Убийство в новогоднюю ночь - Наталия Николаевна Антонова

подтолкнуть клиента к продолжению рассказа.

Пестимьянов, взвесив про себя все «за» и «против», решился быть до конца откровенным. «Ведь Захара больше нет, – подумал он про себя, – а если я буду наводить тень на плетень и петлять в своем рассказе, как заяц, то введу детектива в заблуждение и может случиться так, что выброшу деньги на ветер. Если уж пришел, то надо говорить правду». Мужчина тяжело вздохнул и выдал:

– Он играл.

– Ваш друг?

– Да. Сначала помаленьку, а потом втянулся и начал вещи продавать.

– А квартиру?

– Квартиру вроде не успел, – неуверенно ответил Пестимьянов.

– Кто вам сообщил об убийстве вашего друга?

– Полиция, – тихо ответил Иван Александрович.

– Они что же, нашли ваш контакт в телефоне Захара Яковлевича?

– Нет, – ответил Пестимьянов, – я сам им позвонил.

– Позвонили им? – брови сыщицы приподнялись.

– Не в прямом смысле, – быстро поправился мужчина, – я позвонил Захару, так как он обещал позвонить мне сразу же, как вернется домой. Звонка от него не было, я начал беспокоиться и позвонил сам. К этому времени телефон Захара уже был у полиции. Узнав, что я друг Захара, они попросили меня приехать.

– И вы приехали?

– Конечно. От них я и узнал, что Захара задушили и зарезали.

– Задушили или зарезали? – решила уточнить сыщица.

– И то и другое.

– Так не бывает! – возразила Андриана. – Вы, наверное, прослушали.

– Ничего я не прослушал! – обиделся мужчина. – Я так понял, что сначала его задушили, а потом ударили ножом.

– То есть решили добить?

– Наверное, – понуро опустил голову Пестимьянов.

– Кому же ваш друг мог так сильно насолить?

– Понятия не имею! – искренне вырвалось у Ивана Александровича.

– У вашего друга была семья?

– Так я же и говорю, был старший брат. Собственно, как я думаю, он и сейчас есть. Ефим Яковлевич Масальский. Захар говорил, что его брат очень богатый человек. Но последнее время он сильно болел.

– Я имела в виду собственную семью вашего друга. Была ли у него жена? Дети?

– Жена была. Ксюша. Хорошая женщина. Но не сошлись характерами и разошлись еще в молодости. Кстати, – удивился мужчина своему собственному воспоминанию, – он ведь видел ее недавно, встретились совершенно случайно.

– Вы знаете ее адрес?

– Откуда, – отмахнулся Иван Александрович.

– А фамилию?

– Фамилию знаю! – обрадовался он. – Захар еще пошутил: «Была Булкина, а стала Караваева».

– Как так? – не поняла Андриана Карлсоновна. – Ведь фамилия вашего друга Масальский?

– Так Ксюша фамилию Захара не брала. Булкина ее девичья фамилия.

– Выходит, что, выйдя снова замуж, она взяла фамилию своего второго мужа?

– Выходит, – согласился Пестимьянов. – Может, во второй семье у нее родились дети, вот она и решилась сменить девичью фамилию на мужнину.

– Возможно, – согласилась Андриана Карлсоновна и спросила: – Вы сказали, что брат вашего друга богатый человек?

– Так оно и есть, – уверенно кивнул мужчина.

– Захар Яковлевич часто занимал у брата деньги?

– Никогда он ничего не занимал у него.

– Вот как? – удивилась Андриана Карлсоновна и спросила: – И почему же это?

– Не хотел, и все.

– Может, он не хотел выглядеть перед успешным братом несостоявшимся человеком?

Мужчина почесал указательным пальцем подбородок и сказал:

– Навряд ли Захар когда-нибудь заморачивался по этому поводу.

– Тогда все-таки почему он не прибегал к помощи брата, если нуждался в деньгах?

– Я думаю, что Захар каким-то образом выкручивался. У меня он тоже никогда не просил в долг. Хотя я ему и дать-то денег не смог бы. Деньгами распоряжается моя супруга. А у нее не забалуешь.

– Скажите, а как давно ваш друг начал играть?

– Год, наверное, уже прошел…

– То есть не слишком давно, – задумчиво проговорила сыщица.

– Не слишком, – согласился Пестимьянов.

– Как вы узнали, что ваш друг стал игроком?

– Так он мне сам сказал!

– То есть?

– Он пригласил меня в ресторан, сказал, что получил повышение по работе. Я сначала поверил. А потом меня почему-то обуяло сомнение. Я стал приставать к Захару. Он не выдержал и раскололся. Я буквально схватился за голову и стал убеждать его немедленно бросить это занятие! Говорил ему, что он останется без штанов!

– А он?

– А он возражал. Привел мне в пример поэта известного Николая Некрасова.

– Некрасова? – растерянно переспросила Андриана Карлсоновна.

– Ну да, был такой поэт. В школе еще учили его «Кому на Руси жить хорошо». А в младших классах читали «Дед Мазай и зайцы». Самому мне больше нравилось его стихотворение «И не сжата полоска одна». Я, когда был ребенком, всякий раз, читая эти строки, заливался слезами. – Поглядев на задумчивое лицо Андрианы, Пестимьянов продолжил экскурс в некрасовское творчество: – Вот еще романс раньше часто на его слова пели «Что ты жадно глядишь на дорогу» или, там, «Эх, полным-полна моя коробушка».

– Знаю я, кто такой Николай Некрасов! – оборвала его Андриана Карлсоновна.

– Так вот, – обрадовался Иван Александрович Пестимьянов, – Захар мне рассказал, что Николай Некрасов начинал свой путь в нищете, подъедал в трактирах не доеденные посетителями куски. Но потом разбогател, играя в карты, и стал богатым барином. Вот! Неправда это?

– В какой-то мере правда, – не стала лукавить Андриана Карлсоновна, – но, наверное, ваш друг не знал, что дед Некрасова Сергей Некрасов тоже был игроком и спустил за карточным столом свое имение и все свое состояние. Отцу поэта играть уже было не на что. Поэтому он сутяжничал.

– Что он делал? – удивленно переспросил мужчина.

– Судился с кем ни попадя, в том числе и со своей родной сестрой.

– Про это Захар мне не рассказывал, – признался Пестимьянов и подвел итог: – Видать, Захар попал в компанию не к поэту, а к его предкам.

Андриана не стала вмешиваться в философские рассуждения клиента, вместо этого она спросила:

– Что думает полиция об убийстве вашего друга?

– Мне показалось, что полиция считает, что его убили по ошибке.

– По ошибке? – удивилась Андриана Карлсоновна.

– Они предполагают, что убить хотели его богатого брата Ефима. Хотя, насколько я уловил из их разговора, у них имеются неувязки.

– И какие же?

– Об этом они мне ничего не сказали. Велели идти восвояси, сказав, что, если я им понадоблюсь, они меня пригласят.

– Ну да, – проговорила Андриана Карлсоновна, – они не обязаны с вами откровенничать. Тем более что вы ему не родственник.

– Но Диана Артемьевна Овчинникова так не считает! – неожиданно сказал Пестимьянов.

– Кто это?

– Домоправительница. Мне Захар про нее рассказывал. Говорил, что Диана единственный нормальный человек в доме Ефима. Она у него давно служит. Захар говорил, что она сведуща во всех делах его брата.

– А вы что же, тоже с ней знакомы? – недоверчиво спросила Андриана Карлсоновна.

– Не то чтобы знаком, – замялся Пестимьянов, а потом сказал: – Я, когда к вам собрался ехать, решил позвонить Ефиму.

– У вас есть номер телефона Ефима? – удивилась сыщица.

– Номер-то как будто есть, – признался Иван Александрович. – Захар уверял меня, что это номер телефона брата. Однако на мой звонок ответила женщина. Я хотел уж было отключиться, но потом передумал и попросил ее позвать Ефима Яковлевича к трубке. Она спросила, кто я и зачем. Я честно ответил. И она объяснила, что Ефим Яковлевич болен и всеми делами занимается она, Диана Артемьевна Овчинникова.