Убийство в новогоднюю ночь - Наталия Николаевна Антонова

что ему на ум не пришло ни единого слова. Когда же он собрался ответить, зазвенел лежащий на столе полковника телефон Захара Яковлевича Масальского.

– Интересное кино, – сказал полковник и обратился к капитану: – Ты говорил, что своей семьи у него нет.

– По предварительным данным, нет. Но ведь у него могут быть знакомые, женщины…

– Ответить абоненту, – распорядился Кочубеев.

Турусов взял телефон и спросил:

– Вам кого?

– Как кого? – изумился позвонивший. – Захара, конечно! А вы кто? – И, не делая паузы, возмущенно набросился на капитана: – Ты ворюга!

– Я? – опешил Турусов.

– Ну не я же! Откуда у тебя телефон Захара? Ты украл его! Где Захар?!

– Подождите, – сказал капитан, – вы говорите с полицейским. Я Виталий Сергеевич Турусов. А вы?

– Я Иван Александрович Пестимьянов, – растерянно ответил звонивший и спросил: – Вы нашли телефон Захара?

– Он не терялся, – сухо проговорил капитан и спросил: – Кем вы приходитесь Захару Яковлевичу Масальскому?

– Я его друг.

– Вы можете сейчас подъехать к нам?

– Могу. Но скажите, куда именно.

Капитан продиктовал адрес.

– Приедете, позвоните от дежурного полковнику Кочубееву.

– Хорошо.

Чувствовалось, что мужчина хотел о чем-то спросить, но капитан не дал ему такой возможности, оборвав связь.

– Что ж, подождем свидетеля, – проговорил полковник. – Но, Виталий Сергеевич, тебе не приходило в голову, что убить все-таки хотели Ефима Яковлевича?

– Приходило. Вы ведь имеете в виду хитро спланированное убийство, при котором старшего брата убьет сообщение об убийстве младшего?

– Да. Именно это я и имел в виду.

– Я думал об этом, – признался капитан. – Но не нашел среди родни никого особо хитрого, кому мог бы прийти в голову такой иезуитский план. Если только это не Диана Артемьевна. Банкир Кротов и бизнесмен Долевич отпадают.

– Опять ты за свое, – отмахнулся полковник, – мне так кажется, что Овчинникова при живом хозяине имела гораздо больше выгод для себя.

– Если только ее сын… – начал было капитан.

– Дождемся экспертизы, – перебил его полковник.

Спорить с начальством капитан не стал, и они вдвоем принялись разрабатывать план расследования и почти уже завершили его, как зазвонил внутренний телефон Кочубеева.

Полковник снял трубку:

– Слушаю.

– К вам Иван Александрович Пестимьянов.

– Пусть пройдет.

Через некоторое время в дверь постучали, и после того, как полковник с долей нетерпения произнес: «Да, да», – дверь распахнулась, и в кабинет вошел мужчина среднего роста и среднего возраста. На его лице выделялись голубые встревоженные глаза.

– Вот я пришел, – сказал он.

– Иван Александрович Пестимьянов?

– Он самый.

– Я полковник Кочубеев Николай Егорович. По телефону вы разговаривали с капитаном Виталием Сергеевичем Турусовым, – полковник кивнул на капитана. – Проходите, садитесь.

– А где Захар? – спросил мужчина, продолжая стоять.

– Вы садитесь, Иван Александрович, – настойчиво проговорил Кочубеев, – разговор нам предстоит долгий.

Пестимьянов вздохнул и сел на указанный ему стул.

– Иван Александрович, у нас для вас неприятное известие, – осторожно начал разговор Кочубеев.

– Известие, – машинально одними губами повторил мужчина.

– Да, ваш друг Захар Яковлевич Масальский убит.

– Как это убит? – вскочил со стула Пестимьянов.

– Его удушили, а потом дважды ударили ножом в доме его старшего брата Ефима Яковлевича Масальского.

– Что вы такое говорите? – мужчина вытянул вперед обе руки, словно пытаясь заставить полковника взять свои слова обратно.

– Иван Александрович, примите мои соболезнования.

– Удушен? Зарезан? – продолжал вопрошать Пестимьянов, не слыша полковника.

Дав ему немного успокоиться и прийти в себя, Кочубеев проговорил:

– Мы очень рассчитываем на вашу помощь, Иван Александрович.

– Но я же там не был! – воскликнул Пестимьянов.

– Никогда? Или вы имеете в виду этот раз?

– Никогда! Захар и сам нечасто бывал у брата.

– Почему? – быстро спросил полковник.

– Захар не любил всю эту кодлу, – мужчина поморщился, как от зубной боли.

– Какую кодлу?

– Которая окружала его брата Ефима.

– Вы имеете в виду их общих родственников?

– Да какие они Захару родственники! – воскликнул в отчаянии Пестимьянов.

– Вроде старшая сестра и племянница были.

– Они ему не родные. Но почему были? Их что, тоже? – мужчина провел по горлу ребром ладони.

– Нет, нет, – быстро ответил полковник. – Они и сейчас есть. Но с ваших слов выходит, что Захар Яковлевич имел с ними плохие отношения?

– Захар никаких отношений с ними не имел и иметь не хотел! – звонко прозвучал голос Пестимьянова. – Он старался не ездить туда.

– Почему же поехал на этот раз?

– Брат Ефим очень просил его приехать. Говорил, что болен, и боялся, что, если Захар не приедет на этот раз, они не смогут больше увидеться.

– И ваш друг уступил просьбе брата?

– Уступил, – вздохнул мужчина.

– Захар Яковлевич не говорил вам, что брат собирается оставить ему значительное наследство?

– Нет, никогда, – покачал головой мужчина.

– Ваш друг состоял в браке?

– В браке?

– Да, был ли он женат?

– Был, но в юности. С той поры много утекло воды.

– И больше он не женился?

– Нет.

– С кем же он жил?

– Один.

– У него не было женщин?

– Были иногда. Но ничего серьезного.

– Кому достанется его имущество?

– Откуда мне знать?! Брату, наверное.

– Когда вы видели Захара Яковлевича последний раз?

– Так вот накануне его поездки к брату и видел.

– Он приходил к вам?

– Приходил.

– Зачем?

– Зачем друг приходит к другу, – буркнул в ответ Пестимьянов.

– Почему вы позвонили ему сегодня?

– Потому что Захар сказал, что долго у брата гостить не собирается и по приезде домой сразу же позвонит мне. Но не позвонил. Вот я и решил позвонить сам. А тут вы, – проговорил он таким тоном, словно в убийстве друга обвинял полковника и капитана.

– Извините, – почему-то сказал Кочубеев и попросил: – Если вы, Иван Александрович, вспомните что-нибудь, что могло бы нам помочь, то позвоните, пожалуйста, капитану Турусову.

Капитан молча протянул ему свою визитку.

– Хорошо, – проговорил Пестимьянов и спросил: – Я могу идти?

– Да, можете.

Мужчина направился к двери, шаркая ногами, как глубокий старик.

– Бедняга, – с сочувствием в голосе проговорил Турусов, как только за Пестимьяновым закрылась дверь. – Но навряд ли он вспомнит что-то полезное для нас.

– Навряд ли, – согласился полковник.

Домой Пестимьянов вернулся сам не свой.

– Что с тобой, Ваня? – испуганно спросила жена.

– Захара убили, – ответил Иван Александрович.

– Как то есть убили? – всплеснула руками супруга.

– Задушили и зарезали.

– Папа, что ты такое говоришь! – вклинилась дочь. – Его не могли задушить и зарезать одновременно.

– Почему? – спросил потерянно Пестимьянов.

– Потому что что-нибудь одно!

– Полиция лучше знает.

– Много она знает! – возмутилась молоденькая девушка. – Они сказали тебе, кто это сделал?

Мужчина ничего не ответил.

– Папка! Ты чего молчишь?

– Они, наверное, пока не знают, – проговорила жена Ивана Александровича.

– И когда узнают и узнают ли вообще, неизвестно, – заключила дочь и спросила: – Папа, ты что собираешься делать?

– Люся! Отстань от отца! Что он может сделать?

– Очень даже многое! – девушка обвела обоих родителей многозначительным взглядом.

– Не темни! – прикрикнула на нее мать.

– Я и не темню! Папа может нанять детектива!

– Какого такого детектива? – удивленно спросил Пестимьянов.

– Частного.

– Да где же я его возьму? – развел руками отец.

С восклицанием: «Что бы вы без меня делали», – девушка выскользнула в прихожую и вскоре вернулась со своей сумочкой в руках. Открыв ее, она вытряхнула все содержимое на стол. Потом порылась в куче сваленных предметов и, выудив из нее пластиковый прямоугольник, протянула отцу:

– Вот!

– Что это?

– Координаты частного детектива.

– Где ты это взяла?

– В визитнице Евгения Васильевича.

– Ты что, лазаешь в визитницу своего начальника? – возмущенно спросил отец.

– Папа! Успокойся! В мои обязанности входит время от времени очищать ее.

– И