Жизнь замечательных времен. 1970-1974 гг. Время, события, люди - Фёдор Раззаков

Тем временем на съемках другой мосфильмовской ленты — "Иван Васидьевич меняет профессию", которую в Ростове-ярославском снимает Леонид Гайдай — снимали эпизоды "выезд царева войска из стен Кремля" и "проезд конницы Ивана Грозного". Вот как вспоминал об этом сам Л. Гайдай:

"Наша киногруппа работала около музея, расположенного в древнем Кремле. А тут как раз приехали в музей иностранные туристы. И вдруг поблизости от них промчались всадники в древнерусских кафтанах с бердышами в руках. Затем промчались еще раз. Это живописное зрелище вызвало у гостей бурный восторг. По-своему отреагировали на происшедшее работники музея. Когда мы окончили съемку, они обратились к нам с просьбой подарить два красных кафтана и пару топориков-бердышей. Дело в том, что каждую группу иностранных туристов при входе встречают по русскому обычаю хлебом-солью. Их преподносят гостям на расшитом полотенце. Теперь работники музея проводят этот ритуал, предварительно облачившись в одежды, подаренные "Мосфильмом"…"

Между тем на другой день и в течение пяти последующих съемки фильма продолжились — снимали эпизоды погони царских охранников за демонами: Милославский и Бунша лезут на ворота, бегают по коридорам Кремля, по крыше (это там Милославский с помощью хитрого трюка заставляет стрельцов спрыгнуть с крыши) и т. д.

29 августа в одном из родильных домов столицы стала матерью популярная актриса Елена Проклова. Как мы помним, летом 70-го она стремительно вышла замуж (ей тогда было всего 17 лет) за журналиста Виталия Мелик-Карамова, но ребенка родила только спустя два года. По ее словам, муж так ей надоел с просьбами родить ребенка, что она не выдержала: "Ты мне так с этим надоел, так надоел… Ох, ну на тебе! На тебе ребенка, только отстань от меня!" Стоит отметить, что дочь Арину Проклова родила аккурат за три дня до своего 19-летия.

В тот же день на свет появился еще один "звездный" ребенок: в Магадане разродилась сыном Дэвидом супруга Михаила Шуфутинского Маргарита (как мы помним, их свадьба состоялась 2 января). Певец вспоминает:

"Когда я подошел к роддому, Рита высунулась из окна на третьем этаже и прокричала: "Сейчас я тебе его покажу, он такой красавец, такой красавец". Она подняла ребенка, и я с трудом разглядел сморщенный красный комочек. Меня постигло разочарование. Конечно, я не имел в этом плане нужного опыта и не мог понять, почему они все там считают малыша красивым. Лишь спустя почти два десятка лет я убедился в правоте его матери…"

После рождения ребенка Шуфутинские съехали с прежней маленькой квартирки и переехали в общую квартиру на улице Парковой.

Михаил по-прежнему играл в оркестре в ресторане "Северный". Ресторан был не самый крутой в городе, но платили музыкантам там прилично: в среднем 1200–1500 рублей в месяц. Однако и тратить приходилось порядочно: 70 рублей у Шуфутинского забирала квартира, несколько сотен приходилось оставлять на рынке, где они с женой обычно покупали овощи, фрукты, мясо. Так что особенно он не откладывал.

Еще в "Северном" часто дрались. Причем мелкие драки случались чуть ли не каждый день, крупные — по выходным, это когда корабль на корабль (порт все-таки), когда бутылки и стулья летели через сцену. Героем одной из таких драк угораздило стать и Шуфутинского. Дело было так.

Он сидел на сцене и настраивал аппаратуру, когда сидевшие за ближним столиком подвыпившие моряки начали возмущаться: мол, мы обедаем, а какой-то пидор чернявый нам мешает. Поскольку рядом находилась его жена, которая все слышала, Шуфутинский не имел права смолчать и ответил вполне достойно: заткнитесь, козлы! Моряки, естественно, бросились на него с кулаками. Было их трое, а Шуфутинский — один, так как его коллеги-музыканты куда-то вышли. Еще рядом была его жена, но от нее проку было мало — она только визжала и царапалась, не имея возможности реально помочь мужу. Короче, Шуфутинскому тогда здорово досталось, а могло достаться еще больше, если бы он не рванул на кухню и не схватил большой нож-хлеборезку. Моряки отпрянули, а Михаила повара быстренько увели в подсобку. Но история на этом не закончилась.

В тот же день Шуфутинский пошел в поликлинику и зарегистрировал побои. Затем написал заяву в милицию. В итоге против моряков, которые не только учинили драку, но и покурочили ресторанное имущество, возбудили уголовное дело. Чтобы его замять, они пришли с повинной к Шуфутинскому и предложили в качестве отступного бочку икры. Михаил на сделку сначала не пошел, но затем в дело вмешались его приятели, которых моряки все-таки уломали. В итоге Шуфутинский заяву из милиции забрал, моряков отпустили на корабль. Позднее он узнал, что одного моряка все-таки наказали: лишили звания старшего помощника, сделав рядовым рыбаком.

А теперь из Магадана вновь вернемся в Москву.

К концу месяца жара в городе уже спала, и страдать от духоты не приходилось. Спад жары тут же сказался и на жизненном ритме города — он стал гораздо интенсивней, чем месяц-два назад. На улицы Москвы даже вернулось кино. Так, Михаил Ульянов, дебютируя в ранге кинорежиссера, в те дни снимал на улицах города фильм "Самый последний день". Лента рассказывала о судьбе доброго участкового милиционера (эту роль исполнял сам Ульянов), который в финале погибал на боевом посту от рук преступников. Еще один режиссер — Алексей Сахаров — снимает под Зеленоградом фильм "Человек на своем месте" про молодого председателя колхоза (первая крупная роль Владимира Меньшова). В других ролях: Анастасия Вертинская, Армен Джигарханян, Лев Дуров и др.

А теперь из Москвы перенесемся в Венецию, где в те дни проходил международный кинофестиваль. От нашей страны в его конкурсной программе участвовал фильм Станислава Ростоцкого "А зори здесь тихие…" (аккурат в эти же дни он вышел во всесоюзный прокат). Представлять ленту отправились сам режиссер-постановщик, а также две актрисы: Ирина Шевчук (по фильму Рита Осянина) и Ольга Остроумова (Женя Камелькова).

Вспоминает И. Шевчук: "Перед поездкой нас напугали. Кто-то сказал, что там нам придется переодеваться по три раза в день. В то время у нас с Ольгой Остроумовой не было такого количества туалетов. Мы с ней решили никуда не ехать. Позвонили Ростоцкому, сказали, что отказываемся от поездки. Станислав Львович поступил очень мудро. Он отвез нас к Вячеславу Зайцеву, тогда еще совсем молодому модельеру. Он нас и одел. Правда, платья были настолько дорогими, что купить их мы не могли. Зато эти наряды купил "Мосфильм". Уже в Венеции на изнанке я обнаружила инвентарный номер, напечатанный черным на светлом платье. Но мы себя все равно очень хорошо чувствовали…"

И вновь вернемся в Москву. 31 августа на съемочной площадке "Большой перемены" опять появился Михаил Кононов. Похоронив накануне отца, он волею судьбы теперь вынужден был сниматься в "больничном" эпизоде: в нем его герой сдает кровь для спасения старосты 9 "А" Федоскина. "Больницу" снимали в 4-м павильоне "Мосфильма", переделав в нее бывшую "учительскую".

В тот же день советская сборная по хоккею улетела в Канаду для встреч с канадскими профессионалами. Под руководством тренеров Всеволода Боброва и Бориса Кулагина за океан отправлялись следующие игроки: Владислав Третьяк, Виктор Зингер, Геннадий Цыганков, Александр Рагулин, Виктор Кузькин, Александр Гусев, Евгений Паладьев, Юрий Ляпкин, Владимир Лутченко, Александр Мальцев, Вячеслав Старшинов, Валерий Харламов, Владимир Викулов, Борис Михайлов, Владимир Петров, Юрий Блинов, Евгений Зимин, Евгений Мишаков, Вячеслав Анисин, Александр Бодунов, Владимир Шадрин, Александр Мартынюк. Кроме этого, в делегацию были включены комментатор Николай Озеров и еще несколько человек, в том числе и куратор от КГБ. Возглавлять делегацию поручили заместителю председателя Спорткомитета СССР Георгию Рагульскому. Стоит отметить, что канадцы просили, чтобы почетным руководителем советской сборной был премьер-министр Алексей Косыгин, тогда, мол, канадскую будет возглавлять их премьер Пьер Трюдо. Но к Косыгину с таким предложением никто сунуться не посмел, потому и отправили Рагульского. К тому же канадцы приставили к нему аж 9 телохранителей, поселили в "люксе", трое охранников дежурили ночью у двери, и вообще в одиночку его никуда не пускали. Рагульский был этим крайне недоволен, поскольку даже пройтись по магазинам ему было трудно.

Условия серии были оговорены заранее — каждый зарабатывает у себя дома сам и забирает все себе, каждый оплачивает дорогу, но живет за счет принимающей стороны. Наши должны были отдать канадцам на всякие расходы 15 тысяч рублей (вначале было 5 тысяч), а те нашим — 15 тысяч долларов. Наши игроки получали по 30 процентов от нормы суточных — около пяти долларов за день пребывания в Канаде независимо от результата матча.

В конце главы, как всегда, столичная афиша развлечений. Во второй половине августа в кинотеатрах состоялось несколько премьер, причем все они так или иначе касались событий Великой Отечественной войны: 21-го в крупнейших залах "Россия" и "Октябрь" начал демонстрироваться фильм Вилена Азарова "Бой после победы" — последняя, третья, часть трилогии про советского разведчика Крылова-Крамера (актер Михаил Волков), начатая фильмами "Путь в "Сатурн" и "Конец "Сатурна"; в тот же день на экраны вышла картина Ролана Быкова "Телеграмма" — про то, как двое шестиклассников разыскивают адресата случайно попавшей к ним телеграммы, посланной еще в годы войны; 28-го — фильм Владимира Лысенко "Поезд в далекий август", посвященный защитникам Одессы в годы войны, в ролях: Елена Козелькова (сразу три роли), Армен Джигарханян и др.