Русалочья заводь - Ольга Шерстобитова

— Пять, — сказал Лир нейтральным голосом.

И кустов тут никаких нет.

— Нет, — усмехнулся Лир. — Лучше поешь, я попрошу принести.

И я поела, но от мыслей избавиться не смогла, особенно, когда у Лира потемнели глаза. Так мы и легли с ним спать.

— Перестань так громко думать, — сказал Лир, спустя пару часов до рассвета.

Заснуть мы с ним так и не смогли, а терпение он потерял. Я хмыкнула и из вредности послала ему картинку, когда мы были вдвоем на песке, усыпанном розами. Лир застонал, а потом решил мне отомстить. Открыл для меня свои мысли и красочно, не стесняясь выражений и образов, расписал мне, что он со мной сделает, когда мы завтра к вечеру окажемся у гномов в чертогах.

Утром мы снова поели, и вместе с отрядом отправились дальше. Подъем снова петлял, и то поднимался на высоту, то нырял вниз. Редкие клочки травы, пробирались сквозь камень, а так — вокруг только горы да небо. Даже деревьев не было. Солнце, правда, пекло, но в горах было ощутимо холоднее, и воздух был другим. Свежее, что ли. А потом, когда мы оказались на макушке одной из гор, перед нами открылась поляна, усеяная белоснежными цветами, похожими на звезды. Целое огромное белое море под синим небом.

— Эдельвейсы, — сказал Лир тихо мне на ухо.

А потом развернулся и страстно впился в мои губы на глазах у всех гномов. И сил оторваться у нас друг от друга не было. Это было нечто. Словно я пила воду, после нескольких дней пустыни, и не могла напиться. Лир остановился первым, тяжело дыша, и судорожно сглотнул. Серебро в его глазах расплывалось. Я вообще ничего не видела, кроме этих глаз.

Лир притянул меня к себе и обнял. Крепко-крепко, так, что я почувствовала, как в ответ моему бешено колотящемуся сердцу, колотиться его. А когда открыла глаза, смогла наблюдать веселые выражения лиц гномов. И сразу захотелось провалиться сквозь землю. Они ведь не дураки, понимают все.

— К вечеру мы будем в гномьем городе, леди Ариадна, принц Лирантанель, — сказал спокойно Грем, улыбаясь.

Лир кивнул.

— Спасибо. Мы просто немного увлеклись, — небрежно сказал Лир, улыбаясь в ответ.

— И эдельвейсы усиливают влечение влюбленных друг к другу, — улыбнулся начальник гномов. — Немного усиливают. Магия любви…

Да уж, немного. Совсем чуть-чуть и мы бы в эдельвейсах лежали, чувствуя, как повсюду плывет аромат этих волшебных цветов. Картинка Лира и меня среди цветов была настолько яркой, что у Лира заскрипели зубы от невозможного.

Обедали мы на поляне среди цветов. Но, ни один гном эдельвейс на сорвал. Красоту они явно умели ценить и беречь, а лимфил порхал бабочкой с цветка на цветок, явно находясь в восторге, судя по его эмоциям.

На обед было снова жареное мясо, но уже без картошки, а потом гномы откуда-то принесли мне яблок, и я с удовольствием грызла их всю дорогу, пока мы не спустились внутрь горы.

Туннель, где мы шли, тоже вился и петлял, а темноту разгоняли горящие факелы. Камень, один камень кругом, прохладный воздух, огни факелов, топот ног, голоса гномов и ничего больше в течение нескольких часов, а потом перед нами, словно из ниоткуда появился город. Прямо внутри горы!

И там было все — каменные мосты, мраморные и малахитовые фонтаны, мощеные улочки из какого-то твердого, черного камня, прямые стройные дома, и даже росли цветы — розы. Наверняка, магия. Иначе никак. Город был удивительный, красивый. Я в жизни ничего подобного не видела.

Гномы и гномихи, завидев отряд, бросали свою работу, приветливо махали руками, а завидев, Лира и меня, низко кланялись.

Во дворец нас пустили беспрепятственно. Мы прошли вместе с начальником отряда через несколько залов, пока не оказались в большой просторной зале, с красивыми арками из малахита и золота.

— Приветствую вас, король гномов, Тадеуш Великий, — сказал Лир, останавливаясь возле трона, на котором сидел гном.

Все гномы, что находись в зале, замерли и оглянулись.

Пожалуй, только по одежде, король гномов отличался от остальных. Она у него была богатая, из темно-зеленой парчи и атласа. Корона на голове была золотая, украшенная рубинами и алмазами. Искусная, красивая, уникальная. Глаза гнома были темными, почти черными, волосы — тоже, но короче, чем борода, заплетенная в несколько тонких косичек.

— Принц Лирантанель? — спросил король удивленно, вставая с трона, и пожимая Лиру руку. — Это ваша дайари? — спросил он, указывая на меня.

— Да.

— Как вы смогли уйти от Совета? — спросил король прямо.

— Зелье, лишающее магии на месяц, — ответил Лир.

Другие гномы, которые находились в зале, зашептались.

— Оставьте нас наедине, — сказал Тадеуш Великий.

И я поняла, почему именно он — король. Голос у него королевский. А уж город…

Лир улыбнулся.

Король вопросительно посмотрел на него.

— Ари восхищена вашим городом, вашим народом и вами, — сказал Лир, обнимая меня за плечи.

Я улыбнулась и потупилась. Никогда не видела, как Лир общается так официально с другими людьми.

Официально, потому что мы не одни. А так — мы друзья.

Зал опустел.

— Почему же она сама мне этого не скажет? Не стоит меня бояться, я не страшный, — сказал Тадеуш, улыбаясь, и поглаживая моего лимфила, который неожиданно оказался у него в руках.

Ну, защитничек у меня. Ко всем на руки лезет. Хотя, он просто зла не чует.

— Она потеряла голос, для того, чтобы спасти мне жизнь. Когда я ей его верну, то она подарит тебе песню, обещаю, — сказал Лир твердо.

Видимо, это был уникальный подарок, потому что король гномов опять улыбнулся.

— Расскажите, что случилось? — спросил Тадеуш, показывая на кресла возле столика. — Мой отряд в поисках вас несколько дней уже бродит вблизи границы. Магически она, конечно, защищена, Совету магов не пробраться, но от них приходили послы, с предложением предать тебя, — хмыкнул он довольно. — Надеюсь, ты не в обиде, что мои воины вас в штыки вначале встретили.

— Нет, что ты. И спасибо, что встретили, раз в нас магии ноль, то не знаю, как бы мы защиту смогли пройти сами, — ответил Лир.

— Ну так расскажешь мне все? — спросил король.

Лир кивнул. Мы только сели, а слуги уже тут же принесли еду.

— Угощайтесь. Вы, наверное, устали с дороги, я прикажу приготовить покои для вас. Останетесь на праздник света? — спросил гном.

— Да, но только на один бал, Тадеуш, иначе будет поздно для нас всех.

Король гномов кивнул, а потом я стала, есть то, что было на столе, а Лир — рассказывать. Тадеуш изредка задавал вопросы, уточняя, Лир отвечал, а я — ела и старалась не уснуть прямо тут. Ужин уже подошел к концу, когда я вдруг почувствовала, что снова кружиться голова.