Лагерь волшебниц №208. Том II - Сентай Хорнин

было совсем недолго, и вскоре мы выбрались из под поездного завала, чтобы перед нами предстал ещё один путь, теперь абсолютно чистый, будто бы его прямо сегодня уложили. Отражавшееся от рельс солнце ослепляло, а бетонные шпалы были произведением штамповочного искусства. Путь уходил в гору, которую раньше не было видно.

— Понравилось? — елейным голосом спросила меня «девушка». Я против воли немного смутился.

— В интернете я трапов всегда избегал — ответил какую-то чушь, от которой она лишь больше улыбнулась. Похоже, что она заметила мои затруднения, ведь я видел, как её взгляд метнулся вниз. Захотелось закрыться, меня будто против воли раздевали.

Дальше мы шли молча по шпалам. Я же по традиции мини-ОКР старался не наступать за их пределы, иначе сгорю в лаве. Всё равно в рамках этого сна мои мысли не влияли ни на что, и взаправду земля за пределами бетона лавой не становилась. Девушка же не была намеренно оставить меня в покое. Заметив, как я стал морозится узнав её секрет, она буквально пыталась вдавливать меня в свою грудь различными способами. Ну уж нет, потрясающе мягкие и упругие холмы, в которых я хотел бы потонуть и никогда больше не выплывать меня не поколебают. И моей руке, оказавшейся меж них совершенно ни капли не приятно. Я всё сказал.

Хорошо хоть руку не пытается в промежность засунуть. Тогда бы я точно сбежал от потенциального насилия. Кто её знает, что конкретно она со мной хочет сделать. Но к счастью, дальше заигрываний не зашло. И буду честен с собой, если не обращать внимания на лишнюю часть, передо мной полноценная девушка, которая буквально на меня вешается. Поштурмуй она меня ещё немного и я был бы согласен не заметить лишнее. Но больше боялся обстоятельства, что всё повернётся с ней далеко не так, как в мыслях.

Мы дошли до тоннеля через гору. Пахло оттуда сыростью. И путь здесь принял наклон вниз. Не резкий, нет, но достаточно ощутимый, чтобы ходить по шпалам стало опасно для здоровья, ведь так можно рисковать не собрать зубы после падения. Пусть это и сон, но я проверил, что боль вполне действует. Тогда почему я всё ещё считал что я во сне? Мне просто пришло это понимание и никак не хотело покидать, даже несмотря на всё вокруг.

Даже неизвестная перестала паясничать и мешать, а наоборот поддерживала, чтобы я точно не навернулся. И если и происходила касания, то были скорее случайные. Они искренне помогала. Ведь даже выйдя с путей, земля шоркала под ногами, грозя превратиться в горку в один конец, после которой точно придётся себя собирать по частям.

Девушке тоже было непросто. Учитывая что она на полном серьёзе ходила на каблуках. Но она рассекала по насыпи так, будто это асфальт. Как бы не сломала. Мне же потом нести придётся, а я не в настроении. Не дай бог заденет моего стоящего как легионера друга, когда буду её приподнимать и получу новую порцию флирта. А я всё-таки хочу свой первый раз, пусть даже во сне, провести с НОРМАЛЬНОЙ девушкой.

Скоро свет закончился а тоннель будто бы стал расширяться во все стороны. Девушка вытащила из своей небольшой сумочки по фонарю. Она всё ещё отмалчивалась по поводу того, кто она такая, зачем мы здесь и куда мы идём. Но она явно была подготовлена вести меня. Мощный фонарик вновь рассеял тьму и я направил его в потолок. Да, тоннель расширяется, земля сверху всё на той же высоте, что и на входе. Бока тоже отдалились порядочно. Мне это нравится всё меньше и меньше.

— Почему у нас даже обуви нормальной нет, ты же знала, куда нам предстоит идти. — скорее от раздражения чем от любопытства состряс я воздух и мой голос ушёл далеко-далеко по тоннелю, образуя множественное эхо.

Свет фонаря выцеплял и то, что дорога, что нас вела становится хуже, будто стареет. Шпалы стали деревянными, а рельсы точно поменяли тип металла. А конца этому всем я всё ещё не вижу. Но идти с «девушкой» за руку по тёмному тоннелю, светя фонарями… В этом что-то определённо было. Она явно не боялась, или же скрывала этот факт намного лучше, чем я.

Путь превратился в мощёную дорогу, после в просто укатанную, потом в обычную тропу. А своды тоннеля, который уже давно не был тоннелем уже даже не выцеплялись фонарём. Я просто светил в сплошную пустоту. Пока наконец, впереди не забрезжил странный тусклый свет, что легко перебивался фонариком, поэтому, скорее всего его было видно задолго до всего этого.

Тоннель внезапно стал пещерой. Плохо освещённой странными мхами и лишайниками, что покрывали многочисленные сталактиты и сталагмиты. То и дело встречались озёра с чёрной жидкостью, в которую никто бы не рискнул сунуть даже палец, потому что она выглядела так, будто изготовилась к укусу неосторожного путника.

Пусть мы и были настолько глубоко, но температура совершенно не изменилась. Но в качестве джентльменского жеста, я всё равно отдал девушке свой пиджак и рассекал теперь в рубашке с галстуком. И пожалел об этом, когда с потолка капнуло чёрной, сильно въедавшейся, тягучей жидкостью. Теперь след останется, хоть это и сон.

Попытавшись оттереть я понял, что это такое. Те самые «примеси». Правда теперь я сомневаюсь, что это были именно они. Да и доверие к Сильвинд упало автоматически. Пусть она не всезнающая, но мне начинает казаться что у меня в принципе не может здесь быть желающих мне добра людей.

— Уже близко. — Прокомментировала девушка, видимо решив, что у меня уже кончается всякое терпение. И была не так далека от истины.

Наконец, мы с ней дошли до некоего естественного атриума. Большое, освещённое намного лучше из-за большого количества светорастений место образовывало сверху подобие купола.

А в центре его, на неряшливо выдолбленной из камня скамейке, сидела девушка. В простеньком белом платье с завязкой бантиком на груди, рыженькая. Она спокойно гладила некое создание на её коленях, состоявшее из вещества, что мне упало сверху. Это уже было странно. Но страннее всего были её уши. Они были волчьими.

Стоило ей направить свой взгляд на меня, как я оцепенел. Он пронизывал, смотря насквозь. Будто изучали не меня а мои внутренности, насколько они съедобны. Взгляд