Та, кто сгорает изнутри (СИ) - Нора Кая

Зря Арчел полагал, будто вид Анны приободрит его племянницу. Приравнивание маршала к человеку больше походило на оскорбление, как ни печально это признавать. Хотя, может, дело было и не в расе, а в личности Анны. Арчел относился к ученице, исходя из собственных представлений о ней, не акцентируя внимание на человеческом происхождении. Уникальное качество, несомненно являющееся одной из причин, почему обучать пилотированию группу, состоящую из разных рас, поручили именно ему.

Дать обещание встретиться с девочкой — опрометчивый поступок. Анна не способна понять её боль. Хотя о положительном результате не шло речи, Арчел вообще не просил о чём-то конкретном. Но если всё кончится плохо, наставник изменит мнение насчёт человека? Анне не хотелось его разочаровывать. Столько холодных взглядов приветствовали её изо дня в день. Только пилотирование посещала с удовольствием, пусть причиной являлся и не сам предмет. Потому, даже не зная с чем столкнётся, набралась решимости как следует постараться.

После занятий Анна направилась сразу к себе. Села за стол и активировала ПК. В воздухе зависла голограмма чёрного пухлого кота по кличке Мао. Толстую шею обхватывал ошейник с колокольчиком. Визуализация ВИ в виде домашнего животного, загруженная владелицей ― давний подарок на один из её дней рождения.

― Выйти в сеть, ― скомандовала Анна. ― Найти информацию о бескрылых маршалах.

Кот сделал один оборот и вызвал стопки голоэкранов с изображениями, текстами, аудио, полными информации на озвученный запрос. После Мао тяжело плюхнулся на задницу и принялся умываться. Если бы не мультяшный дизайн, то был бы точь-в-точь настоящий зверь.

― Что изучаем? ― поинтересовался возникший за спиной подруги Сет.

― Завтра мне нужно впечатлить одну маршал, девочку, рождённую без крыльев, доказав, что быть отличной от других не так уж и плохо.

― И как же ты на такое согласилась?

― Помнишь, прошлой ночью я свалилась с кровати? Наверное, это повлияло, ― отшутилась Анна, чтобы не вдаваться в подробности, которые вряд ли будут поняты догом.

Смерив подругу долгим взглядом, Сет положил лапу ей на колено, отвлекая от прочтения статей.

― Что такое?

― На Аркане когда-то водились драконы. Так называли маршалов с тёмной кожей и кожистыми как у летучих мышей крыльями. Драконы обитали в жерлах вулканов. Согласно мифологии Аркана, эти альворати пыхали огнём и имели светящиеся пламенем глаза. Однако после остывания последнего из вулканов планеты драконы исчезли, оставшись лишь частью бессмертных легенд.

Сосредоточенная Анна внимала с полуоткрытым ртом, затем потрепала довольного собой друга за ухом:

― Ты гений, ― теперь она точно знала, что следовало сделать.

Следующий день ознаменовался прибытием на Ни Мория экскурсионных групп с детьми. В сопровождении наставников они бродили по округе, восхищаясь увиденным и задавая наводящие вопросы. Предвкушали посещение КА не в качестве гостей, а гордых учащихся.

Анне довелось стать свидетельницей того, как несколько маленьких принсов бросились присягать Ривалю, с жаром произнося высокопарные речи. Наследный Жрец раздавал улыбки, щедро отвечая кивками на потоки слов. Оставив странное и немного уморительное зрелище позади, землянка направилась к консульствам. Там они договорились встретиться с Арчелом.

Многие ребята без стеснения тыкали в Анну пальцем, громко отмечая её человеческое происхождение. Она ощутила себя диковинной зверушкой в вольере. И пару раз, не сдержавшись, показала любопытным высунутый язык. С громким «фу» те убегали или отворачивались, добавляя деловито:

― Люди мерзкие и невоспитанные. Вот почему их называют дикарями.

С малых лет эти альворати ведали о своём высоком положении во вселенной.

Приближаясь к месту, Анна различила две фигуры у основания самого высокого из фонтанов. Вторая, значительно меньше первой, прижимала к груди пухлую сумку, озадаченно оглядываясь по сторонам. Арчел, заметивший ученицу, махнул ей.

― Привет, ― поздоровалась Анна, останавливаясь перед маршалами.

Юная античная богиня на вид лет двенадцати, по земному представлению, посмотрела на человека. Волосы цвета горелой карамели, как у дяди, только сильно кудрявые. Зажатость в движениях, насторожённость во взгляде.

― Сарая, познакомься, это Анна Восход, ― представил наставник. ― Она с Земли, ― обратился к Анне. ― У Сараи сейчас личное время, когда каждая может сама погулять по Космической Академии, никто вам не помешает. А мне пора на занятия.

Он погладил племянницу по волосам перед уходом и взлетел, быстро исчезнув вдали.

― Удобно, когда не нужно пользоваться этими тарелками, ― заметила Анна, чтобы немного разрядить обстановку. ― Что ты хочешь посетить, Сарая?

― Оранжерею. Мне нравятся цветы, а говорят, что там собраны виды растений со всей вселенной.

― Не совсем так. Ведь там нет растений с Земли.

От консульств до сада было недалеко. Маршал оказалась почти одного роста с человеком. Сарая не заговаривала с Анной и не глядела в сторону сопровождающей. До того момента, когда они миновали витиеватые, литые из чёрного металла широко распахнутые ворота. Запах цветов наполнил ноздри, воздух был пропитан влагой.

― Не понимаю, почему дядя Арчел хотел, чтобы мы встретились, ― сердито пожаловалась девочка. ― Ты не похожа на маршалов и мелкая какая-то.

Не придумав, что ответить, Анна рассмеялась. Сарая подивилась чужой реакции и вздёрнула брови.

― Тебя веселит, когда кто-то оскорбляет твоё достоинство?

― Невозможно нравится всем, ― ответила собеседница непринуждённо. ― Я вижу тебя впервые в жизни и мне всё равно, что ты обо мне думаешь.

― А на моей планете бескрылые не нравятся никому. Дядя знал, что никто из группы обучения не станет со мной гулять в личное время, потому и позвал такую же парию. Другим расам не нравятся люди.

Слова Сараи сквозили обидой, хоть маршал и старалась это скрыть за напускным равнодушием. Этим напомнила Анне её саму в детские годы. Может быть, у них больше общего, чем казалось на первый взгляд.

― Наставник не хотел тебя оскорбить, позвав меня, ― проговорила землянка.

― Он сказал, что ты лучшая его ученица. Но даже если так, бескрылой никогда не превзойти маршалов в полётах, потому вы даже учитесь с ними в разных группах. Просто жалкие потуги — всё, что вы пытаетесь делать.

Произнося это, Сарая смотрела строго себе под ноги. Недавно изъявляла желание увидеть цветы, однако на самом деле растения её не интересовали. Просто отговорка, чтобы оказаться подальше от скоплений народа. Когда отличаешься, мир превращается в сцену, где все взгляды направлены на «другую». В таких условиях даже крохотная ошибка превращалась в повод для унижения и насмешек.

― Возможно ты и права, ― согласилась Анна.

Сарая самодовольно хмыкнула:

― Что ж, значит, ты всё же умнее, чем выглядишь.

Анна понимала боль чужеземной девочки. Ведь она окружила себя похожей защитой, укрывшись за ледяной стеной безразличия и цинизма.

Они достигли центра оранжереи ― широкой мощёной камнем круглой площадки со скамейками по бокам. Здесь были установлены жёрдочки со спящими на них птицами, похожими на тех, что встречались на занятиях по пилотированию. Ощутив усталость, Анна села на ближайшую скамейку.

Сарая приблизилась к пернатым, начав их разглядывать с живым любопытством. Протянула палец к ярко-жёлтой, но птица вместо того, чтобы перебраться на чужую ладонь, вспорхнула, расположившись на ветке цветущего дерева. Раздосадованная, Сарая опустилась рядом с Анной и скрестила на груди руки.

― Знаешь, ― проговорила девочка угрюмо, ― маршалы не рождаются с крыльями, хоть так и говорят обычно. Крылья начинают расти на трёхтысячный день после рождения. У кого-то быстрее, у кого-то медленнее. Это очень больно. Кровь пачкает одежду, пока крылья толком не прорежутся. И я видела рыдания родственниц и друзей, мольбы о помощи. Но, когда агония прекращалась, все ходили очень счастливые и мерились длинной перьев, сравнивали цвета. Родители и подруги, абсолютно каждый называл меня поздней пташкой. Жить ложной надеждой гораздо хуже, чем вовсе её не иметь. Но моё желание было настолько сильно, что даже мерещились боли в области лопаток, а в итоге оказывалось ― там ничего нет. Потом, когда всё стало очевидно, отношение окружающих изменилось. Они начали смотреть на меня с жалостью, даже мама с папой. И только дядя Арчел смотрел на меня так же, как и всегда. Потому, ― она повернулась к собеседнице и добавила решительно, ― не вздумай обидеть его. Иначе я тебя на клочки порву. Уж с мелкой землянкой я справлюсь.