Замуж за криминального авторитета - Ольга Джокер

Глава 25.

***

Давид скрывается за дверью ванной комнаты. Слышится мерный шум воды.

Поднимаюсь с постели, поправляю на себе платье, насколько это возможно и решаю уйти. Юсупов не просил меня остаться, поэтому я решаю, что так будет лучше.

Уже в своей комнате подхожу к зеркалу и не смогу сдержать в себе улыбку. Видел бы меня брат… На кого я сейчас похожа? Волосы растрёпаны, губы пылают, на коже остались красные следы от колючей щетины Давида. Он целовал так больно и приятно одновременно… Я не знала, что такое вообще возможно.

С платьем придётся поработать. Попрошу у Раисы иголки и нитки, пришью тонкие разорванные бретельки на место. Где-то в постели Юсупова потерялись две мелкие пуговицы, которые были расположены по центру платья. Но это всё мелочи… и без них оно красивое.

Засыпаю я достаточно быстро несмотря на то, что всё время жду Давида. Вскакиваю с кровати после каждого шороха в коридоре, начинаю путать сон и реальность, потому что в моем сновидении Юсупов близко, рядом. Гладит меня, обнимает, бережно целует в шею.

Но в реальности он так и не приходит.

***

- По УЗИ всё хорошо, Катя, - произносит Ольга Ивановна, когда заканчивает осмотр. – Можешь одеваться.

Она садится за стол и выписывает направление на сдачу крови.

- Перед назначением гормональной терапии я должна убедиться в том, что у тебя нет сахарного диабета, не повышен уровень холестерина и отсутствуют другие хронические заболевания. Как только придут результаты мы с тобой встретимся ещё раз. Я приеду и привезу тебе лекарства, проведу короткий инструктаж по применению.

- Хорошо.

- А теперь пройди, пожалуйста, в соседний кабинет с табличкой «Манипуляционная», там тебе всё объяснят.

Благодарю доктора и выхожу в коридор.

Там, облокотившись о стену, меня ждёт охранник. Юсупов тщательно позаботился о моей безопасности, поэтому сейчас я и шагу не могу сделать без хмурого амбала в черном костюме. Благо, в кабинет к гинекологу он со мной не вошёл, а мирно ждал у двери.

Коагулограмма, общий анализ крови и кровь на гормоны… После того как из меня выкачивают несколько пробирок, голова кружится, и я не сразу могу встать и уйти. Медсестра протягивает мне ватку, смоченную нашатырём… Становится немного легче, но хочется умыть лицо и привести себя в чувство самостоятельно.

- Я в дамскую комнату, - шепчу амбалу, когда он идёт за мной по коридору по пятам.

Приставучий такой и странный. Даже не думает останавливаться, просто шагает чуть поодаль, не выражая никаких эмоций.

Клиника, куда меня привезли, частная и только для «своих». Вежливый персонал, чистые и пустые коридоры. Прием здесь по записи, клиенты почти не пересекаются между собой. Здесь нет огромной толпы из больных, не слышны споры кто приехал первым, и кто должен пройти без очереди, потому что у него инвалидность.

Сворачиваю за угол, нахожу дверь с нужной табличкой и закрываюсь на замок, переводя дыхание. Голова почти не кружится, но меня подташнивает, поэтому я всё равно подхожу к раковине и набираю в ладони холодную воду, чтобы умыться.

Закрыв глаза чувствую, как чья-то теплая ладонь закрывает мой рот. В ноздри вбивается запах табака и бензина, усиливая тошноту. Хочется кричать, но не получается – я только мычу и барахтаюсь в сильных мужских руках, которые тащат меня вглубь дамской комнаты. Вот тебе и частная клиника!

- Заткнись! – в уши долетает знакомый шепот, но я по инерции ещё мычу. – Это я, заткнись!

Женька! Это он! Спустя мгновение прекращаю трепыхаться и мычать тоже перестаю.

Я обещала Давиду, что не стану искать встречи с братом, но он сам меня нашел!

Женя ставит меня на ноги, убедившись, что я адекватна, разворачивает за плечи к себе лицом.

Взглянув в его глаза, резко вздрагиваю, не могу иначе, ведь он изменился и достаточно сильно. Зелёные глаза стали стеклянными и пустыми, больше не выражают никаких эмоций. Лицо покрывают незнакомые шрамы: один над бровью, другой на щеке. На скулах видны круглые следы от ожогов… На нём тушили окурки? Похоже, что да. Эти изверги наверняка измывались над ним как могли. Что под футболкой – страшно только представить.

Слёзы мгновенно собираются в уголках глаз, а в голове крутится только одна лишь фраза: "Что же ты наделал, брат?".

- Привет, малыш… - произносит Женя мягким голосом.

Уголки его губ ползут вверх. Под глазами появляются те самые знакомые морщинки… Тянусь к нему рукой и провожу по ним кончиками пальцев. Это он, живой.

Глава 26.

***

Это он, живой.

- Как ты узнал, что я буду здесь?

Убираю руку от родного лица, чувствую, как тело начинает колотить от холода и страха. Вдруг нас поймают? Женю тут же убьют! Здесь есть камеры наблюдения?

Поднимаю голову к потолку, пристально осматриваю углы.

- Здесь нет камер, - произносит Женька, догадываясь о чем я. – Я следил за тобой, Кать. Ты… извини, что так вышло. Сам не ожидал, что окажусь в полной заднице.

- А чего ты ожидал?

Вопрос выходит злобным и раздраженным… Я думала, что, увидев единственного родного человека обрадуюсь, все ему прощу, брошусь на шею и поблагодарю бога за то, что живой... Но всё, что я сейчас чувствую это страх и опасность, что брата поймают.

- Осуждаешь?

Тряхнув светлыми волосами, подходит к окну. Он у меня красивый. Кардинально отличается от Давида, словно инь и янь, потому что у Женьки мягкие черты лица, светлая кожа и русые волосы. Но знаю, что по брату тоже много девчонок сходили с ума, включая и лучшую подругу Сашу.

Отрицательно мотаю головой, чтобы не думал, что осуждаю. Какая сейчас к чёрту разница, что я думаю по этому поводу?

- Я ведь для тебя старался, Кать, - его тихий голос заставляет моё сердце до боли сжаться.

Это правда. Я