Расколы сознания - Кира Горина

Эреил уверенно вёл меня по коридорам. Внезапно он остановился, и я чуть не вмазалась носом в его затылок. Дроу обернулся, схватил меня за талию и впихнул в оказавшуюся рядом комнату. Оружейная оказалось пустой, кричать, визжать, царапаться и звать на помощь я не стала. Одёрнув камзол, пригладила волосы и спросила:

— Ну и что это было?

— Простите, мне пришлось так поступить, — Эреил отступил вглубь помещения. — Я хотел поговорить с вами. В нашем отряде есть предатель.

Я напряглась. Положила руку на кинжал. Заметив мой жест, Эс покачал головой:

— Я не желаю вам зла. Перед выездом из Хаоры мы, как послы, поклялись не причинять вам вреда ни самим, ни через кого бы то ни было.

— Светлые эльфы нашего отряда и Монрэмир Тар давали клятву в верности королю. Там указан пункт о неприкосновенности семьи, — Эсадар наконец «проснулся», и я почувствовала себя спокойнее. — А мысль о предателе пришла мне ещё при нападении рвана.

При упоминании нежити эльф изменился в лице. Внешне я осталась спокойна, но вдоль позвоночника по мышцам промаршировали мурашки. Путешествие нам выдалось не из приятных. Дроу, возможно, уже пожалели об объединении стран. Я доставила тёмным эльфам много проблем и из-за меня на их головах прибавилось бы седых волос, что невозможно.

— Нам пора, — толкнула дверь, Эреил молча последовал за мной.

Зловещее алое сияние портала, напитанного кровью, виднелось ещё на подходе. Оно нетерпеливо плясало на стенах коридора, готовясь отдать энергию. Наш отряд уже собрался в зале. При виде новоприбывших каррадов я невольно попятилась: жуткие, красноглазые, немного меньше Саты и от этого более опасные, их чешуя серебрилась, как лунный свет на песке — идеальная маскировка. Животные втянули воздух, повели головами и повернулись ко мне, будто увидели добычу. В горле образовался ком, спина взмокла, а ноги приготовились бежать, хотя я слабо представляла, как от каррадов можно убежать.

Эреил сочувственно похлопал меня по плечу, подошёл к своему карраду и тихо зашептал ему что-то. Животное успокоилось, перестало смотреть на меня. Остальные дроу последовали примеру мечника. Я вздохнула спокойнее, подошла ближе к светлым эльфам, стоящим немного в стороне. Им тоже придётся поймать охорсисов, как и мне. Что же за звери такие?

— Это будет позор, — прошипел Даелирр.

Оказывается я попала в круг концентрированной злости, аурой накрывшей светлых эльфов.

— Они просто издеваются, — Румер сжал рукоять меча.

— Ненавижу тёмных, — Амефел обвёл взглядом спины дроу. — Мы опозоримся на всю Хаору, приехав на этих слюнявых…

Эладар сморщил нос и перебил товарища:

— Даже думать не хочу. Дроу потом тысячелетиями будут гонять по кругу байку про светлых эльфов и охорсисов. Так, значит, они встречают гостей. Не повозка с каррадами, а свиньи.

Навострила уши. Свиньи?! Это как? Если я правильно поняла, речь идёт именно о нашем будущем транспорте — охорсисах. Почему свиньи? Вероятно они отдалённо напоминают хрюшек. Остаётся вопрос по поводу слюней. Хм, интересненько.

— Ваше Высочество, вы же не позволите этим… тёмным так оскорбить себя! — Румер покраснел то ли от гнева, то ли от стеснения, явно представив сцену эпичного прибытия в столицу Ночных Пустынь.

— Посмотрим по обстоятельствам, — мурлыкнула, шагая в портал, вспыхнувший особенно ярко.

Глава 8. О Ночных Пустынях и их фауне

В Пустынях, как ни странно, стояла ночь. Я поняла это спустя полчаса, придя в себя на стылом остром песке. После перемещения мутило, перед глазами вспыхивала кровавая пелена, общие ощущения походили на сеанс в стиральной машине. Задрав голову, я стиснула зубы и подставила лицо потокам ветра, стало намного легче.

Небо затягивали устрашающие тучи. Они клубились, кучкавались, бились друг о друга, гонимые злым ветром, сыпали редкими тяжёлыми каплями и угрожали перерасти в бурю.

Мелкие песчинки быстро обосновались под одеждой, сменяя друг друга и растирая непривыкшую к подобному кожу. Как хорошо, что мы переоделись в форте, и смена климата доставила минимум дискомфорта. Мягкие сапоги утопали в барханах по щиколотку. Я понимала, что пешком далеко не уйду.

Рядом сопели светлые эльфы, с трудом передвигаясь за каррадами, словно плывущими по песчаному морю. Я уже взмокла, несмотря на ледяной ветер, выбилась из сил. Дроу словно брали нас на износ.

— Всё, я больше ноги топтать не собираюсь, — крикнула, пытаясь заглушить гул ветра, и уселась на песок.

— Вам необходимо поймать охорсисов, иначе до Хаоры не добраться, — Фираэр обернулся, натянул поводья. Его каррад взмахнул головой и остановился.

— Ну так найдите их и гоните сюда. Каррады хищники или как? — повелительно взмахнула рукой.

Монрэмир хмыкнул, подстегнул Сату и скрылся из вида. Эльфы попадали на песок вокруг меня.

— Фу-у-ух, — Асахар утёр блестящий от пота лоб.

— Ваше Высочество вас бережет, — с умным видом произнесла я.

— Благодарим, Ваше Высочество, — хором отозвались остроухие.

Улыбнулась. До чего же приятной оказалась любовь подданных. Правильно говорят: король — слуга своего народа. К принцам, кстати, это тоже относится. И меня хорошо согревала благодарность уставших эльфов.

Через пару минут мы услышали гул. Совсем не похожий на ветреной. Пески дрожали, будто стадо бизонов неслось на…

— Рассеялись! — я подскочила, и притаилась у крутого склона бархана, скручивая из верёвки лассо.

Эльфы действовали слаженно, будто всю жизнь занимались ловлей охорсисов. Я ожидала чего угодно, но когда мимо меня потрусило стадо толстеньких свиноподобных существ в броне и с коротким хоботком вместо носа, свалилась от хохота. Эльфы бегали, гикали, закидывали верёвки, а я плакала от смеха и похрюкивала, сползая на песок.

Пыль улеглась. Светлые боролись с пойманными охорсисами, старались удержать зверей, покрывшихся вдруг слизью — пропустила этот момент. Они оскальзывались на песке, сражались с сёдлами. Я села, вытирая щёки, коротко всхлипнула. Надо мной недоуменно хрюкнули. Подняла голову, на обозрение предстали круглые щеки, хобот, чёрные глаза, тёмно-серые бока и трогательные «носочки» на четырёх ножках под цвет песка.

— Какая прелесть! — невольно запищала от умиления.

Прелесть высунула белёсый язык и лизнула меня в щёку. Я растеклась лужицей, всплеснула руками, обхватывая охорсиса за шею:

— Ничего не знаю. Охорсис мне нравится, а остальным советую оставить мнение при себе.

Охорсис довольно заурчал. Я умилилась ещё больше. Это любовь с первого хрюка.

Дроу точно умрут. От смеха.

«Помолчи, тебя не спрашивали», — обиделась на принца за своё средство передвижения. — «Не мог раньше рассказать об охорсисах»?

Если ты помнишь, я слышу только обращение ко мне.

Хмыкнула. Охорсис вскинул голову, заволновался и перебрался мне за спину. Я сердито посмотрела на Наэхара, дроу поднял руки в примирительном жесте.

— О, не думал, что увижу подобное, — он