Обаятельный деспот - Виктория Шарп

– Я… нет, Эдвард, пожалуйста, не надо раздеваться, – пробормотала она, запинаясь от испуга на каждом слове. – Я не могу… я не умею этого делать!

Руки Эдварда замерли, и его мерцающие глаза впились в лицо Клер.

– Не умеешь? – вкрадчиво переспросил он. – Не может быть, дорогая моя Клер! Ты же совсем недавно упрекала меня в том, что я остановился на полпути, не довел дело до конца! Проще говоря, мое бережное обращение тебя не устроило. Ты – опытная, взыскательная женщина, и поэтому должна уметь обращаться с мужским орудием!

– Никакая я не опытная и не выз… не взыскательная, – жалобно возразила Клер. – Если хочешь знать, я вообще девственница, и ты – первый мужчина, который трогал меня в таких местах, и еще…

Не договорив, Клер разрыдалась. Эдвард тотчас обнял ее и принялся гладить по голове, шепча ласковые, успокаивающие слова. Потом он усадил ее в кресло и поднес к ее губам бокал с вином.

– Пожалуйста, малышка, сделай несколько глотков, – настоятельным тоном проговорил он. – В прошлый раз это помогло тебе прийти в чувство, значит, должно помочь и теперь.

– Не смей называть меня малышкой! – сердито прошипела Клер. – Во-первых, я уже давно не ребенок, а во-вторых, мне не нравится, когда меня так называют!

– Хорошо, я не буду звать тебя малышкой, – рассмеялся Эдвард, – во всяком случае пока.

– Не пока, а вообще!

– Не капризничай, моя радость, а лучше делай, что тебе говорят.

Клер замотала головой.

– Не буду!

Но вино она все-таки выпила, опасаясь, как бы Эдвард не вздумал вливать его прямо ей в горло. Пожалуй, от такого опасного типа можно ждать всего, стоит только вспомнить, как он собирался снять перед ней брюки. При этом воспоминании Клер невольно поёжилась. Интересно, как бы Эдвард повел себя, если бы она не призналась, что еще не была близка с мужчиной? Неужели действительно снял бы брюки и выставил на ее обозрение свое так называемое орудие?

– Ты что-то хочешь спросить, дорогая? – поинтересовался Эдвард, словно прочитав ее мысли.

– Ничего я не хочу… а впрочем, хочу. – Клер мрачно воззрилась на Эдварда. – Меня не перестает мучить один вопрос. Ты в самом деле собирался… – Она замолчала, почувствовав внезапный прилив смущения.

– Снять брюки? – невозмутимо спросил Эдвард. – Нет, Клер, не собирался. Я всего лишь хотел тебя немного попугать, наказать за плохое поведение.

– Наказать? – изумленно переспросила она.

– Да, – кивнул Эдвард. – Ведь ты сильно обидела меня, Клер, и мне хотелось отплатить тебе той же монетой.

– И чем же… чем же я так обидела тебя?

– А ты сама не догадываешься?

– Догадываюсь, – тихо промолвила Клер, – но я не уверена, что моя догадка правильная.

Эдвард мягко запрокинул ее голову на спинку кресла, вынуждая Клер смотреть ему в глаза.

– Ты позволила мне ласкать себя, а потом набросилась на меня словно разъяренная тигрица, начала обвинять в каких-то немыслимых коварных намерениях. Ты была несправедлива ко мне, Клер, ты повела себя просто отвратительно. Вот я и решил, что тебя следует основательно проучить. Согласись, моя радость, это было только справедливо!

– Но… но ты ведь не мог знать, что я еще… – злополучное слово застряло в горле Клер, и она с досадой почувствовала, что снова начинает краснеть.

– Ты ошибаешься, дорогая моя, – мягко возразил Эдвард. – После того, как я ласкал тебя… там, я уже знал, что ты – девственница. Ну-ну, сиди спокойно, не надо так волноваться! – Он силой усадил Клер обратно в кресло. – Признаться, я совершенно не понимаю, почему это слово провоцирует у тебя истерику. По-моему, ты должна гордиться своей невинностью, а не стесняться ее.

– А я и горжусь, – сердито прошипела Клер. – Только вот разные похотливые типы так и пытаются…

– Похитить твое сокровище? – Эдвард рассмеялся и ласково взъерошил ее волосы. – Ну, теперь ты можешь быть спокойна на этот счет, дорогая моя. Как старший представитель семьи, я обещаю проследить, чтобы «разные похотливые типы» держались от тебя на приличном расстоянии.

Не найдя, что возразить на столь возмутительное заявление, Клер лишь метнула на Эдварда свирепый взгляд. Но, конечно, глупо было надеяться, что это даст какой-то результат.

– Между прочим, – продолжал Эдвард, с улыбкой поглядывая на Клер, – я еще утром заподозрил, что с тобой что-то не так. Ты довольно быстро откликнулась на мои ласки, но отсутствие опыта все-таки чувствовалось.

– Тогда зачем ты сказал, что я веду себя, как опытная соблазнительница? – мрачно поинтересовалась Клер.

– Хотел вытянуть из тебя признание, – с обескураживающей прямотой ответил Эдвард. – Так же, как и несколько минут назад. Собственно, в этом и заключалось наказание: заставить тебя открыть тайну, которую тебе ужасно не хотелось открывать.

Клер едва не задохнулась от негодования.

– Да ты… да ты просто бессердечный негодяй! – сдавленно прокричала она. – Как ты посмел, черт тебя подери?!

– А ты думала, что я позволю тебе безнаказанно обижать меня? – спросил Эдвард, строго посмотрев ей в глаза. – Если ты так думала, дорогая моя Клер, ты сильно заблуждалась. Я не привык сносить пощечины – ни физические, ни моральные. А как еще можно назвать твое недавнее поведение, если не моральной пощечиной? Я не заслужил твоих злобных нападок, потому что не сделал тебе ничего плохого!

Возразить было нечего, и Клер подавленно опустила голову. Наверное, Эдвард прав, но от этого Клер не становилось легче. Она чувствовала себя униженной и бесконечно несчастной, такой несчастной, что на ее глаза снова навернулись предательские слезы.

– Ну-ну, дорогая моя, что ты, не надо плакать, – с беспокойством проговорил Эдвард, лаская ее волосы. – Черт подери, я вовсе не хотел, чтобы ты расстроилась и почувствовала себя несчастной!

– Конечно, – съязвила Клер, – ты рассчитывал достичь обратного результата, когда задумывал свою месть. Наверное, ты ожидал, что мы вместе посмеемся над твоей забавной, милой шуткой!

– Нет, – грустно ответил Эдвард, – я вовсе не думал, что ты найдешь это забавным. Но и доводить тебя до слез я тоже не хотел. Я просто действовал под горячую руку… а теперь вижу, что перестарался. – Он бережно взял в свои руки ее лицо и с раскаянием посмотрел ей в глаза. – Клер, дорогая, пожалуйста, прости меня! И… и давай больше не будем ссориться. Мне тоже очень больно от этого, поверь мне.

– Я не могу тебе верить, – ответила Клер, отталкивая его руки, – потому что я тебе не доверяю. Не доверяю и все, понимаешь?

– А что мне сделать, чтобы ты стала мне доверять?

– Прежде всего перестань соблазнять меня при каждом удобном случае!