Толкование на книги Нового Завета - Феофилакт Болгарский

10 Богатый же во смирении своем, зане якоже цвет травный мимоидет. 11 Возсия бо солнце со зноем, и изсуши траву, и цвет ея отпаде.

Богатство уподобляет апостол цвету травы, желая представить, сколь оно скоропреходяще. И благолепие лица ея погибе. Слово лицо он употребил не в настоящем значении его. Ибо оно употребляется только о человеке, а о других предметах не употребляется. Сице и богатый в хождении своем увядает. Хождениями называет предприятия в настоящей жизни.

12 Блажен муж, иже претерпит искушение: зане искусен быв, приимет венец жизни, егоже обеща Бог любящым его.

Мы сказали, что искушения двоякого рода и что терпение полезно в каждом их роде. Апостол, помня о молитве Господней, внушающей нам безопаснейшее, т. е. чтобы мы молились, дабы не впасть нам в искушение, возвращается к объяснению того, какое искушение от Бога, и какое от нас, от нашего произволения. Впрочем хорошо и следующее: Господь и Бог, взирая на большую немощь человеческой природы, предложил молиться об удалении от нас искушений, так как ученики Его были еще далеко несовершенны; но когда познанием Его воскресения и вознесением на небо немощная природа наша укрепилась, то брат Его по плоти научает уже не бояться искушений.

13 Никтоже искушаемь да глаголет: яко от Бога искушаемь есмь.

Если искушения двоякого рода, то почему апостол поставляет теперь всякое искушение вне воли Божией? Но примечай. Он не сказал: искушенный , но: искушаемый . Кто чрез грех и невоздержную жизнь сам изобретает себе искушения и как бы в постоянной буре погружается в опасности, тот, говорит апостол, искушается не от Бога, но от собственной похоти. Ибо кто победил нашедшее искушение и сделался тверже, тот уже не легко поддается искушениям, особенно находящим от него самого; потому что на свободе от искушений постоянно склоняется к жизни более любомудрой. Бог бо несть искушаемь злыми, не искушает же той ни когоже. Бог не искушается злом, как сказано: «что божественно и блаженно, то ни само ничего не делает, ни другим не дает дела» [55]. Все это свойственно смертному и земному естеству, в котором усматриваются изменение и переменчивость, — эти первичные свойства нашей природы. Похоть же и грех и рождающаяся от нее смерть для души стали как бы ступенями погибели человеческой. Ибо похоть, нашедши место пристанища, соделала грех, который родил смерть, и только искоренив оный чрез покаяние мы полагаем начало другой нашей жизни.

14 Кийждо же искушается, от своея похоти влекомь и прельщаемь. 15 Таже похоть заченши раждает грех: грех же содеян раждает смерть.

Поелику о божеской природе доказано, что Бог ни сам не искушается, ни других не искушает, то здесь искушениями называет помыслы, смущающие душу; ибо искушения от Бога не смущают, но утверждают душу, озаряя ее, почему говорит: всяко даяние благо и всяк дар совершен свыше есть, от Отца светов , тогда как все, происходящее от нас, имеет несовершенство.

16 Не льститеся, братие моя возлюбленная. 17 Всяко даяние благо, и всяк дар совершен свыше есть, сходяй от Отца светов.

Под Отцом светов разумей Бога, а под светами или силы ангельские, или просвещенных Духом Святым людей. У негоже несть пременение, или преложения стень. У Бога светов нет изменения, ибо Он сам взывает чрез пророка: «Я есмь, и не изменяюсь» (Мал. 3, 6), а выражение: преложения стень означает, что в Боге нельзя даже помыслить какой-либо перемены.

18 Восхотев бо, породи нас словом истины, во еже быти нам начаток некий созданием его.

Сказал восхотев , потому что есть люди, которые по наваждению беса умствуют, что мир составился случайно. Выше сказал: у негоже несть пременения и тем показал, что Божество неизменяемо, теперь присовокупляет: восхотев породи нас . Если мы произошли, то явно, что мы не неизменяемы; ибо возможно ли, чтобы неизменяемым было то, что из небытия пришло в бытие чрез изменение? А чтобы по поводу слова породил не подумал кто, что Бог и Сына родил также, как нас, апостол присовокупил: словом истины . Ибо, по словам Иоанна богослова, все произошло чрез Него, т. е. чрез Слово истины (Иоан. 1, 3); посему, если мы произошли чрез Слово, то не однородны с Тем, от кого произошли по бытию. Слова начаток некий означают преимущество и высшее достоинство, а созданием называет видимую природу.

19 Темже, братие моя возлюбленная, да будет всяк человек скор услышати, и косен глаголати, косен во гнев.

Скорым нужно быть на слышание не простое, но деятельное, возбуждающее прилагать выслушанное к делу. Ибо известно, что кто слушает прилежно и внимательно, тот готов будет и исполнять слышанное, а кто, напротив, медленно располагается к чему-нибудь и откладывает то, тот впоследствии может и совсем отстать от предприятия. Посему относительно изучения божественных предметов апостол заповедует скорость, а относительно того, совершение чего соединено с опасностию, медленность. Таковы: слова, гнев. Ибо говорливость в гневе не оканчивается добром. Посему один богомудрый муж [56] часто раскаивался в том, что он говорил, а в том, что молчал, никогда не раскаивался. И блаженный Давид заповедует: «гневайтесь и не согрешайте» (Псал. 4, 5), т. е. не гневайтесь скоро и не впадайте от гнева в бешенство. Подобна этой и настоящая заповедь о словах и о гневе, особенно о гневе, который, быв допущен до безрассудства, лишает правды Божией. Почему и говорит апостол: гнев правды Божия не соделовает .

20 Гнев бо мужа правды Божия не соделовает.

Правда есть свойство души, воздающее каждому должное, а гнев губит и разумных (Притч 15, 1). Как же он, в страстном размере помрачая ум, составит добродетель, которая рассудительно воздает каждому должное? Примечай [57] и то, что апостол сказал не просто о том, кто не соделывает правды Божией, но о том, кто мужается в пагубном для него самого: почему и употребил слово (мужа) без прибавления члена. А что у него такая мысль, видно из выражения: «блажен муж, который не ходит на совет нечестивых» (Псал. 1, 1); ибо прибавление приставочного члена показывает, что слово муж означает имеющего склонность к тому или другому, к добру или к злу. Нужно приметить и то, что апостол не просто сказал: εργαζεται (делает), но с предлогом: κατεργαζεται (исполняет). Это значит, что гнев не совершенно чужд правды; ибо в гневе можно усматривать некоторую пользу, поколику в нем, как и во всяком душевном движении, за неимением похвального, можно находить не одно худое, но нечто и полезное.

21 Сего ради отложше всяку скверну, и избыток злобы, в кротости приимите всажденное слово, могущее спасти душы вашя.

Сказав: нечистоту, апостол прибавляет: избыток злобы , желая внушить, чтобы, если кто-нибудь и часто впадал в нечистоту, скорее отставал от нее, дабы, оставаясь в ней, не дать злу усилиться чрез привычку, ибо совершаемое нами часто и в обилии становится обыкновенно как бы природою, получая свойство природы. В кротости — сказал апостол, имея в виду учительное слово, которое не принимается среди шума и возмущения, а всажденным называет он то слово, по которому мы явились на свет разумными и способными различать добро и зло.

22 Бывайте же творцы слова, а не точию слышателие, прельщающе себе самех. 23 Зане аще кто есть слышатель слова, а не творец, таковый уподобися мужу, смотряющу лице бытия своего в зерцале.

Лице бытия означает познание самого себя чрез закон. Посему-то к слову лице и прибавил апостол слово бытия . Ибо чрез закон мы узнаем, какими явились мы на свет, и уразумеваем, в какое состояние перерождает нас духовный закон чрез баню возрождения. Потом, не пребывая в таком созерцании чрез деятельность, мы забываем о полученном даре духовном. Ибо кто предается злым делам, тот не помнит, чем он облагодетельствован от Бога. Ибо если бы помнил, что он рожден свыше, оправдан и причислен к сынам Божиим, то не предавался бы делам, отвергающим дарованную благодать. От обыкновенного зеркала апостол переводит речь к зеркалу мысленному, ничего не выведши из представленного в кратких словах примера. Ему надлежало бы сказать так: «кто слушает закон и не исполняет, тот подобен человеку, рассматривающему лицо свое в зеркале. Как этот посмотрел на себя, отошел, и тотчас забыл, каков он, так и тот, усмотрев из закона Моисеева, для чего он сотворен, именно для славы Божией и для жизни по образу создавшего его Бога, ничего из виденного не исполнил, но поступил точно также, как и смотревшийся в зеркало: ему следовало воспользоваться виденным, а он, как и тот, не воспользовался». И не без цели поступает так апостол (умалчивает нечто): он сосредоточивает слушателя и напрягает его слушать это не между делом. Ибо блаженны не такие слушатели, но соединяющие с слушанием дело. И фарисеи были слушателями, но как они не были исполнителями, то и не блаженны они. Прельщающе себе самех — значит обманывающие самих себя, ни во что ставящие собственное свое спасение.