкой небольшую и изящную дамскую сумочку, это им тут не расшитые кошели привязанными к поясу носить. Вскоре все ахнут.

— Что это? — во всю ширь распахнула миледи Неллерская глаза, когда я взял у вошедшего Сергия и протянул ей ридикюль. — Для чего?

— Вот ремешок. — поясняю. — Его накидываешь на плечо. Это сумка, как видишь, только маленькая, красивая и изящная. Долго думал, какой цвет тебе подойдёт, и понял, что зелёный, под цвет твоих глаз, к тому же, ты ведь у нас целительница. А сюда можно положить… да что угодно можно положить. Смотри. — открываю, достаю золотую пудреницу и открываю её.

— Тут маленькое зеркальце! — радуется кузина как ребёнок. — А это, это алхимия для лица?

— Ты догадлива. — подтверждаю. — Ещё один мой тебе подарок. Бери!

Обе служанки не смогли сдержать своего восторга и чуть ли не взвизгнули, радуясь за хозяйку. кстати, чернокожая уже вполне сносно изъясняется на нашем языке, смешно немного, но понятно. Всё же Юле реально надо было бы в пединститут поступать, отличная училка бы из неё получилась. Жаль тут таких ВУЗов нет, да и не пошла бы представительница столь знатного рода туда. Миледи Неллерская иногда распускает руки в отношении прислуги и наказывает порой жёстко, но и Валька, и Эй-ты для неё скорее компаньонки, чем служанки. В особняке и без этих двоих есть кому работать. Юлиана дала девушкам рассмотреть мой подарок, разумеется, после того как наигралась им сама.

— Знаешь, давай, я от обеда у тебя откажусь. — показываю ей извлечённые из кармана два перстня с янтарём. — Это амулеты отвода глаз. Видишь, на этот раз использовал более приличные камни, заряда даже до конца дня хватит. Ты как насчёт пары тройки часов прогуляться со мной по городу? — мог бы и не спрашивать, Юлиана стала большой любительницей наших с ней невидимых гулянок. — Если за, иди переодевайся.

Пока кузина надевала повседневное платье на выход, я проинструктировал девушек и Сергия, чтобы те всем говорили, что