Второе дыхание любви - Элли Даркинс

переписывалась в мессенджере с Джейком. Она спросила у брата, может ли она у него переночевать, а он вместо ответа поинтересовался, что произошло у них с Финном. Она не знала, что написать в ответ. Одно ей было ясно: если она не скажет Джейку, почему покинула дом Финна на ночь глядя, ее брат спросит об этом у самого Финна. Ей даже думать не хотелось о том, что он может рассказать ее брату. Впрочем, Финн вряд ли настолько низок, чтобы рассказать Джейку о том, что он переспал с его сестрой.

Но, с другой стороны, до сегодняшнего дня Маделейн даже предположить не могла, что Финн перечислит на ее банковский счет крупную сумму после проведенной с ней ночи. Оказалось, что она совсем не знала Финна.

Это не должно было ее удивлять, учитывая тот факт, что они провели вместе всего несколько дней. Но за это время он убедил ее в том, что знает и понимает ее. Она рассказала ему о вещах, о которых никогда никому не рассказывала. Но он, похоже, совсем ее не слушал, раз решил, что она возьмет у него деньги.

Маделейн вспомнила объяснение, которое он ей дал. По его словам, он просто хотел оплатить ее обучение в университете. Как будто она восемнадцатилетняя девчонка, которая не способна сама разобраться в студенческих займах, грантах и стипендиях и найти то, что ей нужно.

Похоже, он именно так и считал.

Если он не заплатил ей за удовольствие, полученное прошлой ночью, значит, он просто решил подстраховать ее финансово, потому что сомневался, что она сможет сама найти средства для оплаты своего образования.

К тому времени, когда он пришел на кухню в семь двадцать пять, она уже почти решила уйти, не выслушав его. Как он мог оправдать то, что не верил в ее силы и способности?

– Маделейн, если ты готова меня выслушать, я сейчас тебе все объясню.

– Не думаю, что ты можешь сказать мне что‑то новое, Финн, – ответила она, скрестив руки на груди и дав ему таким образом понять, что ее защитные барьеры вернулись на место. – Я задержалась здесь только потому, что не захотела выяснять отношения в присутствии детей. Ты никак не можешь исправить то, что сделал, поэтому мне лучше уйти. Разумеется, я верну тебе деньги. Будет лучше, если мы с тобой не будем общаться какое‑то время.

Покачав головой, Финн прислонился к кухонной стойке. Маделейн запретила себе смотреть ему в глаза, чтобы не забыть о дистанции между ними, которую она была намерена сохранять.

– Тебе не нужно отсюда уходить. Сейчас я понимаю, как выглядел мой поступок со стороны. Прости. Но я принял решение оплатить твою учебу в тот момент, когда ты сказала, что хочешь вернуться в университет. С прошлой ночью это никак не связано.

– Я знаю, ты ждешь от меня благодарности, но я не просила у тебя денег. Когда ты мне их предложил, я от них отказалась. Я способна сама решить свои проблемы и собираюсь именно так и поступить.

– Но тебе не нужно этого делать, – мягко возразил он. – Я предложил тебе помощь. Почему ты не можешь ее принять?

Маделейн поднялась со стула и встала напротив Финна.

– Почему ты не можешь принять тот факт, что я не нуждаюсь в твоей помощи? Да, ты оказал мне услугу, позволив какое‑то время пожить у тебя, и я тебе за это благодарна. Но я никогда не хотела от тебя зависеть. Ни до вчерашней ночи, ни после нее.

Финн нахмурился:

– Неужели так ужасно быть зависимым от другого человека?

– Ты от кого‑то зависишь? – спросила она, уперевшись руками в бока. Ей было трудно сохранять спокойствие, когда он говорил такие возмутительные вещи. – Ты ждешь, что кто‑то другой оплатит твои счета? Нет. Ты все делаешь сам, но не веришь, что мне это под силу. Если бы ты в меня верил, ты не стал бы переводить тайком деньги на мой банковский счет.

Финн всплеснул руками, и Маделейн заметила, что он так же расстроен, как и она.

– Конечно же, я верю, что ты можешь все сделать сама. Просто я считаю, что тебе не следует все делать самой. Если ты останешься у меня, тебе, по крайней мере, не нужно будет решать вопрос с жильем. Не понимаю, что в этом плохого.

– Уверена, что смогу найти другой выход из ситуации.

– Зачем рисковать? – произнес он с искренним недоумением. – Что, если ничего не получится, и тебе опять будет негде жить?

– Я могу рисковать, потому что я в себя верю, – тихо и медленно произнесла она, чтобы он понял, как сильно она на него злится. – Это называется уверенностью в себе, в своих силах. А ты, похоже, совсем в меня не веришь, Финн.

Он схватился обеими руками за края кухонной стойки.

– Думаю, ты меня не понимаешь. Если вдруг что‑то пойдет не так…

– Ты думаешь, что я тебя не понимаю? Я появилась на пороге твоего дома, когда мне было больше некуда пойти. Когда у меня не было работы, и я не знала, что мне делать дальше. Так вот, если что‑то пойдет не так, я попытаюсь снова. И я буду продолжать пытаться до тех пор, пока у меня не получится. Разве ты не таким образом стал тем, кто ты есть сейчас?

– Да, но…

Она посмотрела на его побледневшее лицо, и ее осенило.

– Ты никогда не терпел неудач, правда? Ты добивался одной цели за другой, и тебе никогда не приходилось мириться с последствиями, когда все шло совсем не так, как ты хотел.

– Ха! Ты не понимаешь, о чем говоришь, Маделейн.

– Я прекрасно знаю, о чем говорю. Финн, – возразила она. – Ты глава крупной компании с роскошным новым офисом. У тебя двое чудесных детей и уютная квартира. У тебя есть все, чего ты когда‑либо хотел. Ты даже представить себе не можешь, как я выдержала бы, если бы мои планы не осуществились в первый раз. Подумай обо всем, чего ты добился. – Маделейн пристально посмотрела на него, пытаясь прочитать выражение его лица и язык его тела. Она поделилась с ним своими секретами и была вправе рассчитывать на ответную откровенность.

– Нет, ты не знаешь, о чем говоришь, – произнес он более низким голосом. – Ты смотришь по сторонам и видишь квартиру, а я вижу неудачу. Я вижу дом, который мне пришлось продать, потому что мой брак рухнул. Дом, в котором росли бы сейчас мои дети, если бы я был хорошим мужем. Я