Русалочья заводь - Ольга Шерстобитова

И я тебя, Лир.

Его объятья были нежными, и я терялась от того, что он мог быть со мной таким. Мне иногда кажется, что я никогда не привыкну к тому, что он — мой.

— Привыкнешь, — шепнул Лир мне в ухо, когда я засыпала в его руках.

Утром мы позавтракали хлебом с сыром и земляникой, которую, по всей видимости, оставил леший, умылись в ручье и снова отправились в путь.

Лимфил превратился в белку и бежал впереди нас. Солнце пекло нещадно, и даже лес не давал прохлады, столь желанной и приятной для нас обоих. Плащи снять было нельзя. Лучше перестраховаться, чем кому-то позволить разглядеть у нас лица и узнать. Почему-то то, что кому-то покажется странным, что мы одеты в жару в плащи, пусть и легкие, нас с Лиром не волновало. Мало ли, что мы хотим одеть на себя. Подозрений все равно меньше будет.

Лес пах травой и листьями, спевшими ягодами, землей. Если бы мы не спешили, стараясь уйти подальше от Аридейла, я бы насладилась этим всем, но останавливаться было некогда. Лир и я переговаривались в тишине до сих пор мысленно. То, что нам пока везло идти незамеченными, могло и исчезнуть. Мы с Лиром пару раз за этот день слышали переклички магов, прятались в кустах, но потом шли дальше. Нечисть больше появляться не смогла, как мы и договаривались.

На вторую ночь, поужинав жареными грибами, которые нашел Лир неподалеку, мы решили дежурить по очереди. Я легла спать первой, лимфил белкой свернулся у груди. Лир разбудил меня только через четыре часа. Вернее, не разбудил. Я сама проснулась и уговорила его поспать. Ему нужны силы, мало ли что случится.

На рассвете я подумала об Аране, и пока Лир варил похлебку, вытащила зеркало и позвала друга.

— Ари, — обрадовался эльф, и через минуту я увидела рядом с ним Даринель, Сирина и Силадерь.

Лир поставил котелок на огонь и подошел.

— Как вы? — спросил он их.

— Все хорошо, а вы? — спросил Сирин.

Скучаем без вас.

— Ари говорит, что скучает, — улыбнулся Лир. — Без вас.

— Мы без нее тоже, — хмыкнула Даринель.

— Кстати, с пальм постоянно падают кокосовые орехи, — сказал Сирин. — И вчера заходил Глин, интересовался, как все прошло.

Мы поболтали еще минут десять, а потом распрощались. От этого разговора на душе стало легко и спокойно, поэтому, когда мы позавтракали, то я уверенно пошла за Лиром, веря в то, что с нами ничего не случится.

Так и побежали наши дни. Душистый лес, жаркое солнце, Лир, мысленно рассказывающий мне истории и иногда — признания в любви, его ненасытные руки и губы по вечерам, когда солнце исчезало за лесом, разговор через зеркало каждое утро и бесконечная дорога, которая тянулась и тянулось.

Нет, не тракт. Незаметные тропинки и перепутья, опушки леса с густой травой и яркими бабочками, которые очень нравились лимфилу, тонкие стволы березок, переходящие в сосновый лес, где было столько земляничников, что мы могли не готовить еду вообще. И время бежало и бежало. Размеренно как-то. Спокойно. Тревога ушла, потому что мы уходили все дальше от столицы Ларейи, и были на полпути к границе.

А еще Лир не отходил от меня ни на шаг. Это иногда напрягало, но он был непреклонен. Не отпущу одну даже умываться — и все тут. Я ворчала про себя, но после того, как случайно наткнулась у ручья на медведицу с медвежонком, и не смогла даже закричать, а Лир прибежал через пять минут, учуяв мою панику, перестала сопротивляться. Он ведь прав.

Когда прошло уже полмесяца, однажды утром, я неожиданно почувствовала себя плохо. Резко закружилась голова, перед глазами поплыли пятна. Я очнулась в воде. Лир, тяжело дыша, сидел рядом в ручье.

— Ты так меня напугала. Снова, Ари.

Мы всего лишь забыли, что я — русалка. Не было магии — не хотелось вспоминать о своей сущности. Тем более, мы все равно были настороже. Вот появятся сейчас стражники, и что тогда делать? У меня тут хвост, между прочим. Ползти смогу лишь.

— Поплавай немного хотя бы, — сказал Лир обреченно, подумав явно о том же. — Я покараулю.

Это немного закончилось тем, что я плавала в ручье почти двое суток, а Лир делал вид, что не паникует. Потом всю ночь он спал, а я — дежурила и разговаривала с Араном, который там «с ума сходил от беспокойства, потому что одна сумасшедшая русалка не выходила на связь почти трое суток». Он так разошелся, что обещал меня лично отшлепать, если такое повторится.

А я что — прав ведь. Да и голоса то все равно нет, чтобы ответить, только и могу, что записочки на бумаге писать и показывать в зеркало.

Утром мы с Лиром снова отправились в путь.

— Ари, о чем ты думаешь? — спросил он, когда я споткнулась в очередной раз.

Ведь знает о чем. Об Аране, Даринель, Эрангитиле Светлооком и…своем отце. Он ведь отправился к оркам. Найти бы его. Вот расправлюсь со всем этим, и отправлюсь на его поиски.

— Одну не отпущу, — сказал Лир спокойно.

Кто бы сомневался. Значит, вместе отправимся. Проживут же без него немного люди в королевстве. Раньше же жили. Он же не король в конце-концов.

— Как только я женюсь, буду им.

Вот тебе и раз. Неожиданно.

— Через год буду, коронация чуть позже обычно, можешь не торопиться с выбором короны, — хмыкнул Лир.

Я в очередной раз споткнулась, и если бы Лир не подхватил меня, врезалась бы носом в землю, как крот.

— Ари, хватит нервничать. Ну, будешь ты королевой. Ничего страшного, поверь мне.

Это ему ничего, а мне еще очень даже чего. У дяди я вообще ничего не делала, там была свобода.

— Прости. Я предупреждал, что со мной будет непросто, — сказал Лир очень тихо.

Я заглянула в его уставшие глаза, хмыкнула. Уж я то с одним темным магом справлюсь, а вот он справиться ли с одной вредной русалкой?

Лир улыбнулся в ответ моим мыслям.

— Главное, что мы есть друг у друга, что мы вместе, что мы любим друг друга, а остальное — ерунда. Справимся, поверь мне. Лишь ты была бы у меня, а я — у тебя. Рядом, Ари.

И столько тепла и любви было в этих простых словах, что я обняла его и выкинула все плохие мысли из головы.

Конечно, справимся. Вот разберемся с Советом магов, отыщем отца Арана (в том, что искать его придется именно нам с Лиром, я почему-то совсем не сомневалась), отыщем и моего отца, если он был. Спрошу у эльфов обязательно про него. Вдруг кто-то что-то знает. Мало ли.

А потом неожиданно вечером мы оказались у подножья Северных гор. Просто вышли из леса, и перед нами распростерлась долина, а на ней — громадой засияли горы. Даже меня впечатлила их красота, а Лир только улыбнулся, когда я стала передавать ему свой восторг. Целая цепь. И как же нам перебраться-то через них?

— Есть перевал, Ари.