Русалочья заводь - Ольга Шерстобитова

— Мы будем связываться с Араном каждый вечер, Ариадна может звать его мысленно, он услышит, — сказал Лир спокойно. — Отправимся завтра, на рассвете.

Все опять дружно кивнули.

— Ариадна, — позвала меня Алона обеспокоенным голосом. — Ты должна понять, что если вы выпьете зелье, вам нужно все равно быть очень осторожными. Зелье на месяц лишит вам магии, — сказала королева.

— Даже так, — сказал Лир спокойно, не удивляясь, тогда как мое беспокойство возрастало.

— Да, — ответила русалка.

— Мы можем изменить внешность на всякий случай перед тем, как пить зелье, — сказал Лир.

— Хорошая идея, — кивнул Сирин.

— Да, только, когда вы выпьете зелье, то магия перестанет действовать, поэтому смысла нет, — ответил дядя.

Я не смогу слышать Лира, а он меня? Не смогу стать русалкой? Нам нужно брать еду?

Лир посмотрел на меня.

— О чем она спрашивает? — спросил дядя спокойно.

— Мы сможем слышать друг друга? — спросил Лир.

— Да, разумеется, — ответил Агрий. — Эта связь неразрывна.

Маг облегченно вздохнул.

— А русалкой она сможет стать? — спросил Лир.

— Да, поэтому избегайте воды, но плавать ей надо, — сказал спокойно дядя.

Ну, что же, возьму костюм, что подарила нечисть. Так безопасно будет наверняка.

Лир снова кивнул, погруженный в свои мысли.

— Вы можете взять сумку с едой и одеждой, — сказал Аран спокойно, доедая последнюю ягоду клубники, что лежала на тарелке, словно читая мои мысли.

— На нее тоже магия не будет действовать, — сказал дядя.

— Значит, остается магия зеркала, внутренняя связь и русалочий хвост, — сказал Глин. — И лимфил, куда же она без него.

Я кивнула, наблюдая, как рыжая белка гоняется за своим хвостом на другом берегу озера.

— А зеркало точно сработает? — спросил обеспокоенный Аран.

— Несомненно, — улыбнулась Алона. — Это же ваша родственная связь. Мы тоже почувствуем, если с Ари случиться беда, — сказала королева, улыбаясь.

— Другой вопрос, как нам искать владыку эльфов? — спросил Лир, и я, наконец, поняла, почему он был задумчив.

— Это второстепенная задача, — сказал Аран спокойно. — Сначала доберитесь.

— Нет, — сказал Лир. — Нам нужна его поддержка. И он — наш друг.

Вот за это я его люблю.

Я тебя тоже люблю, Ари.

— А в книге заклинаний…, - начал, было, Глин.

— Нет, ничего нет, — сказал Лир. — Тир смотрел.

Все задумались, повисла тишина.

— Можно попросить предсказание у морской ведьмы, — сказала Алона.

— Она сможет помочь? — спросил удивленно Аран и Лир хором.

— Да. Она же дала нам предсказание насчет Ариадны, — ответил Агрий.

— До рассвета успеем? — спросила Аран.

— Да, — ответили хором Глин, Агрий и Алона.

— Если Эран попал в беду, то мы должны ему помочь, — сказал твердо Лир.

Как интересно. Он на короткой ноге с эльфийским королем.

Владыкой, Ари.

Есть разница?

Да. Эльфы — свободолюбивый народ. Звание — король подразумевает ущемление этой свободы. И мой брат женат на его дочери, если что так.

Хммм… А у русалов — король… Надо будет дядю спросить, мы же тоже свободолюбивые.

Вы — гордые. Чересчур. И справедливые. Чересчур. А звание — король, у вас скорее всего просто для виду, скажем так. Оно не в том смысле используется, что у нас. Эран — владыка.

Я замолчала. А что тут скажешь?

Он — мой друг. Он — отец Арана. Он — очень сильный светлый маг, способный противостоять Совету.

Зачем он мне все это говорит? Я же итак знаю. И просто пойду за ним, куда бы, он не пошел.

У меня есть еще одна причина найти его, Ари, — прозвучал в голове насмешливый голос Лира.

Интересно, какая?

Я хочу на тебе жениться.

Эта внезапная мысль ошарашила меня, словно холодная вода за шиворот попала. Но ведь без разрешения Совета магов…

Аран сказал, что решение Совета не будет иметь значения, потому что мы оба — королевской крови.

И когда он это с Араном успел обсудить? Наверное, когда я утром спала.

Вчера ночью, когда ты уснула, — заметил Лир.

Он что эльфа посреди ночи поднял, чтобы обсудить нашу женитьбу?

Он не особо обрадовался, но поговорить мы смогли, пока Даринель его пропажу не обнаружила и не запаниковала.

Ну, дают…

Тогда ведь и Кассиандр может…

Нет, — голос Лира был напряжен. — За ним следят, он не наделен достаточной властью и…

И ты ревнуешь. Безосновательно, но ревнуешь, Лир. Все ясно. Эрангитиль Светлоокий, так Эрангитиль Светлоокий. Мы можем и подождать.

Лир неожиданно развернул меня к себе и страстно поцеловал в губы. Хорошая благодарность за понимание, ничего не скажешь.

— Может, проводите нас, наконец? — спросил Глин, ухмыляясь.

Мы с Лиром оглянулись и заметили, что все остальные тоже смотрят на нас и прячут улыбки. Надо же у русалов хвосты даже высохли. Мы что так долго разговаривали мысленно, не замечая никого вокруг?

Я смутилась, поняв, что догадка верна, увидев кивок Арана.

— Пошли, — сказал Лир, невозмутимо поднимаясь с травы, и протягивая мне руку.

Алона и Агрий ничего не сказали, только усмехнулись.

— Ты бы видела их влюбленными, — сказал Глин совсем тихо, чтобы правители, которые шли впереди, нас не услышали. — Мне рассказывали, что иногда советники их по трое суток ждали на заседаниях, они вообще про время забывали.

— Мы тоже далеко пойдем, — сказал Лир, улыбаясь.

— Не сомневаюсь, — хмыкнул русал.

Я зашла в море вместе с русалами, проплыла с ними немного, щурясь от жаркого летнего солнца.

— Ариадна, — сказал дядя, когда я по очереди их всех обнимала на прощание, — мы встретимся, если получится на рассвете, когда принесем предсказание, но если нет, то знай, что у тебя в Серебряном городе есть семья, которая тебя любит.

В глазах защипало от слез. Я снова обняла дядю.

— И еще, — помялась королева. — Мы тебе не говорили, но, если возникнет опасность, ты можешь нырнуть в любой водоем, а потом телепортироваться в Серебряный город к нам.

— В любой, Ариадна, — сказал Глин. — И зови нас… мы придем.

— Всегда придем, — добавил дядя.

Я поцеловала его в щеку.

— Лиру об этом разговоре знать необязательно. Знаю, что ты его не бросишь, но не говори ему. Иначе, когда возникнет опасность, он заставит тебя телепортировать, а ты даже не заметишь, как согласишься на такой шаг, — сказала Алона, улыбаясь и ставя ментальный блок на этот кусок памяти в моей голове.

Дядя вздохнул. Понятно, однажды он так со своей русалкой и поступил.

Я еще раз их обняла и, они уплыли.