Барон Робинзон - Самат Айдосович Сейтимбетов

дорогу к храму ниже, украшали склоны искусственного холма. Скальное основание, внутри которого Лошадкин обустроил дополнительные хранилища для всякого, вроде зерна, и бассейны - отмели для будущей принцессы русалок.

Обустроил он ей и вертикальную шахту с водой (все равно требовалось затащить воду в дворец), водяной лифт, и купальни с бассейнами, дабы принцесса могла жить с другими женами прямо во дворце и подниматься на любой этаж. Разумеется, речь здесь в первую очередь шла не о развлечениях и супружеском долге, а чтобы три народа видели: вот он дворец "посланца богов", вознесенный к небу. Пышное жилище, достойное этого самого посланца и его жен из трех народов, чтобы все видели - к ним относятся одинаково.

— Да, неплохо вышло, - отмахнулся Лошадкин, - но хвалить меня стоило бы, возведи я его сам, своими руками и с помощью местных. С большим строительным комбайном любой бы справился и не увиливай от вопроса!

— А ты стал поборником прогресса местных?

Маниш снова рассмеялся, но Лошадкин стоял и смотрел на него хмуро. Не сказать, что Михаил потерял счет дням (ведь имелась манопа и календарь, и помощники из местных), но он работал бок о бок с мордахами и хрокагами, возводил Дружбу и крепил просто дружбу среди местных. Не сказать, что вражда исчезла в момент, но теперь при встрече мордах и хрокаг не спешили вцепиться друг другу в глотки. Заводили знакомства, общались и принюхивались, торговали и выпивали, пели песни, помогали строить Дружбу, крепя союз.

Да, это была лишь малая часть двух народов, сюда шли, зная, что нужно будет дружить и ссоры запрещены "посланцами богов", но все равно - хороший знак, по мнению Лошадкина. Смогли подружиться эти, смогут и другие, лет через сто никто и не вспомнит о нынешней кровавой вражде, может даже породят новый народ, хродахов, кабанопсов, или моркагов, неважно.

Важным тут являлось то, что Лошадкин искренне не хотел навредить им.

— Ладно, ладно, барон Робинзон, - вскинул руки Гозье, словно сдавался. - Мы много беседовали с местными мастерами и вождями, и Алекс перепроверял нас и выводил общую базу. Все то, что они делают сейчас, мордахи и хрокаги знали сами. Мы лишь помогли им свести знания вместе, а также помогли встретиться мастерам из разных родов и племен, ну ты знаешь, как это бывает, когда профессионалы дополняют друг друга.

— Мгм.

— И указали на разные месторождения, которые они нашли бы и сами, только потом.

— Уголь?

— Будешь смеяться, но они о нем знали и называли горючим камнем. Насколько мы поняли из обмолвок, краглы покупают его где-то в других местах и потому их оружие выходит лучше и прочнее, и стоит намного дороже.

— А теперь мы, стало быть, сможем делать его внутри союза, дешево и много, - радостно сообразил Лошадкин.

— Пока еще рано говорить о краглах и тут есть идея, ты же просил сообщать о них?

— Так, - поджал губы Лошадкин, предчувствуя неладное.

Нечто плохое, чем придется заниматься именно ему, как главному специалисту по местным, не удастся переложить на Огара, который словно стал правой рукой Михаила. Вот у Огара явно не было проблем с отношениями, по местным меркам он был богатырь и красавец хоть куда.

— Общее войско, как тебе такая идея? - спросил Гозье.

Вскрик, звон разбившегося стекла, ругательства и проклятия, звуки затрещин и тумаков. Несколько бригад бросили свои дела, побежали смотреть, а Лошадкин только покачал головой, но влезать не стал. Оглянулся на свою "свиту" - помощников и посыльных из числа местных - и повел рукой, мол, не лезьте. Помощников ему отрядили вожди мордахов и хрокагов, и с ними дела пошли веселей и быстрей, Лошадкину даже удавалось выдерживать дистанцию с ними, не набиваясь в друзья.

— Общее войско из трех народов будет сильнее трех войск, идущих отдельно, я сам об этом думал, - признался Лошадкин. - Давай, отойдем в сторону, а то местные нервничают от нашего внимания.

— Но и работают быстрее, искренне хотят угодить, - заметил Маниш.

Они прошли в беседку, помощники почтительно расположились поодаль и где-то там мелькнули несколько женщин мордахов, готовых принести еды и напитков "посланцам", если потребуется. Лошадкин как-то пробовал придумать название их женщинам, но в голову лезли только "мордашки" и "мордачки", звучавшие не сильно лучше.

— Одна сплошная польза, - продолжал Гозье, - там, где они запирались бы перед чужаками и даже соплеменниками, нам рассказали все секреты и благодаря этому, мы смогли так быстро перейти к промышленным делам.

— Мобильность — это важно. Вместе с краглами можно будет устроить общие дороги. Одного только никак понять не могу, - задумчиво заговорил Лошадкин, - как мы с ними дружить собираемся, если придем общим войском? Войском, объединенным идеей побить краглов, я правильно понимаю?

— Да. Ламассы с ними почти не сталкивались, но готовы помочь, подняться по течению Ирцеи и достичь основной части гор, не этого отрога, что выходит в степь.

— А зачем там вообще ламассы? Топить краглов?

— Основная задача сплачивания армии — это создание общей армии, укрепление дружбы между народами, а не новые возможности по вырезанию краглов! - воскликнул Гозье, даже вскочил.

К ним с поклонами приблизился молодой хрокаг, сверкая бивнями и щетиной. Нарядные одежды, чуть ли не праздничные, кричащий красный цвет, массивный пояс с изукрашенными ножнами, словно собирался на праздник.

Приблизившись, он замер в почтительном поклоне.

— Говори, - бросил Лошадкин.

— О, могучие посланцы, меня прислал вождь Форск, дабы ни одного слова вашей мудрости не пропало бесследно!

— Поздравляю, у тебя есть секретарь, - улыбнулся Гозье. - Или ты хотел секретаршу?

— Хорошая мысль, надо будет запрячь одну из жен, чтобы не бездельничали, - пошутил в ответ Лошадкин.

— Хочешь интриг и зависти среди жен?

Лошадкин почесал в затылке, мысль оставить жен во дворце, чтобы они являли вид и не пытались выклевать ему мозг, выглядела очень соблазнительной. Молодой хрокаг в нарядных одеждах чуть не плакал, то пытаясь начать записывать, то бросая, так как он не знал языка.

— Вот что, как тебя? - обратился к нему Лошадкин.

— Пордав, из племени ханичей! - радостно и гордо отозвался тот.

— Пордав, подожди пока в сторонке, секретарь и порученец мне не помешает, - сказал ему Михаил.

Заодно можно будет побеседовать о быте хрокагов, решил он, и посмотреть все вживую. Дружбу он достроил, теперь оставалась