Обаятельный деспот - Виктория Шарп

Виктория Шарп

Обаятельный деспот

1

Клер Монро в замешательстве смотрела на заказное письмо, которое только что вручил ей почтальон. Тонкий голубой конверт был надписан элегантно-небрежным, размашистым мужским почерком. Письмо из Англии, да еще отправленное человеком по фамилии Хелдман… хорошенький сюрприз для первого дня летних каникул, с сарказмом подумала Клер.

Но зачем она вдруг понадобилась этим проклятым Хелдманам, ведь они целых двенадцать лет даже не вспоминали, что она существует на свете! Клер чувствовала себя настолько выбитой из колеи, что никак не могла собраться с мыслями. К тому же имя непосредственного отправителя письма абсолютно ни о чем ей не говорило. Эдвард Хелдман… Клер даже смутно не представляла, кто он такой. Одно было ясно: этот человек является ее родственником по материнской линии. Возможно, двоюродный дядюшка или еще какая-нибудь седьмая вода на киселе. Насколько помнила Клер, у ее деда, Генри Хелдмана, не было братьев и родных племянников. Так же, как не имелось других детей, кроме покойной матери Клер, которую звали Юнити.

Случайно взглянув на часы, Клер изумленно присвистнула: оказывается, с той минуты, когда почтальон отдал ей письмо, прошел уже целый час. А она все медлит, все не решается распечатать конверт. Но почему? Неужели соприкосновение с прошлым так сильно взволновало ее? Как это глупо, подумала Клер и ужасно рассердилась на себя. Спустя столько лет ненавистное имя «Хелдман» все еще заставляет ее сердце мучительно сжиматься. Наверное, психологи правы, утверждая, что детские раны нелегко залечить. Но ведь она уже не ребенок, через пять месяцев ей исполнится двадцать два года. И потом, за двенадцать лет в ее жизни произошло столько всяких событий, включая трагическую смерть отца три года назад, что про детские потери давно пора забыть. Однако прошлое почему-то упорно не желало забываться.

Так или иначе, а письмо нужно прочитать, сказала себе Клер и решительно распечатала конверт. К ее удивлению, внутри оказался всего один-единственный листок почтовой бумаги, да и то не полностью исписанный.

«Уважаемая мисс Монро, – медленно прочитала Клер, – мой родственный долг повелевает сообщить вам, что ваш дедушка Генри Хелдман скончался два месяца назад от болезни сердца. Так как вы имеете право на часть его наследства, прошу вас как можно скорее приехать в Англию. Позвоните мне по одному из указанных телефонов, чтобы я встретил вас в аэропорту».

Ниже текста стояли дата написания письма и размашистая подпись загадочного Эдварда Хелдмана. И больше ничего: никаких соболезнований, выражений родственных чувств и пояснений по поводу причитающегося Клер наследства. Лаконичная деловая записка, а не письмо родственника, язвительно подумала Клер. Но чему она удивляется, ведь Хелдманы давно вычеркнули ее из числа «своих». Клер подозревала, что наследство оставил ей вовсе не «любящий» дедушка, а английские законы. В противном случае она бы не получила и пенса из состояния деда… как в свое время ее мать.

Но этот таинственный Эдвард Хелдман… Интересно, как ему удалось разыскать ее? Наверное, это было нелегко, учитывая, что три года назад Клер изменила фамилию. На смене фамилии настоял отец, мечтавший сделать из дочери телевизионную звезду. Клер Монро звучит куда лучше, чем Клер Беннет, безапелляционно заявил он. К тому же фамилия Монро была не чужая Клер, а принадлежала ее родственникам по отцовской линии. Несмотря на это обстоятельство, Клер не хотела менять фамилию, но отец сильно давил на нее, и ей пришлось сдаться.

Вскоре отец Клер погиб в автомобильной катастрофе. Клер так переживала из-за его смерти, что ей было не до формальностей. Вот и получилось, что она поступила в журналист-ский колледж Сент-Луиса под фамилией Монро. А там Клер очень быстро отказалась от затеи вернуть отцовскую фамилию. Дело в том, что у дочери скандально известного репортера Николаса Беннета обнаружилось весьма скромные способности в области журналистики, если не сказать хуже. Проще говоря, Клер не унаследовала отцовского таланта, а потому сочла за благо не распространяться, чья она дочь. К тому же в Сент-Луисе, где Клер училась в закрытой частной школе и где ее отец никогда не жил, раскрыть ее тайну было некому.

Наверное, если бы отец был жив, он помог бы Клер освоить премудрости журналистской профессии. Но теперь помощи было ждать неоткуда. К тому же положа руку на сердце Клер вовсе не горела желанием стать журналисткой, а тем более – репортером, как ее отец. Ей не нравилась эта суетливая, нервозная профессия, ей совсем не хотелось провести жизнь в постоянной погоне за скандалами и сенсациями. Клер предпочла бы более спокойную работу, например, в музее или библиотеке. Однако и после журналистского колледжа можно было найти относительно спокойную, размеренную работу, например, офис-менеджера или секретаря в газете. Поэтому Клер решила не бросать учебное заведение, куда она необдуманно поступила под влиянием отца. К тому же на обучение были потрачены немалые деньги…

При мысли о деньгах Клер сразу вернулась к реальности. Интересно, во сколько оценивается наследство, которое она должна получить? Если сумма довольно значительная, отказываться неразумно. Но что, если наследство окажется ничтожным? В таком случае она только зря потеряет время, которое могла бы провести с большей пользой. А также лишит себя удовольствия окатить холодным презрением свою английскую родню, мстительно подумала Клер. В самом деле, как было бы здорово позвонить Эдварду Хелдману и сказать, что она не нуждается в деньгах отвратительного старикашки, бывшего по несчастной случайности ее родным дедом. А если Эдвард Хелдман осмелится возражать, она просто возьмет и пошлет его подальше открытым текстом. Заманчивая идея, черт подери!

Вечером того же дня Клер показала письмо своей подруге Митч – единственному человеку, который был в курсе всех ее дел. И Митч дала ей неожиданно интересный совет.

– Я бы на твоем месте не торопилась звонить в Англию, – сказала Митч с хитрой улыбкой. – Твой дед умер всего два месяца назад, а значит, у тебя в запасе достаточно времени, чтобы все обдумать и принять решение. Эдвард Хелдман пишет, что ты имеешь право только на часть наследства, а не на все наследство целиком. Стало быть, имеются и другие наследники, которым не терпится поскорее вступить в свои права. Так с какой радости ты должна облегчать им жизнь? Пусть подождут, голубчики!

– Пожалуй, ты права, – согласилась Клер. – С какой стати я стану заботиться о душевном покое этих людей? Они совсем не заслуживают моего доброго отношения! Особенно, – с ненавистью процедила Клер, – грязная аферистка Джудит Хелдман, из-за которой, собственно, и произошел окончательный разрыв отношений между моим отцом и дедом.