Ночи без сна - Джо Беверли

Жаль, что он такой сообразительный.

— Я все утро была занята делами в Крэг-Уайверне, лейтенант, поэтому не слышала никаких новостей. Прибыл наш граф.

— Вот как? — Он пристально взглянул на нее. — Как я слышал, он человек военный?

Сьюзен поняла, в какую сторону он клонит.

— Кажется, он был капитаном от инфантерии.

— В таком случае у меня будет союзник в этих местах.

— Вряд ли, граф не имеет намерения жить здесь постоянно, лейтенант. У него родовое гнездо в Суссексе, и он предпочитает жить там.

Он бросил взгляд на темную громаду Крэг-Уай верна.

— Жаль, но меня это не удивляет. Граф Уайверн может поспособствовать деятельности контрабандистов в этих местах, но может и положить ей конец. До меня доходили слухи о том, что старый граф помог схватить с поличным Мельхиседека Клиста.

— Что вы сказали? — воскликнула она, но взяла себя в руки, надеясь, что он не заметил ее потрясения. — Вы, должно быть, ошиблись. Все знали, что старый граф помогал контрабандистам.

— Возможно, они поссорились. Как известно, мэм, у воров отсутствует понятие чести.

У Сьюзен голова пошла кругом при мысли о том, что сумасшедший граф не только, не вмешался, чтобы помочь, но активно способствовал аресту ее отца и потере всего груза.

Зачем, черт возьми, он это сделал?

— До меня дошли слухи, что прошлой ночью контрабандный товар был выгружен где-то поблизости от этого места, — сказал Гиффорд, но я не смог обнаружить никаких следов. Полагаю, что вам об этом ничего не известно, миссис Карслейк.

Его слова прозвучали скорее как утверждение, чем как вопрос. Он понимал, что никто здесь не сообщит ему никакой информации.

— Боюсь, что это так, лейтенант.

— Неподалеку отсюда произошла драка, в результате которой были тяжело ранены два человека. Наверное, подрались, не поделив трофеи, так что груз, должно быть, разгрузили где-нибудь поблизости.

Ее сердце испуганно пропустило удар.

— Драка? — переспросила она, надеясь, что ее потрясение будет выглядеть естественно. — Что вы имеете в виду, сэр?

— Одна банда попыталась украсть у другой. Это часто случается, милая леди. Эти контрабандисты — вовсе не благородные искатели приключений, какими их некоторые считают.

Боже милосердный, неужели он и впрямь думает, что у кого-нибудь из тех, кто родился здесь, есть иллюзии относительно контрабандистов? Но что там произошло? Неужели Дэвид действительно ранен? А груз украден?

Она попыталась притвориться глупышкой:

— Но почему бы вам не арестовать раненых?

— Для этого не хватает улик, миссис Карслейк. Они утверждают, что подрались из-за женщины, и упрямо стоят на своем. К сожалению, когда мы прибыли на место происшествия, никаких следов контрабандного груза там не осталось.

Сьюзен помедлила. Если одним из раненых был Дэвид, он наверняка об этом скажет. Но он не сказал, и она вздохнула с облегчением.

— Драки из-за женщины не такая уж редкость, лейтенант.

— В ночь, когда приходит судно с грузом контрабанды, женщинами интересуются значительно меньше. — Он усмехнулся. — Но это относится к гнусным мерзавцам. Для джентльмена леди всегда занимает первое место в его мыслях.

Ей хотелось сказать что-нибудь язвительное относительно чувства долга, но она воздержалась. Слава Богу, что ворота в сад помещичьего дома находились всего в нескольких ярдах.

— Я слишком редко вижу вас, миссис Карслейк. На прошлой неделе в Хонитоне был бал, но там было скучно, потому что вы отсутствовали.

Сьюзен умудрилась изобразить удивление:

— Но я работаю, лейтенант, и не могу, когда мне вздумается, посещать увеселительные мероприятия.

— Ну полно, полно. До прибытия графа ваши обязанности здесь едва ли были обременительными.

— Напротив, сэр. Из-за эксцентричности покойного графа дом оказался в безобразном состоянии. И я пыталась навести порядок.

— Вот как? — Кажется, он по какой-то причине не поверил ей. — Уверен, что вы развлекаетесь где-нибудь в других местах. Если скажете, где именно, дорогая леди, то я сделаю эти места предметом своего особого внимания.

Что за странные вещи он говорит, как будто подозревает, что она проводит ночи в таверне, но у нее сейчас не было ни времени, ни терпения, чтобы задуматься об этом.

— Я веду тихую, скучную жизнь, лейтенант, — сказала она, открывая ворота.

— Вы шутите? Ладно, вы загадали мне загадку, и я ее разгадаю. Но сейчас я направляюсь в Драконову бухту, чтобы разгадать другую загадку, хотя сильно сомневаюсь, что удастся что-нибудь узнать у этой скрытной компании.

Он вскочил на коня.

— Теперь, когда упекли этого негодяя Мельхиседека Клиста, они не осмелятся проворачивать крупные контрабандистские операции, но мне хотелось бы присмотреться как следует к новому владельцу таверны и поискать, не осталось ли следов от колес на земле.

Сьюзен не взглянула на следы, оставленные колесами телег, под копытами его лошади, но едва удержалась, чтобы не рассмеяться. Новым владельцем таверны «Георгий и дракон» была двоюродная сестра Мола Рейчел Клист, жизнерадостная женщина средних лет, высокая и дородная. Она, разумеется, была связана с «Драконовой шайкой», но едва ли можно заподозрить в ней нового Капитана Дрейка. Она и пары шагов не могла сделать без одышки, не говоря уже о подъеме на скалу.

Однако когда она посмотрела вслед уезжавшему Гиффор-ду, ее веселье как рукой сняло. В Драконовой бухте он ничего не найдет, но он дотошный и исполнительный. В конце концов он докопается до правды.

Сьюзен вошла в сад, охваченная тревожными мыслями о вчерашней драке. Всегда, когда речь шла о праве на контрабанду, драка между группировками могла перерасти в настоящее побоище. В ней могли участвовать сотни людей, в том числе и вооруженных. Иногда бывали даже убийства.

Что же произошло?

Неужели Дэвид лежит где-нибудь, истекая кровью?

Она срезала путь, пройдя через огород мимо сонного парня, который делал вид, что рыхлит мотыгой почву между рядами капусты. Почти каждый житель побережья в этом районе недоспал прошлой ночью.

Парнишка весело поприветствовал ее, и она немного успокоилась. Едва ли здесь кто-нибудь улыбался бы, если бы Капитан Дрейк был ранен или арестован. И конечно, все бы об этом знали.

Пройдя под увитой жимолостью аркой, она вышла на газон, тянувшийся до очаровательного дома, построенного таким же четко очерченным четырехугольником, как Крэг-Уайверн, но мрачный камень был выкрашен белой краской. Расположенный на плодородной земле, среди ухоженного сада и населенный добрыми, душевными людьми, он как будто принадлежал совсем другому миру.