Метла и посох (СИ) - Никанорова Наталья

Стены из грубо отёсанного камня остались далеко позади. Вся лаборатория была отделана плитами какого-то коричневатого минерала, пригнанных таким образом, что щели между ними были почти не видны. Здесь было много столов, сделанных из того же материала, тот, кто строил, позаботился о безопасности. На самых дальних стояли реторты, покрытые пылью, видимо, созданием растворов Гордей давно не занимался. На других вперемешку с чертежами лежали какие-то полусобранные или полуразобранные — как посмотреть — механизмы.

Наконец, они дошли до стола, стоящего у самого торца. Здесь свет жар-птицы был лишним, так как из небольшого зарешеченого окошка сверху падал солнечный, поэтому Гордей убрал перо в небольшую шкатулку. Стол был завален книгами и чертежами, но нимало не смущаясь, он смахнул часть из них на пол и посмотрел на Виталия. Тот осторожно водрузил на освободившееся место странный предмет, откуда-то из глубин памяти всплыло название — ноутбук, силясь сообразить, что же с ним нужно делать.

— А что у него под крышкой? — заинтересовалась Рина.

Виталий пожал плечами, осторожно поднял верхнюю половинку устройства и уставился на правильные ряды клавиш.

— Неплохой выбор, — оценил Паша. — Интересно, что нажать, чтобы эта штука сработала?

Гордей сосредоточенно вглядывался в тёмный монитор, на его лице было недоверие пополам с восхищением.

Тем временем парни перепробовали несколько вариантов клавиш, но всё безрезультатно. Наконец Виталий попробовал нажать на неприметную кнопку, спрятавшуюся почти под монитором. Ноутбук зажужжал, по тёмному экрану побежали какие-то строчки, а затем возникла цветная картинка заставки.

Гордей издал непонятный вопль.

Все обернулись к нему.

— Вот знал я, знал, что яблочко по блюдечку ещё не предел моих возможностей, — возбуждённо сообщил он.

— Так это вы изобрели? — с уважением сказала Рина. — У нас о нём многие знают, правда, я не помню где.

— И я о нём слышала, — подтвердила Софочка.

Парни закивали, дескать, они тоже в курсе.

— Стойте, — внезапно нахмурился Паша. — Гордей, как ты определил, что это тоже изобретёшь ты?

— Идея не моя, — покивал Гордей. — Но вы что, не чувствуете, что это превращённая вещь?

Он обвёл взглядом всех присутствующих, но по их ошеломлённым лицам понял, что они слышат об этом впервые.

Закрыв крышку ноутбука, он положил на неё ладонь и приказал:

— Стань по- старому, как мать поставила.

Ноутбук скрыл плотный кокон голубоватого цвета и в лаборатории полыхнуло жаром. На миг Рина почувствовала что-то знакомое, но это ощущение быстро пропало. Кокон опал, на столе вместо ноутбука лежал большой шар из непонятного минерала.

— Ничего себе, — прошептал Виталий, — вот это маскировка.

Софочка наморщила лоб, пытаясь выудить забрезжившее при виде шара воспоминание, но поняв, что это ей не удаётся, огорчённо вздохнула. Гордей сделал пасс, шар замерцал, а потом на нём появилось изображение молоденькой девушки в летнем сарафане. Она сосредоточенно вычёсывала пушистого чёрного кота.

— Уля, — позвал Гордей.

Девушка вздрогнула, торопливо отложила расчёску и схватила блюдце.

— Гордюша?

— Ядвига далеко?

— Улетела с Сирином на Лысую гору, — обиженно объяснила девушка, — а меня дома оставила вместе с Василием.

Кот запрыгнул к девушке на колени и с любопытством уставился в блюдце.

— Василий, связаться с хозяйкой можешь? — продолжил выяснения Гордей.

— Мря, — с достоинством кивнул кот.

— Тогда срочно передай, чтобы как завершит свои дела, летела ко мне. Мне за барьер не выйти.

— Мря?

— Не знаю, что-то слишком непонятное. Как бы не пришлось всем вместе разбираться.

Кот коротко кивнул и махнул лапой, отключаясь. Шар погас.

— И что таки теперь делать? — спросила Софочка.

— Ждать, — пожал плечами Горынин.

Глава 25. Начало

Ближе к вечеру, когда цикады, прятавшиеся в траве, завели свою песню, в окрестных деревнях начал потихоньку смолкать гомон. То там, то здесь раздавался звук закрывающихся на ночь ставней. Голосисто запели петухи, наконец, замолчали и они. Наступила ночь. Звёзды с готовностью проявились на чернильном небе, чтобы освещать путь морякам, припозднившимся путникам и незадачливым любителям медовухи, не вовремя вышедшим из кружала. Но было место, куда не заглядывали даже они — Лысая гора.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Чёрные силуэты лесных деревьев застыли, сторожа покой своих обитателей. Редко налетевший ветерок мог качнуть какого-то великана, тогда на весь лес раздавался недовольный скрип. Была уже середина ночи, когда лесную опушку близ Лысой горы осветила яркая вспышка. На лесной поляне появился египетский жрец в чёрном балахоне. Откинув капюшон, он осмотрелся. Вынув из кармана зеркало, он приказал ему на неизвестном языке показать окрестности. Приказ был выполнен и перед жрецом поплыли ночные панорамы деревень.

— Стоп! — приказал он, когда зеркало продемонстрировало ему замок на Лысой горе.

— Ближе. — Изображение замка послушно приблизилось.

Впервые за многие годы жрец почувствовал облегчение. Сейчас как никогда он был близок к своей цели. Дурацкая идея Эхнатона как нельзя лучше вписывалась в его план, поэтому он заранее передал ему некоторые из своих знаний. Но того, что фараону удасться разбудить настолько древние силы, не ожидал. Если подчинить их себе, возможно, тогда он сможет достичь небывалых вершин. Путешествовать между мирами, которые будут полностью в его власти, не затрачивая такое количество энергии. Подчинить всё живое и вернуть учителя, который застрял на другом этаже пространства. Вместе они горы свернут. Почувствовав идущий от замка фон зеркальной магии, он одобрительно хмыкнул, сделал экранирующий пасс, обезопасив себя и приказал:

— Установи связь с зеркалом в замке.

По стеклянной глади пробежала волна и вот перед ним стоит один из Ка. Жрец не ошибся, сон скелетам был не нужен, поэтому они бодрствовали.

Кащей внимательно всматривался в зеркало.

— Какая женщина, — наконец произнёс он и похотливо улыбнулся. — И магический дар неплох. Смотри, как ловко она занимается преобразованиями.

Кощей подошёл ближе. Танцующая девушка в зеркале только что взмахнула рукавом и на полу в царском дворце появилось озеро с плавающими лебедями. Её сёстры немедленно стали кидать им кусочки белого хлеба.

— Неплохо, — оценил Кощей. — Но на твоём месте я бы не стал связываться, всё же царская дочь, вряд ли она ходит без охраны, а меня сегодня предупреждали насчёт богатырей.

— Зелен ты, братец, да мы с тобой этих богатырей в два счёта вокруг пальца обведём.

Кощей с удивлением посмотрел на брата.

— Сам подумай, — с досадой пояснил Кащей, — убить нас нельзя, а они будут стараться.

— И пока они ищут нашу смерть, мы выиграем время, — догадался брат.

— Именно. Что бы такого придумать?

— Насколько я успел увидеть, тут среди девиц популярно вышивание, — подумав, сказал Кощей. — Что, если воспользоваться этим?

Кащей покрутил черепом, соображая:

— Что ты имеешь в виду?

— Игла. Спрятать её где-нибудь помпезно в лесу и объявить, что в ней наша смерть. Пусть себе ищут.

— Гениально, — выдохнул Кащей. — Только не наша, а одного из нас. Ты ещё слишком молод, не нужно, чтобы все кому не лень знали, что мы прибыли вдвоём.

«И послужишь мне отличным прикрытием, — мысленно продолжил он, — светить себя раньше времени я не намерен».

Уяснив характер братьев, жрец ухмыльнулся. Амбиции старшенького были ему на руку. Младший, если его грамотно обработать, тоже не должен стать помехой. А станет, ну значит, крупно не повезёт парню. Теперь оставалось выбрать время для знакомства.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Сообщение Василия застало Бабу-Ягу в полёте, с молчаливого согласия Сирина она заложила вираж и её ступа понеслась к дому Гордея. Талантливый сирота проживал на отшибе, к его палатам народ обычно не приближался. У покойного батюшки боярина Горынина были большие претензии к царю Гороху. Так что старый боярин при жизни находился в состоянии перманентной опалы. А про сына прошла молва, что занимается чернокнижием.