День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Генерал подошел к одному из ящиков, уложенных вдоль стены склада. Откинув тяжелую крышку, он извлек короткий, сантиметров тридцать, толстый цилиндр с резиновым наглазником и кронштейном. Положив устройство на стол, Бражников сообщил:

— Это ночной прицел НСПУ-5, он же изделие 1ПН83. Дает увеличение в три с половиной раза. При использовании в пассивном режиме, без дополнительной подсветки, позволяет распознавать лица людей на дальности до трехсот метров в ясную ночь. При отсутствии естественного освещения дальность наблюдения снижается, при использовании инфракрасного прожектора, соответственно, возрастает, как и демаскирующие признаки, в прочем. Может быть установлен на винтовку СВД или пулемет ПКМ. Полагаю, многие из вас имели дело с таким оборудованием прежде, и смогут обучить пользоваться им остальных товарищей.

Открыв другой ящик с непонятной, полустершейся маркировкой, генерал извлек еще одну массивную трубу прицела, несколько более длинную и более массивную, словно с какими-то наростами, пояснив:

— А это комбинированный прицел ПОНД-4 типа «день-ночь», пятикратного увеличения. Стандартное крепление позволяет его устанавливать как на СВД, так и на автомат АК-74М. Разумеется, необходима пристрелка оружия. В любом случае, наши шансы в бою даже с американцами, возрастают. Теперь пусть они боятся ночи, а не мы. Таких прицелов сейчас имеется десять штук, столько же и НСПУ-5. распределите их между отрядами поровну, но и с учетом потребностей и подготовки ваших людей.

Партизаны кивнули, соглашаясь. Боевого духа у них и их людей хватило бы на дивизию заморских солдат. Но когда в руках у тебя — потертый «калаш», в лучшем случае РПГ-7, а враг бросает в бой штурмовые вертолеты и вооруженные беспилотники «Предейтор», одной воли к победе может оказаться мало, и все, что ждет храбрецов — скорая гибель в сражении.

— И откуда такое добро? — с подозрением поинтересовался полковник Федоров. — И в лучшие времена у меня на всю разведроту было три-четыре прицела.

— Мы не одни сражаемся с захватчиками! Прицелы, которые я доставил, несколько недель назад поступили на снабжение вновь созданного полицейского подразделения специального назначения в Ленинградской области. А неделю назад на складе произошел пожар, уйма имущества сгорела синим пламенем. Сосчитать, сколько именно погибло в огне прицелов, невозможно, да никто и не станет этим заниматься. Так что не смейте впредь жаловаться на снабжение, вы и так получаете все, что только возможно достать. Дело не в железе, дело в нашей решимости, товарищи! У нас еще есть дело! Те, кто рассчитывает только на силу, должны понять, что сила как раз на стороне врага. Нужно бить по умам, по сердцам, и такая возможность есть. А предоставили нам ее чеченские ублюдки, которых американцы наняли якобы охранять свой нефтепровод, а на самом деле — проводить планомерное систематическое истребление населения на оккупированных территориях. Известно несколько таких фактов, например, казнь жителей деревни Некрасовки или расстрел автобуса с колхозниками.

— Об этом известно всем, с чеченцами пора разобраться раз и навсегда! — в один голос воскликнули сразу несколько партизанских вожаков. — Они должны заплатить!

— Прежде мы не проводили акций, направленных конкретно против чеченских наемников, — сообщил Бражников. — Причиной тому было нежелание нести излишние потери, бойцов и так мало, а среди чеченцев случайных людей нет, за плечами каждого огромный опыт. Это настоящие головорезы, которых натаскивали турецкие и Саудовские наставники, а оснастили всем необходимым американцы, не пожалевшие долларов ради этого. Схватка с ними стоила бы нам очень многих жизней, потому мы оставляли их безнаказанными. Но сейчас ситуация изменилась в корне. Мы дадим им бой, товарищи!

Алексей Басов уже понимал, к чему клонит Бражников. Ситуация изменилась, и изменил ее ни кто иной, как сам полковник, вернее, сидевшая под охраной в лесном лагере Жанна Биноева, бывший снайпер из банды Турпала Исмаилова.

— По достоверным данным, — генерал покосился на Басова, и остальные тоже взглянули на полковника с интересов, — чеченцы ведут видеоархив, снимая все свои подвиги. Привычка, наверное, такая.

— Инстинкты, как у зверья, — хмыкнул Федоров. — Ну ладно, на Кавказе они перед своими спонсорами отчитывались, отрабатывали зарплату, вот и ходили везде с камерами, а здесь то для кого видео? Пиндосы уж точно не одобрят!

— Как бы то ни было, у чеченцев есть записи и того, что произошло в Некрасовке, и прочих выходок. Даже самый предвзятый трибунал не сможет откреститься от таких доказательств, и мы с вами, товарищи офицеры, обязаны заполучить их. Если раньше столкновения с чеченцами носили случайный характер, теперь охота на них пойдет всерьез. Мы должны захватить видеоархив, переправить материалы в Москву, а там их уже сумеют передать в руки международных наблюдателей ООН.

— И что, после этого пиндосы смотаются? — Снова выступил Федоров, в голосе которого звучала ирония. — Так они же не при делах!

— Американцы останутся наверняка, но чеченцев они вынуждены будут отправить обратно в горы, оказавшись наедине с нами. Боевики служат для янки цепными псами, а заодно живым щитом. Мы их этого щита лишим, и тогда гибнуть в боях станут уже не никому ненужные горцы, а американские парни, за смерть каждого из которых их гребаный президент будет отчитываться перед всякими конгрессменами и иже с ними. И если кто-то сочтет, что потери слишком велики, американские войска выведут из России. Пусть не сразу, но если мы сейчас исполним задуманное, это станет намного более реально. И тогда мы победим!

Генерал Бражников вновь посмотрел в лицо каждому из своих людей, заглянул в глаза, словно надеясь в ответном взгляде увидеть сомнения, нерешительность, робость. Но те, кто тайком прибыл в Коношу из окрестных лесов, хранили спокойствие, раз сделав выбор и теперь намереваясь идти по своему пути до конца.

— Товарищи офицеры, прошу поближе. Располагайтесь поудобнее, места на всех хватит, — предложил генерал, а затем, взглянув на державшегося в сторонке майора Конюхова, потребовал: — Карту!

На стол перед Бражниковым лег подробный план южной части архангельской области. Указав на одну точку, генерал сообщил:

— База чеченцев находится здесь, это строительный городок американской нефтяной компании. Укрепленный лагерь на несколько сотен гражданских и военных, есть небольшой аэродром для вертолетов и беспилотников. Но здесь на самом деле банда Исмаилова появляется редко и не в полном составе, в основном они перемещаются вдоль периметра американской зоны ответственности, проводя зачистки деревень и устраивая «шмон» на дорогах. Маршрут нам известен, все же чеченцы не на своих двоих ходят, а дорог, пусть даже пригодных для вездеходного «Хаммера», в этом районе немного.