Газета "Своими Именами" №51 от 17.12.2013 - Газета "Своими Именами" (запрещенная Дуэль)

Для дипломата лучшей характеристики и быть не могло! Недолго подумав, императрица приняла совершенно неожиданное для царского двора решение: Кутузов был назначен чрезвычайным и полномочным послом в столицу враждебной Турции.

С самого начала новоиспеченный посол стал действовать не так, как было до тех пор принято. Вместо того чтобы быстро приехать на перекладных в Стамбул, он добирался туда... три месяца. Ехал он в роскошной карете, часто останавливался, закатывал пиры. Турки только ухмылялись: с таким-то послом совладать будет проще простого. Знали бы султан и его великий визирь, как жестоко они ошибаются. Ведь большая часть свиты Кутузова состояла из неприметно одетых офицеров вновь создававшегося военно-топографического бюро, которые делали подробнейшие планы местности. Еще более неприметными были люди «смышленые и к дознанию благополезные», которые под видом купцов, художников или артистов шныряли по городам и селам, добывая компромат на влиятельных вельмож и даже на волооких красавиц из гарема.

Прибыв наконец-то в Стамбул, Кутузов быстро покорил буквально всех. И министры, и великий визирь, и даже султан Селим Третий постарались быстро забыть о том, что именно Кутузов и его люди пролили реки турецкой крови. Все они теперь спешили стать закадычными друзьями русского посла. Используя где деньги, где компромат, где личное обаяние, Кутузов довольно быстро выполнил все поручения императрицы: французы получили строгий приказ покинуть Стамбул, враждебно настроенный по отношению к России молдавский господарь Мурузи был смещен, безопасное плавание русских купеческих кораблей было гарантировано.

Без преувеличения можно сказать, что Кутузов буквально купался во всякого рода интригах, каверзах и приключениях - и все они были на пользу делу, во благо и славу России. Со временем он стал столь популярен, что его дипломатических подвохов стали опасаться в Париже, Лондоне и Вене. А сам Кутузов так вошел во вкус, что как-то написал жене: «Дипломатическая карьера сколь ни плутовата, но ежели ее делать как надобно, не столь мудрена, как военная...». Правда, не знал тогда Кутузов о том, что главные его подвиги - как военные, так и дипломатические - еще впереди. Шли 90-е годы XVIII столетия, Европа бурлила, с невиданной скоростью набирал силы Наполеон, взбунтовалась Польша, а Кутузов купался в неге и роскоши Востока. Так бы оно, наверное, было бы и дальше, если бы императрица не знала, что никто кроме ее любимого генерала не сможет унять разгулявшегося Костюшко. В результате Кутузов сменил полюбившийся ему дипломатический фрак на военный мундир и отправился усмирять восставших поляков. По своей давней привычке он не стал давать им генерального сражения, а неожиданно зашел в тыл. Поняв, что попал в русскую ловушку, Костюшко сдался в плен, а тысячи русских солдат и польских повстанцев остались живы.

В 1802 году, сославшись на нездоровье, Кутузов попросился в отставку. Не думал он тогда и не гадал, что отставка будет недолгой. Как оказалось, России без него было не обойтись. Через три года Михаила Илларионовича назначают командующим армией и отправляют на борьбу с Наполеоном. Начало этой борьбы было неудачным: после проигранного Аустерлицкого сражения Александр I отстранил Кутузова от командования и назначил военным губернатором Киева.

Между тем Наполеон покорял одну европейскую державу за другой и катастрофически быстро приближался к границам России. В Петербурге уже понимали, что открытого столкновения с Францией не избежать, что на счету каждая пушка, каждый солдат, а тут, как на беду, русские войска были втянуты в очередной конфликт с Турцией. Войну на два фронта было не выдержать. Но как, не потеряв лица, замириться с турками? Тогда-то и вспомнили о «старой лисе», как назвал несколько позже Кутузова Наполеон. Кутузов отправился из своего имения командовать Молдавской армией. Но действовал он на первый взгляд более чем странно: всячески поощрял распространение слухов о слабости вверенного ему войска, а также о своем нездоровьи и чуть ли не о старческом маразме. Турки, которых было раза в три больше, только посмеивались. Мол, зубы у старого тигра уже не те, ему бы сидеть в своем имении на манной каше, а не охотиться на зубров и косуль. Их активно поддерживали французы, которые предлагали султану заключить военный союз против России.

Эта угроза была отнюдь не гипотетической, и тогда Кутузов решил, что называется, «показать зубы». В июне 1811 года он блистательно разгромил передовые отряды турецкой армии, но, когда в бегство ударились и основные силы, Кутузов их преследовать не стал и даже приказал оставить уже захваченную крепость Рущук. Многие сочли этот шаг большим просчетом Кутузова, свое недовольство выразил даже Александр I, но старый хитрец Кутузов затеял такую многоходовую комбинацию, что до ее завершения никто ничего понять так и не смог. А Кутузов в результате добился того, что турки разделили свою армию на две части и, считая, что под Рущуком Кутузов слаб, переправились на левый берег Дуная, где попались в западню и были наголову разбиты. Затем была окружена и уничтожена вторая часть турецкого войска.

Великий визирь Ахмет-паша, бросив своих солдат, бежал, но Кутузов его преследовать не стал. Больше того, он не спешил с пленением окруженной турецкой армии и даже взял на себя заботу о снабжении ее продовольствием. Этих действий Кутузова никто не понимал. Как полководец, он просто должен был воспользоваться плодами победы и пленить ненавистных турок. Но Кутузов действовал в первую очередь не как удачный военачальник, а как дальновидный дипломат. Он прекрасно понимал, что позор поражения, а потом и пленения тяжким бременем ляжет на нацию как таковую и дискредитирует Ахмет-пашу, который стал сторонником быстрейшего заключения мира с Россией.

И Кутузов вновь оказался прав. В октябре 1811 года было заключено перемирие, а вскоре начались и мирные переговоры. Проходили они довольно сложно, в них то и дело вмешивались французы, которые обещали Турции всеобъемлющую помощь, если она пойдет на Москву. Подливали масла в этот огонь и англичане. Но Кутузов, у которого были свои информаторы еще с тех времен, когда он был послом в Стамбуле, прекрасно знал об этих каверзах и тут же запустил такую дезинформацию, что за голову схватились и турки, и французы. В Бухаресте, где шли мирные переговоры, а потом и в Стамбуле поползли слухи о том, что Наполеон предлагает России заключить союз против Турции, изгнать всех турок из Стамбула, а проливы поставить под совместный франко-русский контроль.

И турки сломались! 16 мая 1812 года они подписали мирный договор на благоприятных для России условиях. Для Наполеона это стало полной неожиданностью. Он пришел в неописуемую ярость и обвинил своего министра иностранных дел в бездарности и неспособности эффективно защищать интересы своей страны. А несколько позже Наполеон признался, что, узнав о договоре, заключенном между Россией и Турцией, он должен был отказаться от похода на Россию. К сожалению, это прозрение пришло после бесславного похода на Москву, а тогда, в июне 1812 года, Наполеон двинул свои завоевательские полчища в Россию. Но встретили их не только две Западные армии, но и 50-тысячная Молдавская армия, которая ушла с турецких границ и влилась в противостоявшие французам русские войска.

Что было дальше - хорошо известно: Бородино, Тарутино, Смоленск, Березина, форсирование Немана, а потом и Одера. И всюду «этот Бонапарт, этот бич человечества», как называл Наполеона Кутузов, бежал от него «как дитя от школьного учителя». А Кутузов, вспоминая сказанные Суворовым о нем слова, любил приговаривать: «Наполеон? Разбить он меня может. Но обмануть - никогда!»

Борис СОПЕЛЬНЯК, N31, 2002