Хранитель историй - Элизабет Хантер

бесконечной нежностью и в ярких красках. Женщины держали на руках детей, ухаживали за больными, наблюдали за строительством, выращивали и сушили цветы. А вот женщина что-то пела перед толпой. На лицах зрителей читался благоговейный трепет.

Ава пролистывала книгу, а вопросы вихрем проносились в голове, пока она снова не добралась до последней страницы с обнимающейся парой. Слезы навернулись на глаза.

«Кем были эти люди? И почему мне раньше не попадалась такая книга?»

За закрытой дверью послышались голоса. Мгновение Ава не обращала на них внимания. Она ведь так привыкла слышать их, что едва замечала. Затем её осенило. Ава аккуратно отложила книгу и направилась к двери.

Вот снова. Настоящие. Низкие мужские голоса говорили на языке, который она слышала с детства. Не шёпот. Не ропот. Они действительно говорили на нем вслух!

— Я не сумасшедшая, — прошептала Ава с улыбкой. — Я не безумна.

Она распахнула дверь и выглянула. Спальня Малахая располагалась в конце тёмного коридора, и Ава увидела лестницу, ведущую вниз. Комнату на первом этаже заливал утренний свет, оттуда и раздавались голоса.

«Ава, не трусь».

Она похлопала себя по щекам и побрела к лестнице. Голоса стали громче, Ава замерла.

Они спорили.

Ава услышала, как Малахай ругается с другим мужчиной. Ещё один, более спокойный голос иногда вмешивался, но главным образом Ава слышала Малахая.

«Красивый голос. То тихий, то громкий».

Интонация голоса притягивала. Добравшись до лестницы, Ава начала спускаться. Никто ей не помешал. Ава попала в большую открытую гостиную с кушетками и столами. В углу висела большая плазма, вокруг стояли стулья; голоса раздавались из полуоткрытой двери в глубине комнаты.

Ава подошла к ней. Споры и крики становились ещё более яростными, но она собрала мужество в кулак. Ей необходимо узнать, что происходит.

«Где, черт побери, я нахожусь? На кого они работают? Похоже, я не заложница или заключённая, ведь даже с этого место можно увидеть парадную дверь, которую никто не охранял. Сигнализации нет. Только бурный спор неизвестных голосов».

Ава тяжело вздохнула и вошла.

Как только она перешагнула порог, всё остановилось. Споры. Любое движение.

Она подождала, что кто-то нарушит тишину, но в конце концов сама подняла руку:

— Привет!

В комнате находились пятеро очень крупных мужчин. Ава узнала в углу Льва: парень поднял руку и с улыбкой помахал ей. Она улыбнулась в ответ, радуясь хоть какому-то дружелюбию. Рядом с ним стоял ещё один светловолосый, очень похожий на него парень. Он вполне мог оказаться братом Льва, но в отличие от него этот от удивления разинул рот. Ава обвела взглядом как будто застывшую комнату. За столом сидел долговязый мужчина с тёмными волосами, очень бледной кожей и настороженными зелёными глазами. Он не улыбался, но и не выражал удивления. А на другом конце комнаты, которая очень напоминала библиотеку, Малахай стоял лицом к лицу с мужчиной, явно настроенным сражаться до победного конца.

Соперник, подобно колоссу, возвышался над Малахаем. Волосы незнакомца ниспадали на плечи, и Ава видела только спину и голые руки незнакомца, покрытые такими же замысловатыми татуировками как в книге.

— О! Вы к-как… те ребята. В рукописи? У них точно такие же татуировки!

Ава из любопытства перевела взгляд на Малахая и лишь тогда поняла, что впервые видит его голые руки. Он всегда носил одежду с длинными рукавами. Всегда. Но не сейчас. Необычные татуировки, начинаясь на шее, сползали вниз по рукам, покрывая предплечья и бицепсы. Нанесённые под странным углом, их словно добавляли и набивали на каждом доступном  сантиметре коже. Ава посмотрела на Лео, затем на брюнета.

— Проклятье, да они у вас у всех. Точно как у мужчин в книге.

Гигант вскинул руки и закричал:

— Не могу поверить, ты показал ей наши книги!

— Дамиан, она должна знать, — ответил Малахай.

— Умение хранить тайны ничего для тебя не значит? Как и безопасность нашего рода…

— Она его часть!

— Невозможно! Мы проверили записи. Мы знаем, где она родилась. Знаем, кто ее мать. Никакого следа…

— Забудьте про записи и посмотрите на неё! — Малахай шагнул к Аве, и она отступила. Он притормозил, подняв руки. — Пожалуйста, Ава. Я должен им показать.

Она сглотнула.

— Что показать?

— Что ты делаешь? — Голос зеленоглазого дрожал от беспокойства.— Малахай, ты не должен…

— Верь мне, — прошептал Малахай, глядя ей в глаза. Ава тут же почувствовала тепло и защищенность, несмотря на окружающих её незнакомцев. Их безмолвные голоса оживились, когда она вошла в комнату, а сейчас переросли практически в ор.

— Я не причиню тебе вреда.

— Знаю.

Зеленоглазый вскочил и протянул руку.

— Малахай!

Мал шагнул к ней за спину и обнял одной рукой за талию. Великан, которого Малахай назвал Дамианом, закричал:

— Нет!

Он рванул к ним, но остановился с широко распахнутыми от изумления глазами.

Ава почувствовала, как Малахай провёл пальцем по её ключице, и задрожала. Его палец двигался вверх и вниз по оголённой коже.

«Он пишет?!»

Ее взгляд был прикован к остальным. Бежавший к ним Дамиан внезапно упал на колени, окинув Аву взглядом, полным дикого трепета. Зеленоглазый раскрыл рот от потрясения. Лев со вторым белокурым парнем ухмылялись с выражением чистой радости на лицах.

— Видите? — взмолился Малахай. — Это правда. Ава не потеряла сознание от моих прикосновений.

«Пока нет, но обморок был определённо возможен, если он продолжит вот так рисовать на моей коже».

Ощущение было удивительное и странно интимное. Ава залилась краской из-за устремлённых на них взглядов.

— Малахай, ты не должен…

Она попыталась оттолкнуть его руку, но он не отпустил. Однако перестал писать на коже. Ава почувствовала его губы у своего уха.

— Прости. Я не хотел смущать тебя.

— Все хорошо, — прошептала она, и его пальцы снова скользнули по её руке. Ава опустила взгляд и увидела, что Малахай приобнял её за талию. Вторая его рука лежала поверх её руки, а палец выводил…

Она быстро моргнула.

— Твою мать, на моей руке золотые буквы.

В следующую секунду мир погрузился во тьму. 

*** 

Когда Ава проснулась на этот раз, за окном над красными крышами уже светило полуденное солнце, а Малахай сидел на краю кровати, прижимая ко лбу Авы холодное полотенце. В кресле за письменным столом с невозмутимым видом расположился Дамиан. Ава отвела руку Малахая и села.

— Что произошло?

— Ты упала в обморок. — Малахай улыбнулся. — Дамиан был убеждён, что я тебя убил, пока я не