Искупление. Часть вторая (СИ) - Юлия Григорьева

Женщина повернулась ко мне спиной, показывая, что разговор пока окончен, но не ушла, а поманила за собой. Прикинув, чем может обернуться неповиновение, я решила последовать за ней. Такая и на плечо закинет, и утащит, куда считает нужным. Я рядом с ней, как тростинка рядом с могучим дубом.

"Медведица" заметила, словно поняв, о чем я думаю, усмехнулась и открыла дверь, через которую мы попали в более широкое помещение. Здесь стоял длинный узкий деревянный стол, две скамьи, по обе стороны от стола, стояли деревянные, обитые железом сундуки, висели на стенах шкуры. Пол сверкал чистотой, как и дорожки, которыми он был устлан. Астер хорошо заботилась о жилище своего мужа.

Женщина наблюдала за мной, должно быть, ждала, когда у меня округляться глаза. Не округлились. Тогда она достала ключи, подвешенные на железном кольце, и начала открывать сундуки. В одном обнаружилось оружие, я даже заметила клеймо одного таргарского мастера. Не удивительно. Не только альены убивали ледигьордцев, но и ледигьордцы альенов. Дикари вовсе не были беззащитными. Но вторжение чужаков в их дом, конечно, не могли воспринимать, как дружеские визиты. Не все пираты возвращались отсюда домой.

Во втором сундуке нашлись ткани, это удивило. Пока я не встречала здесь ни шелка, ни парчи, ни бархата, но все это лежало в сундуке дикаря. Впрочем… Рядом море, где ходят купеческие караваны. Возможно, был шторм, а возможно, и произошел расчет тканями. В любом случае, одежда на Аргате была из того же льна, что и на остальных дикарях.

— Это подарок тебе, — вдруг сказала Астер и снова застыла, ожидая моих восторгов.

— Женщина не должна принимать подарки от чужих мужчин, — ответила я, вспоминая этикет своей родины.

— Аргат твой мужчина, — возразила Астер.

— Мой мужчина — Флэй, — не согласилась я в свою очередь.

Женщина вздохнула и открыла третий сундук. В нем стояли три маленьких сундучка. "Медведица" откинула крышки. В одном лежали достаточно грубые украшения из золота, во втором более утонченные украшения, явно созданные мастерами более цивилизованных стран. Меня покорило ожерелье в виде змеи, которое должно было обвить шею. Хвост и голова змеи были замком. Я представила, как это выглядит и пришла в восторг. Сразу опомнилась и сердито взглянула на Астер. Та ухмылялась, следя за моей реакцией.

— Возьми, что понравилось, — предложила она.

— Мне чужого не надо, — я мотнула головой и перевела взгляд на третий сундучок.

Здесь тоже была посуда. Кубки, вилки, ложки, несколько тарелок, все из серебра. Пожав плечами, я снова посмотрела на Астер. Она снова поджала губы.

— Тебе ведь нравится все это, не так ли? — спросила женщина.

— Красивые вещи. На моей земле у меня этого было много, — я пожала плечами. — Но все это не принесло мне счастья тогда, не принесет и сейчас. Я горю в огне своего мужчины, только это важно.

— Глупая женщина, — вздохнула Астер. — Идем дальше.

Она закрыла сундуки и повела меня дальше. В дверях я еще раз обернулась, разглядывая комнату, и подумала, что сундуки с богатством не зря стоят именно здесь, а не за закрытыми дверями. Должно быть, у них принято хвастаться своим добром. Так и представилось, как мужчины сидят за столом, пьют, едят, а Астер распахивает сундуки, и Аргат гордо принимает завистливые взгляды гостей. Фыркнув, я закрыла за собой дверь и поспешила за ожидающей меня женщиной.

Теперь мне показывали кладовые. Спорить не буду, выглядело впечатляюще, не то, что у нас с рысиком. Тут был и ледник, где лежали куски разделанных туш и рыба. Были кладовки с зерном, куча сушеных трав, коренья, сушеные грибы, горшки с маслом, с молоком. Творог, сыр, сметана. Все здесь было. Даже колбасы, явно домашнего изготовления. Мне будет чему научиться. Я тоже хочу все это готовить!

Так и представилось, как буду кормить своего возлюбленного всеми этими роскошествами. Я обязательно научусь! Похлебка хорошо, но, вон, сколько всего я не знаю. И пироги печь научусь, обязательно. Ради Флэя я готова была учиться всему на свете. Шить я не умею, только вышивать, но тоже научусь.

— Аргат богато живет, — усмехнулась Астер, глядя на мои горящие глаза и понимая мой восторг по-своему. — Так ли живет Флэйри из племени Белой Рыси?

— Мы только появились здесь, у нас все это будет, — отмахнулась я, и женщина фыркнула, с грохотом захлопывая очередную дверь. — Флэй построит нам дом. У нас все еще впереди.

— Зачем ждать, когда можешь иметь эти богатства сейчас? — проницательные глаза "медведицы" взглянули на меня, но я невозмутимо пожала плечами.

— Сейчас у меня есть все, что нужно, — ответила я.

Астер что-то пробормотала и повела меня в жилую часть дома. Тут мне показали комнату, в которой, как я поняла, я должна жить. Здесь было ложе, похожее на то, на котором мы спали с Флэем. Сундуки, скамья, прялка. Но было кое-что, что смутило меня, это меч, лежавший на лавке, да и не только он. Я заметила в комнате мужскую рубашку.

— Здесь ты будешь жить, — подмигнула Астер. — Здесь спит Аргат, вы будете спать вместе, он так хочет.

Опочивальня герцога, спальня "медведя"… Развернувшись, я исподлобья взглянула на женщину.

— Я не могу спать с чужим мужчиной.

— Вечером вас соединит шаман, — рассмеялась Астер, и мне захотелось врезать ей. Делать я этого, конечно, не стала. — У вас женят женщин, у которых есть муж?

— Шаман Рысей сказал, что обряда не было. Но, даже если и был, благословение Большого Отца все равно соединит вас с Аргатом.

— К бесам! — воскликнула я на таргарском. — Как же мне все это надоело!

— Что? — не поняла Астер.

Сердито взглянув на нее, я прошла через всю комнату, села на лавку и подперла щеку кулаком, глядя в мутное окошко. Где Флэй?!

Три всадника приближались к поселению "Медведей". Дозоры их не остановили, узнали. "Рыси" с "Медведями" не враждовали уже более шестидесяти весен. С того момента, когда вместе отражали набег наглых альенов, высадившихся на берег Свободных Земель. Они тогда прибыли на нескольких кораблях, и одному поселению было тяжело противостоять. Тогда полностью погибло поселение "Волков", в поселении "Рысей" насиловали и убивали женщин и детей. Тогда погибла бабушка трех братьев, а их отец, еще маленький мальчик, чудом выжил, спрятанный матерью в подполе как раз перед тем, как альены ворвались в их дом. Мужчины — рыси тогда были на Большой охоте и застали свое поселение, объятое пожаром.

"Медведи" тоже гибли, и тогда два племени объединились. К ним присоединились остатки "Волков", племя "Черных Рысей" и "Лисицы". Жители Ледигьорда жестоко мстили пришлым, вырезая их, поджигая корабли, до которых добирались ночью вплавь. И успокоились только, когда последний альен сдох, глядя на кишки, вываливавшиеся из его гнилого нутра.