Расколы сознания - Кира Горина

берут наш отряд в «кольцо», они не останавливаются, объезжая нас по кругу. Новоприбывшие одеты в шерстяные плащи, хлопковые чёрные рубашки, пуховые куртки, поверх которых наброшены кольчуги с крупными матовыми пластинами металла, находящими друг на друга, словно рыбья чешуя; к их ремням на поясе привязаны кинжалы и мечи, чёрные дутые штаны заправлены в мягкие короткие кожаные ботинки. На левой стороне плаща у каждого закреплена фибула — на лунном диске изображён силуэт каррада. Я про себя отмечаю стиль и грозность патрульных.

Кюхен презрительно хрюкает, втискивается перед мордой каррада, загораживая меня. Волна благодарности моему упитанному защитнику затапливает душу, не зная, как ещё выразить эмоции, почёсываю охорсиса за ушком, нахожу в сумке ломоть хлеба и угощаю им верное животное. Новоприбывшие тёмные захихикали, уткнувшись в плащи на плечах. Мы с Кюхеном обнялись и обиделись.

— Разрешение, — неизвестный главарь отряда требовательно протягивает Фираэру руку.

Посол лезет куда-то за пазуху и достаёт аккуратно свернутый вчетверо листок. Пока он его разворачивал, дроу углядели Монрэмира.

Эльф справа от командира схватился за оружие, его лицо исказилось в неподдельной ярости:

— Ты! Смертник, что ты забыл здесь? Тебя изгнали из…

— Минуточку, — я бесцеремонно перебила разоряющегося эльфа, — у него есть разрешение от короля Арелии Корахара Амира, согласно которому он может находиться в Пустынях в качестве моего телохранителя и наставника. Монрэмир Тар неприкосновенен. Во всех отношениях. Осторожнее, не позволяйте посчитать ваши слова нарушением магической клятвы, исходя из условий которой я могу взять с собой в Хаору одного спутника.

Дроу не побледнел только по причине тёмной кожи, но его лицо удивлённо вытянулось. Я ядовито оскалилась. Так тебе. Вам мир нужен, а не нам военная обуза на шею. Нам? Кажется, я сильно вжилась в роль.

Монрэмир отдал главному и свою Клятву. Я перестала чистить ногти кинжалом, отошла к Наэхару и поинтересовалась громким шёпотом:

— Подскажите мне, дорогой советник, а в Хаоре всегда так встречают гостей?

Ун задумался, но, не поняв, в чём подвох, ответил:

— Всегда.

— То есть вы хотите сказать, что глава патруля не должен представляться тем, кто рангом выше? Или его имя находится в строжайшем секрете и запечатано клятвой?

Монрэмир стиснул зубы, Эладар неприлично громко раскусил яблоко, чтобы так же неприлично громко не заржать, но подавился и закашлялся. Патрульные приобрели фиолетовый оттенок. Выглядело это очень смешно, но что поделаешь — так они краснеют. Глава отряда строго взглянул на меня, поменялся в лице, видимо, прикинув что-то, полез в карман, вытащил медальон с портретом. Его глаза забегали от моего лица на портрет и обратно. Подмывало спросить, похожа я или нет. Сдержалась, молча наблюдая за осознающем мою личность дроу. Он спрятал украшение, прокашлялся, извинился и церемонно произнёс:

— Ясного неба, Ваше Высочество. Ренсар Кеф, глава Застенного Патруля, к вашим услугам, — он низко поклонился, патрульные повторили за ним.

— Лунной ночи. Я не хочу заставлять ждать Его Величество Азабаэла. Невежливо, поэтому давайте скорее закончим с проверкой, — сзади хрипло вздохнул Эладар, сумевший, наконец, разобраться с попавшим не в то горло яблоком.

За что ты с ним так. Смотри, Ренсар сейчас в обморок упадёт, — Эсадар искренне наслаждался зрелищем.

Суровый с виду и лапочка внутри. Он мне уже нравится. Ренсар достает из внутреннего кармана плаща платок, светящийся зелёным. Он подносит к свету подписи на пергаментах, отработанным взмахом руки откидывая край платка. Я щурюсь, спасая заболевшие глаза. Острое свечение исходит от игольчатой друзы кристалла, мерно и ярко освещающей всё вокруг себя. Удостоверившись в подлинности, дроу прячет кристалл и возвращает нам бумаги:

— Прошу за мной.

Кюхен шестым чувством догадывается о приближении отдыха и без понуканий бежит за каррадами Застенного Патруля. Мы пешком идём следом. Пока есть время, я любуюсь ясным небом, усыпанным разноцветными туманностями и крупными звёздами, которые напоминали мне кристалл Ренсара.

«Эсадар, как это работает?»

Кристаллы осса дроу добывают в Молочных Горах, расположенных в западной части Ночных Пустынь. Они находятся у моря, в точке скопления природной магии. Свет кристаллов позволяет видеть заклинания и ауры, поэтому кристаллы применяются достаточно часто при проверке личности, документов, заклинаний.

Я покачала головой — чего только в этом мире нет. Просто невероятно. Магия, эльфы, орки, необычные животные, а теперь и магические камни — даже не верится, что это правда.

Огни на смотровых башнях стали фиолетовыми. В воротах появилась щель, постепенно она расширилась, открывая зияющий тьмой коридор. Завтра состоится помолвка, завтра эльфы Арелии вернутся домой, а я останусь в Хаоре с Монрэмиром. Но сегодня у меня есть шанс найти в библиотеке контрзаклятие или магию, которая мне поможет.

«Эсадар, как ты думаешь, мы успеем за ночь исправить последствия Свободного духа?»

Мы должны это сделать за одну ночь. Происходит что-то странное, я уже почти не слышу тебя. Меня это пугает.

Ворота закрылись, отрезая нас от пустыни. Я запрокинула голову, рассматривая высокий потолок каменного тоннеля. От подкатывающей клаустрофобии хочется выть, бить кулаками в металлические ворота и орать: «Выпустите меня отсюда». В общем, легко мне здесь житься не будет.

— Прошу за мной, — Ренсар ныряет в тень и растворяется в переходе.

Я оглядываюсь, ища поддержки дроу, но не обнаруживаю ни Фираэра, ни Эреила, ни Наэхара. Бросили нас, предатели.

— Я знаю, куда идти, — Монрэмир уверенно шагает вперёд.

Своды тоннеля содрогнулись от оглушающего визга. Кюхен оттолкнул конюхов, бросился ко мне, а я совершенно забыла, что охорсису надо приказать остаться.

— Кюхен, — успокаивающе погладила охорсиса по голове, — тебе надо остаться, отдохнуть после долгой дороги. Ты сейчас пойдёшь с эльфами в конюшню, позволишь себя расседлать, будешь есть, пить и отдыхать. Я скоро навещу тебя.

Кюхен хрюкнул, лизнул меня в щеку, мягко боднул лбом и позволил дроу себя увести.

Глава 9. О дворце, короле и принцессе

Бесконечные лестницы кружили голову. Если бы сейчас мне сказали идти обратно самой, я бы в жизни не нашла выход. Дворец строил какой-то сумасшедший: бессистемные сплетения, перекрёстки, тупики, однотипные двери, за которыми могли скрываться как комнаты, так и выходы на балкон. Я плелась за статным тёмным эльфом, одетым в форму прислуги, и мысленно проклинала всё на белом свете. Включая этого самого эльфа, сказавшего, что до покоев идти всего ничего — минут пять.

После того, как Монрэмир привёл нас на уровень выше, в зал, где нас дожидался Ренсар, слуги, выстроившиеся по струнке, вызвались нас провести до покоев. Причём каждого отдельным коридором. Мне попался самый противный лакей. И, кажется, он издевался, ведя меня десятой дорогой. Не