Искушение для ректора - Наталья Гордеевская

пересел ко мне на диван и приподнял пальцами мой подбородок. Я зажмурилась, но из глаз все равно потекли слезы.

- Ну же, крошка Лили, - ласково произнес он. – Все закончилось. Кевин тебя больше не тронет.

Я взглянула в его глаза и почти утонула в их серебре. Где-то глубоко в них вспыхивали искры, гипнотизируя и очаровывая своим танцем.

С трудом отвернувшись, я горько усмехнулась:

- А вы? Вы разве не представляете для меня такой же угрозы, как и он?

Глава 31

Ректор в ярости отпрянул от меня, словно я его ударила. Он вскочил и заходил по комнате, время от времени взъерошивая волосы и сжимая кулаки. Наконец остановился и гневно отчеканил:

- Не смей меня даже сравнивать с этим куском дерьма! Он пытался взять тебя силой! А что тебе сделал я? Спас от этого мерзавца? Может, не стоило и вмешиваться? Может, ты этого и хотела?

- Что вы мне сделали? – с удивлением переспросила я. Его вопрос прозвучал так обескураживающе, что даже слезы высохли. – Вы меня купили, вот что вы сделали! Купили, как лошадь! Никто не спросил моего мнения! Ни Кевин, ни вы!

Я понимала, что меня начинает заносить с обвинениями, но остановиться уже было невозможно. Ректор смотрел на меня внимательно, лицо ничего не выражало, словно я была пустое место, лишь глаза его стали темными, как ночь.

- Из-за вас я сбежала из дома! Лишилась всего! И мне настолько не повезло, что прибежала я в ваше воронье логово!

Меня охватило странное возбуждение, я вскочила с дивана, не обращая внимания на то, что разорванный ворот платья разошелся, открывая верхнюю часть груди.

Я с азартом вываливала на ректора все накопившиеся обиды, подходя к нему ближе:

- И вы мне даже не удосужились сообщить, что вы и есть Ворон! Еще и хватало совести запугивать меня им! То есть собой! Обманули меня! Заперли! Вы… вы жуткий!

Голову приятно кружило от собственной смелости и того, что я с наслаждением высказывала то, что раньше боялась говорить вслух.

- Это все? – вкрадчиво произнес ректор и его глаза опасно вспыхнули. – Тогда я добавлю кое-что, если ты не против. Я настолько ужасный, что заплатил все долги твоей семьи, а они немалые! Настолько страшный, что захотел дать тебе ту жизнь, о которой ты и мечтать не могла! Настолько отвратительный, что когда я смотрел на тебя в первый день в академии, напуганную и заплаканную, у меня язык не повернулся добить тебя тем, что я и есть Ворон!

Я поняла, что подошла к нему слишком близко и стала отступать назад. Адреналин все еще бурлил в крови, но вместо привычного страха внутри зародилось нетерпение, будто настал тот момент, который решит все проблемы в моей жизни.

- А еще я настолько подлый, что подыграл тебе и взял на работу, хотя был в праве заставить тебя готовиться к свадьбе. Но я хотел дать тебе возможность перевести дух и успокоиться. Настолько мерзкий, что выслушивал каждый день, как ты боишься Ворона, хотя и пальцем тебя не тронул ни как ректор, ни как Ворон!

Я молчала, понимая, что мне нечего возразить. Я и правда боялась Ворона из-за слухов и сплетен, которые он, кстати, вовсе не торопился опровергать.

- Настолько гнусный, что разрешил позвонить этому Кевину, слушая, как ты ласково с ним говоришь, а этот идиот был даже не в состоянии этого оценить.

Он подошел ко мне настолько близко, что жар его тела окутал меня теплом. В горле пересохло от предвкушения чего-то неясного, а разум затуманился.

Я выставила руку вперед, чтобы удержать его, но это, разумеется, не сработало.

Он взял мою ладонь и прижал к своей груди напротив сердца. Я ощущала под пальцами его ритмичное биение, и необычная нега пролилась по телу.

- А еще я настолько кошмарный, что не позволил Кевину обидеть тебя. А сам все время, пока ты была в академии, не разрешал себе перейти черту, скручивая все чувства в узел, хотя я едва мог усмирить свое желание прикоснуться к тебе! Я ничего не упустил в перечне своих недостатков? – закончил он хрипло.

- Я… я не знаю, - слабо проговорила я.

Он поглаживал мои пальцы легкими касаниями, посылая по коже ворох мурашек.

Я была в каком-то сладком дурмане, из которого совершенно не хотелось выбираться. Только где-то на задворках сознания робкий голос разума пытался пробудить во мне инстинкт самосохранения.

- Так если я такой монстр, каким ты меня считаешь, может, пусть это будет хотя бы заслуженно?

Его рука скользнула мне за спину, и он властно прижал меня к себе.

– Вы обещали мне ничего не делать, помните? – торопливо прошептала я.

- Неверно, Лили. Я обещал не покушаться на твою невинность, - напомнил он, откидывая прядь волос с моего лба. – Но я не обещал, что не буду тебя целовать.

Глава 32

Он отпустил мою руку и прижал к себе еще теснее.

- Не… надо, - испуганно прошептала я, упираясь в его плечи, но было поздно.

Его обжигающий взгляд упал на мои губы и через секунду ректор смял их жадным требовательным грубым поцелуем, вынуждая раскрыться под неумолимой давящей силой.

Я протестующе запищала и заколотила кулаками по его плечам в попытке освободиться. Но несмотря на то, что его стальная хватка не давала мне вырваться, страха не было, лишь ласковое тепло разливалось по телу.

Его ладонь лежала на моем затылке, не давая возможности увернуться, а поцелуй все продолжался: бесконечный, лишающий воли и путающий мысли.

Неожиданно все прекратилось: он отпустил меня и шагнул назад, тяжело дыша. Ректор смотрел на меня холодно, чуть прищурившись, словно ожидая моей реакции.

Рука непроизвольно взметнулась в попытке залепить ему пощечину, но он успел ее перехватить.

- А вот это уже лишнее, крошка Лили, - высокомерно процедил он сквозь зубы.

- Как вы посмели? – возмущенно закричала я. – Вы же обещали!

- Я сдержал свое обещание, - его тон был ледяным. – Тебе не в чем меня упрекнуть.

Он стремительно развернулся, схватил